получилось подняться далеко не с первого раза.
Мои соперники были изрядно потрепаны. Девица лежала чуть поодаль недвижимая. Невысокий мужик тяжело дышал и сплевывал кровь. Третий никак не мог призвать стихию. Видимо, помехой была почти отсутствующая кисть руки.
— На этот раз тебе придется умереть, — прохрипел светлый, и на его ладонях полыхнуло светлое пламя.
И почему-то я сразу понял, что эта драка станет моей последней. От обиды на саму ситуацию я на мгновенье смежил веки, но тут же распахнул глаза. Не хватало еще умереть как трус. Не по Морозовски это. Не по темному.
Крылья не хотели распахиваться, сжимаясь вокруг меня мятой и разорванной тьмой. Они словно пытались спрятать меня от опасности, дать пару бесполезных минут жизни, но позади всхлипнула незнакомая девушка с моим изображением на груди. И ее стоило прикрыть, как и остальных пришедших посмотреть на темного.
Я выдохнул и призвал тени, что оставались внутри. Она вырвалась наружу растрепанными парусами. А потом случилось странное. Сгусток пламени, который полетел в меня, неожиданно столкнулся с ледяным щитом. Слабым, шипящим и плавящимся от плетения «очищающего огня», но спасшим меня от прямого попадания в грудь. Затем откуда-то из-за моей спины вырвался столб яркого пламени, который подхватил поток ветра и швырнул в опешившего светлого, который едва успел активировать щит.
Я не отвел глаз от последнего нападавшего, но понял, что больше не один. Рядом со мной встали вернувшиеся незнакомые парни и девушки с высохшими слезами. Кто-то подставил мне плечо, не дав свалиться. И вперед выступил тот мальчишка, который приехал с Нижнего Вергорода. В его руках засеребрилась сила, и я почему-то подумал, что он еще слишком мал для таких фокусов.
Будто неожиданностей сегодня было недостаточно, мужчина, которого я недавно опутал призванной цепью, вдруг выпучил глаза и сложился вдвое, чтобы из его рта вырвался фонтан воды.
Ворота Шуйских с треском распахнулись, ломая толстый лед и наружу вышли ведьмаки. Матвей вскинул руки и с его пальцев соскользнули водяные ленты-змеи. Ольга сжала кулаки, и парень перед ней упал сломанной куклой. Из его тела словно из губки выдавилась и растеклась по асфальту густо окрашенная красным вода.
— Взять! — приказала княжна, указывая на однорукого огневика и светлого.
Поджарые псы тотчас рванули к уцелевшим воинам. А сама девушка создала прозрачную полусферу, куполом закрывшую меня и моих нечаянных спасителей.
Князь отдал приказы дружине, которая тотчас выстроилась в боевой порядок. На асфальте валялись противники, которых удерживали шипящие извивающиеся полупрозрачные змеи.
Ноги меня уже не слушались. Чья-то холодная ладонь легла мне на лоб. Девица с заплаканными глазами попыталась зажечь в пальцах светлую силу.
— Не надо, — я покачал головой. — Тебе станет плохо…
Но она нахмурилась и положила мне на голову дрожащие ладони. Мир вспыхнул и распался на сотни цветных искр
Последним, что я почувствовал, были несколько пар рук, поднимающих меня. А затем меня куда-то понесли, и в этот момент я услышал звон колокола. И только успел подумать, что он звонит по мне. Прежде, чем сознание меня покинуло, и я окончательно улетел в чернильную пустоту небытия.
Глава 13
Важные разговоры
Кто-то очень настойчиво звал меня по имени. Голос звучал откуда-то издалека и ужасно действовал на нервы.
— Будьте осторожнее с княжичем… Его раны…
Я нахмурился и кое-как сумел открыть глаза. И почти сразу пожалел о содеянном. Пространство покачивалось, голова закружилась, и я вновь смежил веки.
— Михаил, вы меня слышите? — спросила меня какая-то девушка.
— Владимирович, — выдохнул я и сделал это громко.
— Он будет в порядке, — обратилась к кому-то незнакомка, которая меня раздражала.
— Пить, — хрипло попросил я и тут же губ коснулся край посуды и в рот потекла вода.
На третьем глотке я подавился и закашлял. И сразу же тело пронзила острая боль.
— Морозов, прекратите! — воскликнул все тот же голос, и я недовольно прищурился.
Вокруг меня колыхалась тьма, сквозь которую просматривались силуэты людей.
— Прошу вас убрать эту штуку…
Я нехотя втянул в себя тьму, решив, что именно ее назвали «штукой». И сразу после того, как пространство посветлело, я понял, что рядом сидела княжна Ольга и настороженно осматривала меня. Сам я лежал на пороге особняка Шуйских.
— Недалеко же я от вас ушел, — криво усмехнувшись, прохрипел я, с трудом ворочая языком.
— Это не смешно, Морозов, — нахмурилась она. — Как вы себя чувствуете?
— Кто-нибудь из ребят пострадал? — я попытался сесть, но девушка уверенно уперлась ладонью в мою грудь, оставляя на месте. Уточнила:
— Из нападавших?
— Да плевать мне на этих уродов, — недовольно проворчал я. — Что с теми, кто мне помог? Раненые есть?
— У парнишки небольшое выгорание, девушка отделалась царапиной, — нехотя пояснила Ольга Сергеевна. — Но они справятся.
Я решительно отодвинул руку княжны и кое-как поднялся и сел на ступенях. Стайка ребят расположились неподалеку, перед ними прохаживались собаки.
— Их нельзя выпускать, — нехотя сказала княжна. — Сейчас приедут жандармы и допросят их…
— Меня будут допрашивать вместе с ними, — оборвал я Ольгу. — Эти люди спасли мне жизнь.
— Я понимаю, что вопросы будут и к нам, — хмуро заявил князь, который подошел ближе. — На вас напали перед семейным особняком Шуйских. И мы не сразу смогли прийти вам на помощь.
Я покачал головой:
— Я не имею к вам претензий, Матвей Сергеевич. Уверен, что вашей вины в произошедшем нет. К тому же вы успели обезвредить напавших. И, к слову, я впечатлен. Ваша стихия выглядит внушительно.
Матвей слегка покраснел, словно смутился от моих слов. А Ольга гордо вскинула подбородок.
— Наш лекарь оказался поблизости и успел вас немного подлатать. Но все же вам потребуется отдых…
— Спасибо, что выручили, — продолжил я и стал подниматься.
Шуйские помогли мне встать на ноги.
— Я вам обязан жизнью.
— Знаете, Михаил Владимирович, — Ольга подставила мне неожиданно крепкое плечо, — я впервые видела, чтобы практически чужие люди рисковали жизнями ради одного из нас. Эти бастарды, — она указала на стайку притихших ребят, — они ведь встали между вами и нападавшими.
— И я никогда не смогу отплатить им за это.
Княжна что-то пробормотала, и ее псы потрусили прочь. А мои фанаты воспряли духом при виде меня.
— Михаил, ты в порядке?
