боя. Наши гости интересовались абсолютно всем, постоянно задавая вопросы и прося повторить то, что не уловили с первого раза.
Особенно дотошной в расспросах была генеральская дочка Вика. Она задавала довольно грамотные вопросы, делала дельные замечания и сама хотела попробовать всё лично. У этой девчонки очень цепкий аналитический ум. Те, кто поведётся прежде всего на её яркую внешность, скорее всего пропустят то, что Вика очень наблюдательна и умна. Она бывает весьма саркастичной и едкой, но в целом доброжелательна по отношению и ко мне, и Ваньке. Вика умеет слушать и выделять в сказанном нужные моменты. Из неё вышел бы неплохой аналитик или следователь. Видно, что кто-то оттачивает её пытливый ум, возможно, это её отец генерал, или кто-то из знакомых. На мой взгляд, из всей компании мажоров, Вика самая непростая. С ней нужно вести себя поаккуратней, чтобы не попасться на несоответствиях.
Что касается самой тренировки, то тут с Викой тоже были свои интересные моменты. Пока речь шла об ударке, всё было нормально. Я долго и подробно объяснял ребятам нюансы работы коленями в тайском клинче, а потом переход с ударов руками на локти. Дальше, после демонстрации, мы разбивались по парам и все пробовали повторить показанное. Вика не отставала от парней и работала в паре то с Борисом, то со Славиком, то со мной. Постоянная смена пар в процессе занятий позволяет лучше запомнить и отработать изучаемые техники, примеряясь к различным партнёрам по отработке.
Когда мы со Славиком, как с хорошим дзюдоистом, обсуждали боевую работу в партере, и я показал ему треугольник ногами из гарда, Вика тут же изъявила желание освоить и эту технику. Те, кто знает, что такое удушающий треугольник ногами, со мной бы согласились, что это приём весьма специфический. И если его исполняет парень на девушке или девушка на парне, то в голову начинают лезть самые скабрёзные мысли, совсем не относящиеся к тренировке. Ну, или это у меня голова так устроена, что мне в голову сразу лезет всякая чушь, а для других в этом нет ничего особенного.
Сначала Вика, сидя рядом на матах, внимательно слушала мои объяснения, которые я давал Борису и Славику, демонстрируя на Ване выход на треугольник из гарда и закрытие замка ногами с последующим удушением. А потом и сама решила освоить это техническое действие. Она взяла смущающегося Ивана в довольно приличный гард, и пусть не с первого раза, и с моей помощью, но всё-таки сумела заставить красного как рак Разуваева сдаться. Не знаю, правда, сдался ли он потому, что Вика его действительно придушила, или чтобы уже остановить это забавное зрелище. Сдавленные смешки Тани и Славика с Борей показали мне, что не один я такой пошляк и усматриваю во всём этом некую смущающую двусмысленность.
Не удовлетворившись своим первым успехом, Вика по очереди пробовала этот треугольник и на Славике, и на Борисе, и даже на мне. Всё, что делает эта девушка, она делает основательно и с полной отдачей. Казалось, что только до неё одной не дошла пикантность того, что происходило на ковре. Либо она хорошо умеет держать покерфейс, и делала это специально, наслаждаясь смущением тех, кто попался к ней на отработку.
Кстати, Вика попросила разрешения привести на нашу совместную тренировку одного своего хорошего знакомого, который тоже давно увлекается боевыми искусствами и очень заинтересовался её рассказом о нашем зале. Я, пожав плечами, сказал: «Пусть приходит». Если ее знакомый хороший боец, интересно было бы с ним поработать. А если не очень, то и бог с ним, не жалко, пусть тоже до кучи позанимается вместе с нами.
— О! Костылев, к Виктору Семёновичу зайди, он тебя с утра ещё спрашивал, — прерывает мои размышления Вера Павловна, когда я пытаюсь прошмыгнуть незаметно по коридору мимо открытой двери её кабинета.
— Да, Вера Павловна, сейчас зайду, — обречённо киваю я и тяжело вздохнув разворачиваюсь обратно.
Постучав, захожу в кабинет начальника ЖЭКа. Тот в этот момент громко разговаривает по телефону, ругаясь со своим невидимым собеседником. Заметив меня, он раздражённо машет рукой делая мне знак сесть и подождать. Я молча сажусь на гостевой стул и смотрю в окно, за которым местная пацанва, лет десяти-двенадцати, строит снежную крепость. Мальчишки прилежно катают снежные шары по снегу, чтобы они стали побольше, а потом укладывают получившиеся заготовки на основание из таких же уже обработанных снежных блоков и прилаживают их уже на месте. Стены крепости растут буквально прямо на глазах. Эдак скоро они уже и закончат и начнут готовиться к штурму.
— Так, Юра, ты чего же это до сих пор не встал на учёт в военкомат? — Обращается ко мне Виктор Семёнович, который уже закончил свой напряженный разговор по телефону. — Ты уже пару месяцев у нас работаешь, а так и не удосужился туда зайти и встать на учёт. Мне, между прочим, вчера из-за тебя наш военком выволочку по телефону сделал. Давай, бросай все дела и бегом с документами в военкомат.
— Виктор Семёнович, так я же встал на учёт. Как у вас на работу оформился, так сразу и сгонял в военкомат, — отрываюсь я от созерцания стройки и перевожу недоумевающий взгляд на начальника. — Они, видать, там у себя чего-то напутали.
— Ничего не знаю, быстро дуй в военкомат, — недовольно бурчит начальник. — И давай, одна нога здесь, а другая там. Да, и посмотри у себя на участке, чтобы все мусорки были в порядке. У нас районная комиссия скоро будет с плановой проверкой.
— Всё понял, Виктор Семёнович, у меня всё будет так, что комар носа не подточит. — заверил я начальника и по-быстрому слинял из кабинета.
* * *
В военкомате я назвал дежурному свои имя и фамилию. Тот сразу куда-то позвонил и кивнул мне на стул.
— Садитесь, ожидайте. Вас пригласят.
Я сел на жёсткое деревянное откидное сиденье, целый ряд которых стоял около окна, и приготовился к долгому ожиданию. Знаю я этих военкоматских. Как минимум, час меня здесь в предбаннике промурыжат. Как обычно, в случае с долгим ожиданием, я закрыл глаза, успокоил дыхание и погрузился в себя, занявшись циркуляцией ци.
— Костылев! Ты что, уснул, что ли? — Надрывается дежурный. — Третий раз уже тебя вызываю.
— Да, уснул маленько, — не стал
