***
Джоан открыла очередную бутылку вина, налила в бокал и опустилась в кресло. Прислуга отправлена в отпуск, в доме царила полная тишина. Никогда прежде злосчастный родительский дом не казался настолько пустым. Джоан привыкла к тому, что вокруг нее вечно находились люди. Она словно пыталась наполнить дом жизнью.
— Ну, что, мамочка, надеюсь, что ты смотришь на меня и радуешься тому, что видишь, — глядя на портрет матери, усмехнулась Джоан.
Кларисса Кендрик смотрела на нее будто с немым укором. Впрочем, иного выражения на ее лице Джоан не помнила. Вечно поджатые губы, равнодушный взгляд и тихий голос. Кларисса никогда не повышала голоса, но ей это и не было нужно — ее всегда слышали все.
— Как ты там говорила? Леди должна быть идеальна во всем, тогда ее будут любить, тогда ей будут восхищаться. Как тобой, да? Тобой восхищались. Отец носил тебя на руках, твои приемы всегда считались самыми лучшими во всей округе. И никого из них не волновало твое происхождение, кроме тебя самой.
— Мам, ну почему я не могу носить джинсы и футболку, как Люси? — Маленькая Джоан смотрела на футболку с Микки Маусом так, словно она являлась пределом ее мечтаний.
— Люси тебе не ровня. Нечего одеваться, как плебеи. Ты леди и должна всегда помнить об этом. Только истинных леди любят.
— Ты знаешь, как выглядит тот, кого любит мой муж? Явно, не как леди. Он даже на свадьбу заявился в кожаной куртке и рваных джинсах. Но Дэвид любит его. И никогда не любил меня. Никогда.
— Дэвид, неужели ты не можешь хотя бы сделать вид, что мы счастливая семья? — Джоан со вздохом опустилась в кресло.
Прием у Метьюсов вымотал ее. Она то и дело слышала шепот за своей спиной, словно каждый в этом зале знал, что ее муж спит с другим мужчиной, пока бедная Джоан одна с ребенком тащит на себе весь дом.
— Джоан, я только это и делаю. Все в округе считают нас идеальной семьей. Я обещал тебе, что твоя репутация не пострадает. Никто не знает о Джастине. Это все плод твоего воображения. Я отпущу няню и уложу Джейсона спать.
— Опять будешь читать ему про Питера Пена?
— Нет, я думаю почитать ему «Говорящий сверток». Спокойной ночи, Джоан.
— Ты завтра еще будешь дома?
— Да. Джейсону все-таки исполнится два. Да и тебе, в твоем положении, нужна помощь. Не думаешь ли ты, что я брошу тебя беременной справляться со всем одной.
— Я и так одна, Дэвид, мыслями ты всегда с ним.
— Тебе стоит больше времени проводить с Джейсоном. Ты нужна сыну. Ты тоже. Не только я.
Джоан прикрыла глаза. Она ненавидела Джастина, она любила Дэвида. Но сейчас чувствовала, что волна ревности захлестывает ее с головой. Она ревновала мужа к собственному сыну.
— Даже Дерека он любил больше, чем меня. Я ненавидела его с самого рождения. Знаешь, говорят депрессия — обычное дело. Но она не проходила. Дэвид сбежал к Джастину, а когда вернулся… Он любил его, представляешь, любил. Называл своим сыном. Хотя наш мальчик был мертв. Но я справлялась с этим, пыталась. А потом он начал рисовать. И знаешь, что? Дэвид устроил своему ненаглядному Джастину выставку — он же тоже художник. Утонченная натура со своим взглядом на мир. Дэвид любил Джастина, Джейсона, он даже любил Дерека, но не меня. И куда, мам, меня завела твоя долбанная идеальность? Джастин забрал Дэвида, Дерек забрал Джейсона, а я пью в одиночестве и говорю с портретом мертвой матери. Еще и пытаюсь во всем ее обвинить. Вот она, твоя идеальная дочурка. Все, как ты и хотела, мам. Все, как ты и хотела.
Слезы текли из глаз Джоан, но она не обращала на них никакого внимания. Сегодня идеальная Джоан Джефферсон могла позволить себе немного неидеальности.
========== Джейсон. Дерек. Дэвид. ==========
— Никогда бы не подумал, что ты боишься собственных сыновей, — рассмеялся Джастин и скептически оглядел Дэвида, — пиджак снять, рубашку поменять и вылези ты из этих брюк. Я купил тебе шикарные джинсы и кроссовки. Дэвид, ты больше не в доме Джоан и идешь к сыновьям, а не к партнерам по бизнесу.
— Мне казалось, так им будет привычней.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Джастин лишь закатил глаза и пошел в сторону гардероба. Дэвид проследил за ним взглядом и невольно улыбнулся. Он бы пропал без Джастина однозначно. Тот всегда знал, как его успокоить и привести в чувство. Он оставался опорой даже тогда, когда Дэвид наделал глупостей. Если бы время можно было повернуть вспять, то Дэвид никогда бы не покинул их квартиру в Лос-Анджелесе. Не променял бы город Ангелов на Сиэтл, не бросил бы увлечение музыкой. Он все сделал бы иначе. Но слезы матери, ее причитания, что отец не переживет банкротства, что они всегда делали все, чтобы Дэвид жил в свое удовольствие, достигли тогда цели. Не проходило и дня, чтобы Дэвид не корил себя за слабохарактерность, что покорно согласился, не попытавшись даже найти другой способ решить проблему. Поискать инвесторов, партнеров, в конце концов, занять денег у кого-нибудь. Мог бы попытаться, хоть мать и причитала, что отец перепробовал все. Сегодня Дэвид знал, что в действительности так и было — отец и правда перепробовал все. Отец.
Но не Дэвид.
Поэтому даже спустя годы, спустя тысячи «прости», сказанных на разный лад, Дэвид Джефферсон ощущал себя предателем. И он до сих пор видел в глазах Джастина легкое недоверие, неуверенность в том, что в этот раз Дэвид решил остаться навсегда.
— Я люблю тебя, Джас.
Будто слова могли искупить его вину. Загладить ее перед Джастином, перед Джоан, перед детьми. При мысли о Дереке и Джейсоне стало особенно горько. Он старался разорваться между двумя семьями… Но не сумел. Он слишком многое не сумел.
— Я тоже, Дэвид. — Джастин подошел к нему и мягко провел пальцами по щеке. — Ты справишься.
— Я уже не справился. Я наделал столько ошибок, а такое ощущение, что расплачиваются за них другие. Джоан, Дерек, Джейсон, Кристиан, ты.
— Джоан не помогли даже толпы психотерапевтов, которых ты приводил.
— Да, но я-то поверил, что она поправилась. Понимаешь? Поверил.
— Дэвид, все мы совершаем ошибки. Джоан тоже могла уйти от тебя, когда поняла, что ты никогда ее не полюбишь. Мне жаль ее. Я понимаю ее, потому что точно так же ждал того, кого люблю. Точно так же делил тебя с ней. Да, меня ты любил в ответ, но знаешь, Дэвид, от этого не всегда легче. Давай не будем возвращаться к прошлому. Тебе нужно исправить настоящее.
Замолкнув, Джастин протянул джинсы и белую футболку. Дэвид лишь согласно кивнул и взял одежду. Все-таки Джас прав — хватит с них идеальности, которой так пыталась достичь Джоан. Джастин улыбнулся и, легко поцеловав Дэвида в губы, попытался сразу отстраниться. Но Дэвид не мог согласиться с этим, бросил вещи на пол, крепко прижал Джастина к себе и углубил поцелуй. Во всяком случае, у него еще оставалось немного времени, чтобы успеть в аэропорт, и он собирался провести его с толком.
***
Дерек старательно выводил на холсте линию за линией, хотя мысли его были очень далеко. Чарльз старательно вел себя так, словно ничего не произошло, хотя поговорить с Дереком не стремился, отводил взгляд в сторону и вообще делал вид, что не замечает того, что друг пытается наладить контакт. Это расстраивало, но Дерек понимал, что Чарльзу нужно дать немного времени, хотя это растянулось немного дольше, чем он рассчитывал. Но, как сказала Кассандра, не все люди способны быстро отойти от потрясения. Пришлось с этим согласиться и застыть в ожидании, что лучший друг снова начнет разговаривать. Радовало одно — вроде бы с Кайрой у них все налаживалось. Хотя они вели себя крайне странно: целовались без смущения, но говорить о чем-то серьезном не решались. В любом случае, именно так сказала Джессика.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Нервничаешь? Или переживаешь о чем-то? — Джейсон присел на корточки за спиной Дерека и, обняв его за талию, уткнулся лбом между лопаток.
— А я думал, чем тебя не устраивал мой стул, раз ты подарил пуфик. Оказалось, чтобы обнимать меня? — Улыбнулся Дерек и, развернувшись, поцеловал Джейсона.
— Ты разгадал мой хитрый план. Так что не так? — кивнул на рисунок Джейсон.
