кран и несколько раз тщательно умыла лицо прохладной водой. Капли влаги совершенно некрасиво стекали по моему лицу и шее, уходя куда-то вглубь декольте, делая воротник сырым.
Подняв взгляд на зеркало, я чуть было не отпрянула прочь, потому что моё отражение можно было показывать детям для устрашения.
Растрёпанные волосы, на белоснежной коже лица, чёрные круги под глазами смотрелись ещё чернее. Платье мятое, а губы искусаны, видимо, от происходящего вчера, я их терзала от боли…
Нахмурившись, я принялась исправлять свой внешний вид. Расплела косу, намочила руки и прочесала волосы, как это было возможно, а потом заплела их заново. Одежду решила также пройтись сырыми руками и подождать, пока высохнет. Через полчаса я уже была похожа на приличного человека.
Меня за это время никто не побеспокоил, чем вызвали моё недоумение. За окном уже вовсю светило солнышко, говоря о том, что сейчас как минимум обед, а вот проверить упавшую в обморок леди никто не спешил.
Выйдя из ванной комнаты, я прошла дальше и вышла в коридор. В отличие от спальни, где я очнулась, в коридоре было поистине холодно, что кожа мгновенно покрылась противными мурашками, а зубы застучали.
Вокруг не было ни души. Мне не встретилось ни слуг, ни хозяина дома, отчего я чувствовала себя немного не по себе. Пройдя ещё пару коридоров, я внезапно, наткнулась на комнату, где мы пили чай при первом посещении Ангуса. Войдя внутрь, застыла, ошарашенная увиденным. На столе стоял чайник с чаем, от которого до сих пор взвивался дым, и завтрак, в котором было, казалось, всё что угодно душе. И пушистый омлет, и сладкие булочки, и сэндвичи с мясом, и тушёные овощи, и невероятно красивые пирожные. Из напитков, помимо чайника с чаем, был сок, травяной отвар и какой-то неизвестный мне сосуд с непонятной золотистой жидкостью. Рядом, на столе, лежал конверт, на котором было написано моё имя.
Развернув конверт, дрожащими от холода руками, вчиталась в содержимое.
Моя дорогая Катарина.
После произошедшего вечером мне потребовалось гораздо больше времени на восстановление, а сделать это в присутствие молодой особы, связанной узами брака с моим товарищем, я не мог. По этой причине я был вынужден покинуть поместье и вернусь только через пару дней.
Мой дворецкий приготовил вам завтрак. Вы можете не спешить и восстановить свои силы. Как только будете готовы, выходите на улицу, где вас уже будет ждать ваш извозчик. Не переживайте, его накормили и дали выспаться.
Ваше отсутствие было замечено Дариусом, поэтому в целях собственной безопасности, я, пожалуй, не смогу с вами лично попрощаться.
На столе, помимо прочего, вас будет ждать восстанавливающий отвар. Необычная бутылка с золотистой жидкостью. Захватите её с собой и каждый день пейте по чайной ложке, дважды в день начиная с сегодняшнего завтрака. Только помните, это снадобье принимается только во время еды. Это важно!
Ваши воспоминания возвращены в полном объёме, а также сняты все ограничения. Вы можете не переживать и возвращаться домой. Постарайтесь проще отнестись к реакции вашего мужа, он всё же мужчина.
От себя могу вам гарантировать, что если в будущем вам понадобится моя помощь, вы всегда можете обратиться. О цене не беспокойтесь.
Искренне ваш, Ангус.
Было бы время, я, может, быть, и задумалась бы над прочитанным, но судя по приписке о том, что Дариус знает от моей отлучке, стоило поспешить.
Завтрак оказался невероятно вкусным, хоть и съесть я успела всего ничего, а потом, следуя инструкции, выпила чайную ложку отвара, который, словно мёд, тягуче обволакивал моё горло, принося мгновенное облегчение головной боли и состояния в целом. Тело стало, словно не моим. Такого прекрасного состояния у меня не было довольно давно…
Встав со стула, я двинулась на выход, благо дорогу уже знала. С замиранием сердца я распахнула дверь и вышла наружу, страшась увидеть вместо извозчика, своего мужа…
Но мне повезло. Кроме знакомой кареты, не было никого, а извозчик выглядел вполне себе довольным.
— Леди, прошу вас. — Произнёс он, чуть склонив голову и помогая мне забраться в карету.
Путь домой был как на иголках. Мысли в голове роились, не давая спокойно обдумать то, что я скажу в своё оправдание, а оправдываться придётся в любом случае… Я настолько глубоко зарылась в свои страхи и переживания, что когда услышала звук гравия под колёсами кареты, вздрогнула, словно от удара под дых.
Меня никто не встречал. Ни слуг, ни лакея, только тот же самый извозчик, помогающий мне спуститься. Шла по дорожке, словно на плаху. Умом я понимала, что Дариус не мой бывший муж и меня не ждёт физического наказания, но осознание того, что я обманула его, действовала за его спиной, больно резало по сердцу. Я фактически предала его доверие, что уничтожало меня изнутри…
Дом встретил меня гробовой тишиной, нарушаемой только тиканьем старинных часов и еле слышным разговором дворецкого с кухаркой. Завидев меня, мужчина выпрямился, отвесил поклон и помог мне снять верхнюю одежду.
— Желаете пообедать, леди? Обед почти готов.
— Благодарю, но нет. Мой муж дома?
— Господин в данный момент находится в Академии. Он очень убедительно попросил вас не покидать территорию поместья и дождаться его возвращения.
— Благодарю. Приготовьте мне ванную.
— Будет исполнено.
Дворецкий снова поклонился и ушёл прочь, раздавать поручения. Моя казнь была немного отсрочена, но не отменена, а значит, мне необходимо было переломить настроение Дариуса в другое русло. Мы же теперь муж и жена, а я уже готова…
Наступления вечера я ждала с нетерпением. Подготовка заняла много времени, словно моё тело уже отвыкло от ухода и внимания. Массаж, куча масел, которые втирались в меня, словно кожа никогда не видела влаги, удаление волос там, где они были не нужны, а также причёска и самый откровенный наряд, имеющийся в шкафу.
Кстати, гардероб был уже полностью укомплектован, словно мастера трудились не покладая рук. Прозрачный пеньюар бежевого цвета, очень выгодно оттенял цвет кожи и хрупкость фигуры, а кружевная отделка делала одеяние очень женственным.
Раньше, я ни за что не позволила бы себе надеть на голое тело подобное, но сейчас, внутри меня словно лопнули сдерживающие оковы. Мне хотелось быть для Дариуса желанной, а также, не без этого, сгладить сложившуюся ситуацию. Плюс, та информация, которую я ему поведаю, должна быть услышана, а значит, мужчина должен быть доволен.
От обеда и ужина я отказалась, приказав принести закуски и бутылку вина в спальню. Сама же сидела словно на иголках, ожидая своего мужа. Время неумолимо двигалось к закату,
