со своими предположениями! Опозорила отца и чуть не подставила Арса!
— Ты с ума сошёл, Коль? — широко распахиваю глаза. — Ты вообще понимаешь…
— Я-то понимаю, — перебивает меня. — А ты — ни хрена не понимаешь! — хватает бокал и одним глотком опустошает его. — Ты здесь не так давно и много не знаешь, — продолжает брат. — Я говорил, чтобы ты не лезла, но ты снова делаешь по-своему!
— Элеонора не в первый раз пытается затащить меня в постель, — на удивление спокойным тоном произносит Арсений. — Но никогда, — поднимает на меня взгляд, — я даже намёка ей не давал, что соглашусь на это.
— Но почему именно ты?
— Не только он, — вставляет Коля. — Она бросается на каждого второго. Просто отец в это не верит, и все вокруг решили умалчивать о её похождениях после того, как он отказался от многолетней дружбы с дядей Сашей из-за неё.
— Что? — прищуриваюсь, пытаясь понять, о чём он говорит.
Внезапно я вспоминаю мужчину. Дядя Саша. Близкий друг отца. Он приходил к нам в дом ещё когда мы с Колей были маленькими. И он же помог отцу перебраться в Питер и открыть своё дело… Как я могла забыть о нём?
— Год назад он стал первым, кого пыталась соблазнить эта сука за спиной отца, — продолжает брат. — Он не стал замалчивать и сразу пошёл к отцу. Ты видишь его в окружении папы? — медленно качаю головой. — Попробуешь угадать, почему?
— Он ему не поверил? — сглатываю ком в горле, который не даёт свободно говорить.
— Именно, — подтверждает брат. — Он разорвал многолетнюю дружбу с ним из-за Элеоноры! Никто не суёт свой нос в их отношения, пуская всё на самотёк! А ты что сделала?
Вспоминаю папину реакцию, когда я сказала ему о том, что слышала, и рассказ Коли обретает смысла.
Не понимаю, как она могла окрутить папу, что он не видит очевидного?
— Ты в порядке? — с сомнением спрашивает Арс.
— Нет, — поднимаюсь на ноги, чувствуя новый приступ тошноты, и иду в уборную.
Содержимое моего желудка вырывается наружу, едва я захожу в туалет.
Голова идёт кругом.
Ничего не понимаю.
Коля злится, что я не посоветовалась с ним. Арс — потому что я поспешила с выводами, и чуть не сделала его виноватым. А папа… Папа, кажется, ненавидит меня.
Зачем я вообще приехала в этот город?
Нужно было отказаться, и настоять на своём решении. Тогда бы не пришлось через всё это проходить и чувствовать себя последней дрянью.
Глава 35
Просыпаюсь от какого-то шума за дверью и медленно поворачиваю голову вбок.
Замечаю на тумбочке бутылку воды и две таблетки. Даже не думая, принимаю сидячее положение и выпиваю их.
Смотрю в одну точку, прокручивая в голове события минувшего дня.
Как же мерзко. Вся эта ситуация, из ряда вон выходящая.
Поднимаюсь на ноги и переодеваюсь в спортивный костюм.
Судя по тому, что когда я вчера уходила спать, Коля и Арс продолжали выпивать в гостиной, последний остался у нас ночевать.
Выхожу из комнаты и иду прямо на кухню, где застаю брата и его друга.
— Доброе утро, — сухо произносит Коля.
— Доброе, — тихо отвечаю. — Спасибо за таблетки.
— Какие таблетки? — удивляется брат.
Медленно поворачиваю голову и встречаюсь взглядом с голубыми глазами Арса. Тут же понимаю, что это он позаботился о моей головной боли.
— Никакие, — отворачиваюсь и начинаю готовить себе кофе.
— Как ты после вчерашнего? — с сочувствием спрашивает Коля.
— Я возвращаюсь домой, — уверенно отвечаю. — Уже купила билеты.
— Что? — одновременно ахают парни.
— Ты с ума сошла? — вспыхивает Коля. — Что значит — возвращаюсь домой? Как же университет?
— К чёрту университет и всё, что связано с этим городом! — изо всех сил стискиваю челюсти, чтобы сдержать слёзы. — Я всё решила!
— Не сходи с ума, — вмешивается Арс. — Всякое бывает, но на эмоциях не стоит принимать поспешных решений.
— Я не собираюсь тебя слушать, и никого другого, — беру чашку с кофе и сажусь за кухонный стол. — Я хочу вернуться домой.
— Не глупи, — слишком резко произносит брат. — Учёба — вот для чего ты переехала. Всё остальное не имеет значения.
— Я не могу здесь находиться, — до крови закусываю губу. — За эти несколько недель здесь я прошла через боль и унижение. Не могу я больше. Дома меня ждёт покой и стабильность, а не это всё… — больше не могу сдерживаться, опускаю голову и слёзы начинают стекать по щекам. — Всё это невыносимо.
— Это тебя реакция отца так поразила? — удивляется брат, опускаясь рядом со мной. — Забей на него. Не бери в голову.
Не могу выразить своё опустошение и боль.
Всё это время я держалась.
Несмотря на причинённую мне Арсением боль, колкие фразы однокурсников, я старалась держаться.
Но теперь, ко всему этому, отец сорвался на мне из-за той, кто наставляет ему рога.
Обида, злость, разочарование.
Всё это сейчас вырвалось наружу, и я не могу сдержать своих эмоций.
Хочется бежать как можно дальше отсюда. От этого места, города и людей.
— Кать, — брат обнимает меня, пытаясь успокоить. — Не глупи.
Ничего не отвечаю. Просто сижу, сгорбившись, и чувствую, как горячие слезы падают прямо в чашку с кофе.
— Брось, — тихо говорит Арсений.
Его голос звучит ближе, чем я ожидала. Он пододвинул стул и сел напротив, через стол. Я упрямо смотрю в темную жидкость перед собой, но чувствую на себе его взгляд.
— Ты не сбежишь от самой себя. Куда бы ты ни уехала, все это поедет с тобой в одном вагоне.
— А ты откуда знаешь? — вырывается у меня хриплый вопрос. Я все-таки поднимаю на него глаза. Его лицо серьезное, без обычной легкой насмешки. — Что ты вообще понимаешь?
Арсений молча встаёт, подходит к окну и закуривает. Его спина кажется неестественно напряжённой.
— Вот именно, — иронично усмехаюсь. — Ты даже представления не имеешь о том, что творится у меня внутри.
— Ты всё продумала? — спрашивает он, не оборачиваясь. — Просто сесть и уехать?
— Да, — отвечаю я. — Здесь нечего продумывать. Здесь всё уже случилось.
Коля бьёт кулаком по столу, отчего подпрыгивает моя чашка.
— Вот так вот? Бросишь всё из-за истерики? Из-за отца, который… — он резко обрывает себя, бросая взгляд на Арсения. — Ладно. Делай как знаешь.
Он встаёт и уходит из кухни.
Остаёмся с Арсом вдвоём.
Он наконец поворачивается. Взгляд выражает какое-то… сожаление? Печаль? Я не понимаю этого парня.
— Таблетки были от меня, — тихо говорит Арс. — Видел, как ты мучишься во сне.
Я просто смотрю на него. Смотрю и не понимаю, зачем он это говорит сейчас. Зачем вообще что-то
