объяснять Алина. — То есть, если бы Аня все-таки оказалась адъютором, как мы подозревали, тогда эта мазь на нее не подействовала бы!.. Но…
— Но?.. — Никита поддался вперед.
— Она подействовала… — упавшим голосом закончила Темная.
Никита с шумом втянул воздухом, а потом с ненавистью выплюнул в ее сторону:
— Дура!
Алина вздрогнула, на мгновение прикрыв глаза, а потом почти шепотом заговорила дальше:
— Это не все…
— Говори…
— Аня странно себя вела… Ее разум будто слился с разумом волка… Так ведь быть не должно?..
— Дура! — повторил Никита с прежней интонацией.
Потом, кое-как справившись с эмоциями, вновь обратился к Патрику:
— Сколько действует эта мазь?..
— Несколько часов, — Предводитель тяжело опустился на стул.
— Конкретней, — потребовал Никита.
— От часа до трех…
— Дьявол!
— Но плохо не это, — Патрик посмотрел на него глазами, полными тревоги. — И даже не то, что ее рассудок слился с волчьим… Хотя и это странно. Самое плохое то, что Анна обернулась оборотнем именно сегодня… Во второй день полнолуния…
— И?.. — Никита напряженно ждал продолжения.
— Полной луна бывает три ночи, и только вторая из них опасна для оборотней… Мы никогда в этот день не обращаемся и не покидаем в таком обличие Вульфиш… Это единственная ночь в месяце, когда в лесу можно встретить Охотников…
Охотники… Никите не нужно было объяснять, кто это такие… Это обособленная раса, совсем малочисленная и обладающая лишь одной магической способностью, передающейся от родителя к ребенку, — убивать оборотней. Охотники всегда живут в непосредственной близости от поселений оборотней, но заходить на их территорию не могут… Более того, только единожды за лунный цикл их способность убивать обретает силу и только в эту ночь они выходят на охоту… Едва какой оборотень, по роковой случайности оказавшийся в это время в лесу, сможет избежать смерти.
— Я пойду за Аней, — Никитин голос охрип от волнения и страха, но звучал по-прежнему твердо. — Алина, в какую сторону она ушла?..
Темная, подойдя к окну, указала направление.
— Это ж там Мертвый бор, — жалобно проскулила молчавшая до этого Милена.
— Что еще за бор? — Никите казалось, что неприятности, сыпавшиеся одна за другой, никогда не закончатся.
— Низшие сущности там обитают, а живности никакой нет, даже комара или букашки какой, — всхлипнула жена Предводителя. — Только для оборотня-то бор не страшен, а для человека…
— Это она к тому, — начал объяснять Патрик, нервно потирая затылок, — что если Анна вернется обратно в человеческий облик в том месте, сущности не упустят такой добычи…
Час от часу не легче! Никите казалось, что еще мгновенье, и он завоет от отчаяния как тот самый волк.
— И что делать? — он с надеждой воззрился на Предводителя.
— Лучше, если б вы нашли Аню еще волчицей, — вновь вступила в разговор Милена. — Как раз в центре Мертвого бора находится озеро, оно под защитой Света. На его берег, он совсем узкий, эти твари ступить не могут… Так вот, Аню нужно вывести на тот берег, чтобы обратное обращение произошло там… Потом просто дождитесь рассвета и тогда сможете спокойно вернуться в поселок… Днем сущности прячутся по болотам да пещерам… Вы поняли меня, Никита?..
— Да, Милена, спасибо… Осталась самая малость — найти Аню… — он направился к выходу.
— Никита, — окликнула его вдруг Алина. — Подожди…
Она догнала его и надела ему на шею тонкую цепочку с крошечным кулоном в виде пентаграммы:
— С ним тебя не заметят ни Охотники, ни низшие… — а потом тихо добавила: — В твоем теперешнем положении дополнительная защита не помешает…
* * *
Наконец-то лес… Я могу сбавить шаг и бежать не так быстро… Но меня все равно тянет дальше. Куда, я не знаю. Все вокруг чужое и одновременно близкое. Сотни запахов… Хвои, трав, мха и… добычи. На меня начинает накатывать голод, не так физический, как психологический… Хочется придушить какого-нибудь зайца или полевку и вгрызться в еще теплое мясо, ощутить вкус крови…
Я принюхиваюсь и начинаю идти медленней… Мои лапы ступают бесшумно, а глаза отлично видят в темноте… Запах зайчатины становится сильней. Я уже предвкушаю, как мои зубы перекусывают его шею…
Где-то хрустнула ветка. Я останавливаюсь, навострив уши… Шаги… Я слышу шаги… И запах. Это не человек и не животное… Опасность… От этого существа веет опасностью…
Надо мной проносится свист, и что-то длинное и тонкое врезается в ствол дерева неподалеку… Я срываюсь с места и, подгоняемая страхом, несусь вперед… Меня хотят убить. Я знаю это, чувствую. Мне надо найти убежище.
И вновь мимо меня, едва не задев ухо, пролетает нечто острое и исчезает где-то в темноте впереди… Я резко меняю направление и устремляюсь в другую сторону, желая запутать того, кто меня преследует…
Наконец я вижу углубление в корнях старого рассохшегося дерева, бросаюсь туда, надеясь спрятаться. Сворачиваюсь клубком, прижимаясь к земле и стараясь стать как можно незаметней… Перестаю даже дышать… Время идет, а я боюсь пошевелиться и тем более выглянуть наружу…
Снова шаги… Я замираю в страхе… Неужели, это преследователь?..
— Аня… — звуки издает человек, но он спокоен. И я эти звуки кажутся мне знакомыми. Как и его запах. Опасности не чую…
Я нерешительно приподнимаю голову и прислушиваюсь.
— Аня, ты здесь? — голос человека притягивает, и я неуверенно начинаю подползать к выходу из убежища.
— Аня? — человек останавливается рядом, приближаясь к самым корням. — Аня… Это я, Никита…
Высовываю нос и снова втягиваю его запах. Такой родной… Страх отступает, а я начинаю испытывать почти щенячью радость.
— Аня… — он протягивает ко мне ладони, и я вылезаю полностью, а потом утыкаюсь в них мордой…
Как спокойно…
— Хорошая девочка, — человек внезапно обхватывает меня руками, но мне не хочется никуда бежать от него. Мне приятны его близость и тепло.
Я доверяю ему.
— Идем со мной…
Кажется, он зовет меня куда-то…
— Быстрее, нам нужно уходить отсюда, — человек начинает идти, но постоянно оглядывается на меня…
