я построю тебе новый мир, где спрячем наших людей, пока сражаемся в этой войне.
— Не знаю, получится ли, Райдер
Да, у меня, словно биполярное расстройство. Но как убедить целую расу спрятаться, пока другие сражались на войне? И сколько им пришлось бы прятаться в том мире, и чего бы это стоило моему мужу, построй он мир с помощью магии? Он уже создал один мир, прекрасный, в который мы могли сбежать, но это наше убежище, и оно даже близко не могло вместить целую расу.
Райдер направился ко мне, пока не заставил остановиться, зажав между собой и стеной.
— Если тебе нужен грёбаный мир, способный вместить наших людей, я его создам. Если нужно пространство, я и это дам. Но я не откажусь от нас, Синтия. Я мудак. Ты знала это, когда встретила меня, и я никогда не скрывал от тебя эту часть. Я никогда не лгал о том, что я чувствовал к тебе или что ты заставляла меня чувствовать. Эта часть нас всегда была настоящей.
Он изучал моё лицо, облизывая губы, будто намеревался зацеловать меня до бесчувствия, и я жаждала этого больше, чем сделать следующий вдох. Тяжело сглотнув, я посмотрела на его греховные губы, прежде чем снова встретить его горячий взгляд.
— Кроме той части, где ты солгал мне о том, кто ты. Ты позволил предположить, что тебя похитили с нашей свадьбы, и я потеряла ребёнка, чтобы спасти тебя. Райдер, ты обманул моё доверие, но хуже того, разбил мне сердце недоверием, чтобы рассказать свои секреты. Мы должны быть командой, ты и я. — Я попыталась высвободиться, но Райдер заблокировал меня, спрятав в клетку своих рук. Сдавшись, я вздохнула и посмотрела на него. — Слушай, я не знаю, где и когда мы перестали бороться против них и стали друг против друга, но это произошло. А теперь, если не возражаешь, мне нужно осмотреть людей во дворе, а потом отдохнуть. Я пошлю сообщение Олдену, чтобы он принёс пергаменты для новой карты. А пока можем начать создавать новый мир, при условии, что ты сможешь, не причинив себе вреда и не потеряв силу. Не хочу этого, если тебе будет больно.
Я нырнула под его руки, убегая так, будто меня преследовал огонь. Я не могла справиться с жаром во взгляде Райдера или с тем, как тело сжалось от потребности, чтобы забрать боль и воспоминания о Малахии и его монстрах. И чертовски уверена, что не могла думать или помнить, что злилась, когда его губы так близко к моим. Этот мужчина — зыбучий песок. Чем больше сопротивляешься ему, тем глубже погружаешься, пока не перестаёшь бороться. Этот мужчина говорил верные слова, но действия говорили гораздо больше, и мне ещё предстояло их увидеть. Если он действительно хочет, чтобы я вернулась, приложит усилия.
Любить его легко; любить зверя — моя вторая натура. Настоящая проблема в том, что сейчас я даже сама себе не нравилась, и необходимо работать над собой, чтобы залечить раны. Я хотела увидеть, как Райдер докажет, что любит меня и хочет большего, а не просто силу, которая текла по моим венам. Мне нужно знать, что он идёт ва-банк и что может смотреть сквозь пальцы на то, что я сделала ради выживания.
Глава 14
Вся территория двора оказалась заполнена Фейри, переносящимися сюда, словно в лагерь для эмигрантов. Тысячи Фейри пришли в Орду в поисках убежища. И когда они стали появляться, начался бедлам, из-за этого ими пренебрегали. Теперь у них отчаянно не хватало еды, одежды и палаток, чтобы защититься от ветра и непогоды. Отчаявшиеся люди легко могли стать опасными, поскольку потребность выжить начинала поглощать.
— Принесите из подвалов больше еды, — сказала я стражникам, ожидавшим моих приказов. — Раздавайте пайки на семью, а не на касту или группу. Попросите швей и магов наколдовать больше тёплых одеял. Раздайте их тем, кто не обладает способностью создавать собственные принадлежности, включая одежду. Фейри не должны замёрзнуть, когда мы пригласили их на нашу землю укрыться. Пусть кожевники принесут ещё палаток. Тех, у кого нет семей, следует поместить в просторные общежития, дав семьям свои палатки. Пошлите за столярами, пусть принесут остатки дерева, которые не будут использовать для изготовления оружия, чтобы разжечь огонь. Укрепление чар — наш главный приоритет. Позовите Лукьяна, чтобы он добавил сил, укрепил те, что уже есть, и установил дополнительные чары, необходимые для защиты крепости в случае атаки. Спайдер может сделать это, если с Лукьяном невозможно связаться. Пошлите ещё охрану к крупным группам. Только за последние несколько часов произошли несколько драк. Это никуда не годится, особенно когда здесь семьи, которые всё это видят или хуже — оказываются в центре событий. Если кто-нибудь будет драться и не прислушается к предупреждению, его отправят в подземелье, пока он не изменит своё грёбаное отношение. А ещё улыбки. Мы приветствуем людей, прошедших через ад, в нашем доме. Выглядеть так, будто скорее убьёшь, чем поможешь, никого не убедит, что они и их семьи сделали правильный выбор, обратившись к нам. Когда даёте им припасы, спрашивайте о способностях. Нужно наметить, кто пригодится, а кого направить в тыл, прежде чем уйдём. И нужен эль. Нужно, чтобы людям было комфортно, и они чувствовали себя в безопасности. Они — наши гости, а не пленники. Давайте убедимся, что они знают об этом.
— Как прикажешь, моя королева. — Йохан, один из стражников, кивнул и бросился прочь вместе с остальными, выполнять отданные мной приказы. Я смотрела вслед стражникам, молча стряхивая напряжение, и воспоминания пронеслись в голове. Закрыв глаза, я представила своих детей такими, какими они были до того, как Дестини забрала их, чтобы защитить. Они — моё счастливое, спокойное место, от которого исходило огромное количество тепла и убирало ледяные когти Малахии из души. Я услышала шуршание гравия под ногами и, обернувшись, увидела, Сиару, Эри, Айслин, Лилит и Фира, идущих ко мне.
— Пойдёмте, леди, — пробормотала я, пытаясь рассеять последний оставшийся лёд кошмара, который мне приснился. — Поздороваемся с народом Фейри, хорошо? — Я подмигнула, и на их лицах расплылись зловредные ухмылки.
— И ты уверена, что мы не можем их немного потрепать? — спросила Эри.
— Фейри — друзья, а не еда. — Я содрогнулась.
— Я не собиралась их есть, фу. — Она съёжилась, сморщив нос от отвращения.
Факелы освещали дорожки вместе с маленькими феями, которые носились туда-сюда сквозь толпы людей. Большие кострища добавляли тепла, а крылатые существа, напоминающие помесь гигантских львов
