Я не осмелилась посмотреть на Тодда. «Удачи», сказала я. «Кстати, нормально, если мы с Тоддом побудем здесь ещё пару минут?»
«Конечно»
«Я закрою квартиру, когда мы уйдём»
«Спасибо». Харди прошёл мимо меня, легко погладив пальцами мою кисть руки, которая всё ещё покоилась на стойке. Тёплое прикосновение вызвало волну ощущений, распространившуюся по всей руке. Его взгляд встретился с моим, вспыхнув дьявольским голубым огнём. «Пока», и дверь за ним закрылась.
Я налегла всем весом на стойку, пытаясь ясно мыслить. Но мой мозг уже делал всевозможные выводы.
Прошло добрых полминуты, прежде чем я посмотрела на Тодда. Его глаза были слегка затуманены, словно он с неохотой просыпался от сладостного сна. «Я не знал, что всё ещё так делают», сказал он.
«Как делают?»
«Круто, сильно, по-мужски, как в старые добрые времена. Такой плачет только, когда кто-то переедет его собаку. Парень с широкой грудью, с которым мы можем наслаждаться своими жалкими комплексами быть с папочкой».
«У меня нет таких комплексов».
«О? Тебе не хочется посидеть у него на коленях?» Тодд ухмыльнулся, когда я покраснела.
«Знаешь, чем от него пахнет, Хэвэн? Тестостероном. Он просачивается из всех его пор».
Я закрыла уши руками, и он расхохотался. Он подождал, пока я отниму руки от ушей, и сказал уже более серьёзным тоном, «Тебе надо быть с ним осторожной, детка»
«Осторожной? Почему?»
«У меня чувство, что за всем этим чисто американским, голубоглазым внешним видом скрывается немного повёрнутый тип.
Я почувствовала, что мои глаза округляются. «Болезненно повёрнутый?»
«Нет, повёрнуто повёрнутый. Как игнорирующий правила, хитрый, коварный извращёнец».
«Я с тобой совсем не согласна. Он как Джек. Прямолинейный».
«Нет, это он хочет, чтобы ты так думала. Но не верь этому ни на минуту. Это оболочка, это «оу-ерунда-я-простой-парень» ширма. Он делает это, чтобы установить над человеком контроль, а затем уничтожить».
«Ты говоришь о Харди, как о мастере манипулирования или вроде того?» спросила я скептически. Он из трейлерного парка, Тодд».
«Единственный человек, которого я видел и который так же хорош в подобного рода продуманных играх, …почти… это твой отец».
Я издала недоверчивый смешок, но дрожь пробежала по моей спине. «Ты думаешь, он нехороший парень?»
«Нет. Но у него есть много чего, скрытого за фасадом. Понаблюдай за его глазами. Даже когда он делает обычные вещи, он взвешивает и обдумывает каждую чертову секунду».
«Ты всё это узнал, обсуждая с ним диваны?»
Тодд улыбнулся. «Люди многое раскрывают, говоря о своих предпочтениях. И я многое узнал, наблюдая за ним, когда он смотрит на тебя. Я думаю, ты будешь с ним на какое-то время, детка».
«Думаешь, мне стоит держаться от него подальше?», спросила я охрипшим голосом.
Тодд долго молчал, прежде чем ответить. «Мой совет тебе, если ты намереваешься продолжить, делай это с открытыми глазами. Это нормально – позволять кому-то играть с собой, Хэвэн, пока ты понимаешь, что происходит».
«Я не хочу, чтобы со мной играли».
«Ох, не знаю». Улыбка коснулась его губ. «С таким парнем, как этот… это может быть забавно».
Когда мой ленч закончился, я вернулась на своё рабочее место и услышала тихий, сухой голос Ванессы из интеркома. «Хэвэн, зайди в мой кабинет, пожалуйста».
Я тут же подумала, что ничего такого не сделала, чтобы об этом беспокоиться, но каждое слово пронзало меня, будто мне в сердце стреляли из пневматического ружья.
Я была почти уверена, что романтический долгий уикенд Ванессы не удался, потому что она вернулась в отвратительном настроении. У неё было невозмутимое выражение лица, как обычно, но когда мы остались вдвоём в офисе, она «случайно» скинула подставку для карандашей и попросила их всех подобрать. Затем она уронила папку с файлами и мне пришлось собирать бумаги, которые разлетелись по всему кабинету. Я не могла обвинить её в том, что она всё это делает специально. В конце концов, у всех бывают моменты, когда всё валится из рук. Но я знаю, это было не случайно. Вид меня, стоящей на четвереньках, определенно поднял ей настроение. Она казалась почти весёлой к моменту, когда я закончила собирать бумаги в папку.
Я обнаружила, что за очень короткий период времени, я обзавелась ещё одним человеком в своей жизни, которого стоит опасаться. «Она выделывает то же эгоцентричное и претенциозное запугивание, как и Ник», сказала я Сьюзан на нашем последнем сеансе. «За исключением того, что она делает это исподтишка. Она – хитрая самовлюблённая стерва. Боже, сколько ещё этих психов вокруг?»
«Очень много», ответила печально Сьюзан. «Я слышала переменчивые статистики, но могу привести доказательство, что три процента живущего населения имеют полностью развившиеся психические расстройства. И также читала, что три четверти из всех эгоцентричных людей приходятся на мужчин, но я думаю, что, скорее всего, пятьдесят на пятьдесят».
«Хорошо, ну и как мне перестать быть для них магнитом?», спросила я, и Сьюзан улыбнулась.
«Ты не магнит, Хэвэн. Никто из нас не может избежать контакта с подобными людьми сейчас или в будущем. Но я бы сказала, что ты больше, чем кто-либо другой, в состоянии справиться с этим»
Да… Я знаю, как с ними справиться. Вы не должны им противоречить. Вы должны благоговейно смотреть на всё, что они делают, и не пропустить ни одного удобного случая, чтобы им польстить или выразить своё восхищение. По существу, вы должны распластаться перед ними любым возможным способом, пока от вашей гордости, самоуважения и вашей души ничего не останется.
Ванесса даже не потрудилась поднять голову от своего стола, когда я вошла через открытую дверь в её кабинет. «Я бы предпочла, чтобы ты стучала перед тем, как войти», сказала она, глядя на экран своего компьютера.
«О, конечно». Я вышла за дверной проём, постучала о косяк двери, и стала ждать ответа. Ванесса ничего не сказала, лишь продолжала стучать по клавишам. Я стояла в дверном проёме целых две минуты, прежде чем она наконец прервалась чтобы взглянуть на меня.
«Войди».
«Спасибо», сказала я с изысканной вежливостью. «Садись».
Я села на стул напротив её стола и посмотрела на неё в ожидании. Было несправедливо, что человек, так прогнивший внутри, выглядел столь привлекательно. Её глаза большими и яркими, а волосы светлыми прядями лежали на плечах.
«Я бы хотела, чтобы ты выправила кофеварку и вычистила её», сказала Ванесса.
«Я почистила кофеварку вчера», сказала я.
«Сожалею, но тебе надо её почистить ещё раз. У кофе недостаточно хороший вкус». Её брови приподнялись. Если ты только не считаешь, что это ниже твоего достоинства? Я не хочу заставлять тебя делать то, отчего ты чувствуешь себя неудобно, Хэвэн».
«Нет, всё в порядке». Я послала её тихую безобидную улыбку. «Не волнуйся. Что-нибудь ещё?»
«Да. Поговорим о том, чем ты занимаешься во время ленча».
Я не ответила, лишь невинно на неё посмотрела.
«Ты была с новым владельцем в его квартире сегодня днём».
«Я знакомила его с дизайнером интерьера», сказала я. «Он просил меня об этом»
«Ты не обсудила это со мной».
«Я и не знала, что должна была», сказала я медленно. «Это была скорее личная услуга».
«Хорошо, у меня есть правило, с которым я тебя должна была ознакомить заранее, Хэвэн. Нет никаких «личных» дел с владельцами и нанимателями в этом здании. Это может привести к проблемам и мешать тебе делать свою работу эффективно».
«Поверь мне, я не…», я замолчала, полностью сбросив свою защитную маску. «Между мной и мистером Кейтсом ничего не происходит».
Видимо, что-то из моего неподдельного испуга вырвалось наружу, Ванесса это заметила, потому что было очевидно, что она довольна. Её лицо смягчилось и приняло выражение как у старшей сестры. «Рада это слышать. Потому что кто-нибудь другой с такой историей неудавшихся взаимоотношений мог бы устроить настоящую неразбериху».
