Читаем без скачивания Продолжения не будет - Станислав Бест

Наконец, оба успокоились. — Это надо отпраздновать, — сказал Сигурд. — Стоп! Они же сейчас сюда все…, - Олега бросило в краску. — Черт! Сматываемся! — Они не придут, — раздался за спиной мелодичный голос. Сигурд, выкатив глаза, уставился на что-то, глядя мимо Олега. Олег рухнул и перекатился, чтобы оказаться лицом к источнику звуков. "О, боги! Опять?!". Олега замутило, его охватила слабость — метрах в двадцати сидел заяц. Черный. Тот самый. Свидетель и примета агонии и смерти. "Я умираю? Сигурд?". Олег глянул на удивленного Сигурда. "Галлюцинация?". — Гхм. Откуда он? — спросил Сигурд, ткнув пальцем в сторону животного. — Это тот самый? — Похож, — подавленно ответил Олег и медленно встал. — Ты кого спрашивал? — снова раздался мелодичный голос. Голос шел от зайца, но тот ничего не делал, только один раз дернул ухом. Сигурд молча встал и подошел к Олегу. Они переглянулись и осторожно двинулись вперед. Сигурд автоматически наклонился и, не спуская глаз с животного, поднял с земли камень. — Вы не отвечаете. Вы боитесь. Почему вы боитесь? странно, но голос показался им очень печальным. Олег и Сигурд замерли в замешательстве. — Мне казалось, что выбранный посредник никак не ассоциируется с агрессией, — прозвучал голос еще более печально. — Это ошибка? — Н-нет, — ответил Олег. — Очень мирное животное. — Это приятно. Сигурд, похоже, снова удивился, увидев на этот раз камень в своей руке. Он положил его на землю. — А ты… кто? — спросил он у зайца. — Заяц. — В смысле — что? — попробовал исправить вопрос Сигурд. — Я-МЫ — эмоциональное начало Мира. Можно сказать так. Вы это понимаете. Я-МЫ — Слово и Желание. Побуждающие, — голос перестал быть печальным, но странная и почти неуловимая грусть зазвучала в нем. Тут Сигурд ухмыльнулся и похлопал Олега по плечу. — Разыгрываешь. Да? Здорово. Обманул, — Сигурд восхищенно покрутил головой. — Нет. Не разыгрываю. По крайней мере, не я, — очень серьезно ответил Олег. Сигурд хотел что-то сказать, но осекся, и ухмылка сбежала с его лица. Он пожал плечами. — Тогда надо выяснить, что это. Ты его проверил? — он кивнул в сторону почти неподвижного животного. — Заяц. Настоящий. — Вы игнорируете меня, — голос снова стал печальным. — Я знаю, это не вежливо. Зачем вы обижаете меня? — А, гхм, извини, — Олег потер лоб. — Это все очень неожиданно. И… заяц? — Теперь вы готовы. Так будет лучше. — Что? — в один голос произнесли Олег и Сигурд. Ответ на их вопрос расположился на камне. Вместо зайца на камне, изящно подобрав ноги, сидела девушка. Маленькая, черноволосая с зелеными, улыбающимися чуть заметными морщинками, глазами. — Нет — разыгрываешь, — Сигурд с издевательским сочувствием заглянул Олегу в лицо. — Ц-ц-ц. Бедняга. Так истосковался по женщинам. — Я ему не нравлюсь? — девушка опустила голову. Посредника можно снова облечь в прежнюю форму, — девушка очень по-человечески пожала плечами. — Но психологических барьеров будет больше. — Да не разыгрываю я тебя! Ну? — рассердился Олег. Сигурд растерялся. — Тогда я ничего не понимаю. — Тогда не мешай. Олег вежливо обратился к девушке: — Нам было бы удобнее говорить с тобой, зная твое имя. Девушка доверчиво на него посмотрела и ответила, задумчиво склонив на бок голову: — Имя? Да. Мое последнее имя — … Имя прозвучало как тихий звон колокольчика. — Лиль, — словно попробовав имя на вкус, произнес Олег. — Не так, — девушка тихо рассмеялась и покачала головой. Совсем. Но по другому вы не можете. Хорошо. Ты — Олег, а ты — Сигурд. — Да, — ответил Олег. Сигурд стоял, мрачно насупившись, и только кивнул. — А почему последнее? — спросил Олег, садясь на землю. — Я давно общаюсь с людьми, но вы не живете долго. Странно носить имя, известное только умершим. — А это? — спросил Олег. — Я не успела выбрать новое. Ты спросил меня, и теперь оно останется. — Вам, наверное, не удобно на камне, — пришел в себя Сигурд и сделал приглашающий жест. — Мы могли бы расположиться за столом. — Спасибо, — девушка легко встала и, почти танцуя, прошла мимо завороженных Олега и Сигурда. "Лабиринт!". Олег от досады даже стукнул кулаком о камень. — Что еще? — спросил Сигурд, не отрывая взгляда от девушки. — Лабиринт. — Что — лабиринт? — недоуменно посмотрел Сигурд на Олега. — Я тогда еще успел лабиринт сделать. Саморазвивающийся, устало ответил Олег. — Где теперь выход — одному богу известно. — Что-то не так. Почему вы не идете? — донесся голос девушки, уже свернувшейся в кресле клубком. — Да мы идем, — ответил Сигурд и пошел к столу. Олег встал на ноги, активизировал сканирование темпоральных процессов и огляделся — все небо от горизонта до горизонта светилось извивающимися линиями. Они множились. Рисунок усложнялся. Нижняя граница пространства, втянутого в структурную перестройку, опускалась вниз. "Около часа", подумал Олег и подошел к молчаливо разглядывающим друг друга Лиль и Сигурду. — Да, тут у нас проблема, — сказал Сигурд и кивнул на Олега. — Что случилось? — обратилась Лиль к Олегу. — А ты, простите, вы, не обратили внимание на то, что происходит? — Вам неприятно говорить мне "ты"? — Ну, н-нет, почему же. — Говорите мне "ты". — Хорошо. А…? — Да. Я помню твой вопрос. Ты имеешь в виду четырехмерную структуру. Но она не угрожает вашему существованию и не дает не-людям попасть сюда. — Но мы не можем покинуть планету. А когда лабиринт опустится, здесь будут проходить секунды, снаружи — часы. — Я остановила его развитие. Но вы ведь побудете со мной, прежде чем я вас отправлю отсюда? Сигурд аж подскочил. — Ты можешь нас отправить отсюда на Землю?! — Да, - кивнула Лиль. Сигурд откинулся в кресле. Олег впервые за последний месяц расслабился по-настоящему. — Так вы побудете со мной? — Да. Конечно, да. И у нас столько вопросов. Ты ответишь? — наклонился Сигурд через стол. Девушка рассмеялась и кивнула головой. — Забавный. Только не все вместе. Задавайте вопросы по очереди. Если хочешь, начинай ты, — обратилась она к Олегу. — Тогда была тоже ты? — Да. — Ты спасла меня? — Нет. — Но ты помогла мне? — Я хотела, но я не могу противостоять не-людям. — А что же ты хочешь от меня? — Ничего. Мне интересно. В тебе много от Него и от меня, но есть что-то сверх того. — Когда ты говоришь "Я-МЫ", ты имеешь в виду и Его? Кто Он? — Нет, — голос девушки стал печальным. — Я-МЫ это только я и мы, но не Он. Его нет. Когда-то были Он и я. Он мог Все. И однажды во мне появилось желание, и Он начал Мир. Было так весело. Но что-то случилось, и Он распался. С тех пор я одна и не могу ничего изменить. Все, где есть часть его — вас людей — я наделила собой, чтобы быть ближе к нему. Она замолчала. — А кто не-люди? — спросил Сигурд. — Это только части Его. От меня в них ничего нет. Это остается в людях. Ведь именно их я наделила желаниями и эмоциями. А над истинными частями Его я не властна. Мир такой, каким Он определил его до того, как покинул меня. И я не знаю почему. — Интересно, у нас даже церковь такая есть, — пробормотал Сигурд. — Так, значит, ты не можешь спасти человечество? — Не могу. Если это произойдет, то так определил Он. Но я не знаю, что произойдет. — А что во мне необычного? — спросил Олег. — В тебе есть нечто, что не принадлежит нашему миру — это я поняла. Я пытаюсь разобраться, но пока ничего не вышло. Один раз я сталкивалась с чем-то похожим. Вы знаете, что когда-то существовали две линии людей? — Ты имеешь в виду нас — кроманьонцев — и исчезнувших около сорока тысяч лет назад неандертальцев? — Да. С неандертальцами было то же самое. В них была третья сила. Мир словно отторг их, и они исчезли. А почему я не поняла. — Ничего не знаю, ничего не понимаю, ничего не могу, пробурчал Сигурд. Олег пихнул его локтем в бок. — Почему — ничего? — девушка, кажется, обиделась. — Я знаю, как вернуть вас на Землю, и могу это сделать. А проявлять свою неблагодарность заранее — недальновидно с твоей стороны. — А…, - хотел было что-то возразить Сигурд, но Олег снова пихнул его. — Да что ты меня все пихаешь?! Сю-сю-сю, сю-сю-сю. Я вообще не верю в этот бред! Скорей всего, это — не-человек. Девушка нахмурилась. — Он бы нас давно уничтожил, — возразил Олег. — Ага, как бы не так! Он все ждет, пока я расслаблюсь и перестану быть начеку. Если бы не я, он действительно нас бы уже давно ухлопал! — Извини, — сказал Олег Лиль. — Не знаю, что с ним. — Да ты посмотри на нее, как она…, - и Сигурд исчез, не успев закончить. — Постой! Постой! — Олег вскочил. — Где он?! — На орбите Плутона. Он столько отрицательных эмоций излучал, что терпеть я его больше не могла. — Ну нельзя же так. Он просто устал. Я ему объясню. Верни его, пожалуйста. — Не могу. — Как?! Опять? Но ты же отправила его туда, — у Олега против воли зародились подозрения. — Я знаю, где Земля, и знала, где он, теперь я не знаю, где он. Слишком твой друг невелик, чтобы его можно было обнаружить на таком расстоянии. Если хочешь, могу послать тебя вдогонку. — Ну, — Олег вздохнул, стараясь успокоиться. — Забудем. Ты пьешь кофе? — Очень мило с твоей стороны вспомнить, что я состою из плоти и крови. — Не обижайся — кофе самодельный. Ты предпочитаешь покрепче? — Да. — Сахар? — Без. Олег протянул чашку. — Спасибо. — А еще я хотел спросить — ты не знаешь, что такое Сфера? — Вот-вот. Я как раз хотела сказать, а твой… Ну ладно. Сферу и тебя что-то связывает. Ваша инородность одного свойства. Это очень интересно. Для меня Сфера выглядит как непространство, невремя и нематерия, так же как и особенность в тебе, — девушка вздохнула. — А, вообще, я действительно знаю мало, наверное поэтому я и обиделась на твоего друга. Извини. — Ну что ты, конечно, — смутился Олег и прокашлялся. — Как кофе? Девушка лукаво улыбнулась. — Верю — ты очень старался. — В полевых условиях, — Олег развел руками. — Может быть, ты хочешь есть? Мы не успели поужинать, и мне будет приятно, если ты разделишь со мною трапезу. — Да, уже хочу, — покивала головой Лиль. — А я, пока ты делаешь еду, сделаю освещение. Хорошо? Олег словно очнулся. Он и не заметил, как стемнело. — Конечно. Олег начал колдовать над тарелками, изо всех сил стараясь разнообразить скудный полевой рацион. Время от времени он поглядывал на девушку и пытался себя отрезвить. Девушка, он признался себе в этом, казалась Той самой — Единственной. Она существует для каждого мужчины, но не каждому выпадает счастье встретить Ее, утонуть в Ее глазах, раствориться в Ее улыбке, почувствовать щенячий восторг, когда Она к нему обращается, и фонтан адреналина в крови до слабости в коленях, когда Она проходит мимо, скользнув по нему равнодушным взглядом. Счастье — испытать все это, и несчастье — в конце концов, пережечь дотла в себе эти чувства. Все проходит. Мир тускл и невыразителен.