Губы девчонки вызывающе искривились:
— Я не стану так жить… Собственно, не знаю, зачем я к вам пришла. И на что…
Она хотела сказать — «на что надеялась», но говорить плачущим голосом ей явно не нравилось, и потому фраза осталась без конца.
Клавдий вздохнул:
— Видишь ли… Еще неделю назад я со спокойной совестью устроил бы тебя… к знакомым, к приятелям, к друзьям приятелей, к знакомым друзей, письмоводительницей в какую-нибудь неплохую контору, уборщицей в чистенький офис… Да запросто. В этом городе полным-полно людей, которые с удовольствием оказали бы мне эту услугу… Но не теперь. Теперь я не могу тебя просто так отпустить… Ты же знаешь, что происходит… с ведьмами, вокруг ведьм. Да?..
— Да, — сказала Ивга шепотом. Клавдий удовлетворенно кивнул:
— Я рад, что ты понимаешь.
Ивга подняла на него глаза.
Вот теперь они были затравленные. По всем правилам лисьей охоты отчаянные глаза зверька, которому некуда отступать.
(Дюнка. Апрель)
Догадка укусила его на обратном пути.
Он опоздал на последний автобус, но ему посчастливилось удачно поймать машину. Разговорчивый водитель жил неподалеку от студенческого городка и согласился бесплатно подвезти домой усталого измученного лицеиста:
— Я, конечно, все понимаю, парень… Сам таким был… Но по ночам, знаешь ли, пацану шляться неприлично и опасно, вообще-то…
— Мне уже семнадцать.
— Ну и что? Пацан пацаном…
Клав кивнул, соглашаясь. До общежития было сорок минут на автобусе — добрый и наставительный дядечка довезет его за четверть часа, и как хорошо, что Митец все еще дуется и не надо будет отвечать на вопросы…
На этом его везение закончилось.
У поста дорожной инспекции, контролировавшего въезд и выезд с центрального проспекта, машину остановили. Разговорчивый водитель, нимало не смущаясь, завел с постовым пространный разговор о погоде и качестве дорог на окраинах; тот кивал, изучая предложенные документы и подсвечивая себе фонариком. Поодаль стояли двое; Клав вздрогнул, разглядев короткие меховые безрукавки поверх кожаных курток.
— Будьте добры, откройте багажник…
— Ищут, что ли, кого? — беспечно поинтересовался говорливый шофер.
— Плановая проверка, — негромко отозвался один из чугайстров. У Клава заныло сердце.
Чугайстры встали по обе стороны от шофера; тот не обратил на них ни малейшего внимания. Равнодушно оглядев содержимое багажника, оба одновременно взглянули в лицо шоферу; тот, по-видимому, испытал мгновенное беспокойство.
— Извините за доставленное неудобство, — уронил тот из чугайстров, что был повыше. — Счастливого пути.
Тот, что был пониже, искоса взглянул на стоящего рядом Клава. Тому показалось, что его подбородка небрежно коснулась ледяная рука. Жест взрослого по отношению к ребенку, жест воспитателя по отношению к воспитуемому — взять за подбородок, смотри, мол, в глаза…
— Парень контактный, — тихо сказал невысокий, оборачиваясь к напарнику. По спине у Клава продрал мороз.
Шофер, уже открывший было дверцу, нахмурился. Второй чугайстер неторопливо подошел к Клаву и тоже заглянул ему в глаза. На плечо ему неприятно, как-то хищно и одновременно вкрадчиво опустилась стянутая перчаткой ладонь:
— С кем ты виделся сегодня вечером?
— Мое дело, — ответил Клав пересохшим ртом. — С чего мне вам докладывать?
— Твое дело, — спокойно согласился высокий. — Но ты контактный по нави. Не хочу тебя пугать…
Я не пугливый, хотел сказать Клав, но промолчал. Стиснул зубы. Пытать ведь не будут?! Откуда им узнать, где он прячет Дюнку?
— Не хочу тебя пугать, — продолжал высокий, — но навы, как правило, общаются с людьми затем, чтобы убить. Уровнять, так сказать, шансы… Ты в первый раз видел эту девушку? Нет?
— Какую девушку? — спросил Клав, упрямо притворяясь тупицей. Он живет в свободной стране, этот тип в дурацкой безрукавке не в состоянии причинить ему хоть сколько-нибудь ощутимого вреда.
— Девушку, с которой ты несколько часов назад имел интимную связь, — бестрепетно объяснил высокий. — Переспал, иначе говоря. Или ты это сделал с несколькими подряд?
Клав почувствовал, что краснеет. Это он-то, не без основания полагавший, что у него железные нервы! А вот как все просто — несколько небрежно брошенных слов, и вот он уже стоит голый посреди людной площади…
— Малыш, ты сегодня прошелся по бритве. Нечего теперь обижаться на меня, который всего только и хочет, что тебе помочь. В другой раз везение может не повториться… Вчера мы вытащили из ванной пятнадцатилетнего паренька. Вскрыл себе вены.
Ванна. Ванная. Какое противное слово…
Вот тут-то Клава и достала невозможная, отвратительная мысль. И отразилась у него на лице таким непритворным ужасом, что рука, лежащая у него на плече, ощутимо потяжелела:
— Тихо… Спокойно, все уже позади, ничего…
Включенный фен на краю хлипкой полочки. Но как он там оказался?!
Дюнка так плакала…
«Ты сегодня прошелся по бритве»…
— Вспомнил?
Клав проглотил густую горькую слюну. Неправда. Дурацкое совпадение. Подставка…
«Вспомнил. Я живу с нявкой, мы снимаем квартиру на…»
— Давай, малыш, говори. Никто никогда не узнает, что именно ты нам сказал. Знать будем только мы.
А водитель?! Вот он, стоит рядом, рот полуоткрыт, в глазах удивление с изрядной долей гадливости…
— Спасибо, — Клав неловко ему кивнул. — Я… уже сам доберусь… Вы поезжайте…
Хмыканье. Звонкий хлопок дверцы; Клав дождался, пока машина отъедет:
— Я…
Как гнусно. Как стыдно.
— Я… был… с девчонкой. Я… на улице… в общем, я ей заплатил. Наверное, она шлюха…
Губы его еле двигались. Сейчас он сам верил в то, что говорил, верил для пользы дела — но ощущение было, будто он купается в сточной канаве.
— Я… ну, у нас в лицее есть такая девчонка, Блоха… Мы с ней… ну, и как-то не очень. Я решил… ну, вышло-то случайно. Она сама ко мне подошла, честное слово… На улице… сейчас вспомню… на углу проспекта и Прорывной, возле подземного перехода…
Перед глазами у него встала картина города. Он ясно видел место, где случилась предполагаемая встреча. Чем больше подробностей, тем достовернее…
Чугайстры молчали. Выслушали до конца.
— Адрес? — негромко спросил высокий, когда Клав, опустив плечи, умолк.
— На улице Вечного Утра. Там такая гостиница… вернее, там несколько. Она взяла номер на час…
— За час справились?
Это не удержался от насмешки другой чугайстер, тот, что пониже.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
