так не может. Бестия — мой персональный раздражитель.
Черт, у меня теперь эта картина Лизы в белье рядом с ее недопарнем еще долго будет стоять перед глазами.
Да чтобы я еще когда-то что-то для нее сделал!
Чтобы я еще хоть раз что-то ей купил!
Чтобы я еще хоть раз перед ней за что-то извинился!
Намеренно буду отравлять ее жизнь, а она будет умолять меня о пощаде. Вот только я не пощажу.
Стерва, сука и дрянь — вот кто она. Всегда такой была и всегда такой будет.
Выключаю воду, вытираюсь полотенцем, одеваюсь в новую одежду и еду домой. Сегодня вечером мама возвращается из больницы, а завтра Ира с Лешей прилетают из Лондона.
Как только я переступаю порог квартиры, тут же слышу голос отца:
— Миша, это ты? — кричит откуда-то со стороны кухни.
— Да. — Громко отвечаю и снимаю кроссовки.
Ну а кто еще это может быть, если мама в больнице, а Ира с Лешей в Лондоне? Хотя, может, он ждет свою дочурку.
Мою в ванной руки и иду на кухню. Отец в фартуке режет мясо. Я на секунду зависаю, глядя на эту картину. В нашей семье папа у плиты — это такая же редкость, как солнечное затмение.
— Что ты делаешь? — ошарашенно спрашиваю.
— Готовлю ужин к маминому возвращению. Хочу запечь мясо по-французски и картофель с розмарином в духовке. Присоединишься? — и он указывает мне головой на неочищенный картофель в прозрачном пакете возле раковины.
Я не могу сдержать смеха.
— Что смешного? — хмурится.
— Пап, ты у плиты? Серьезно?
— Ой, вот не надо! — отмахивается от меня. — Я часто готовлю.
— Ага, так же часто, как я пишу курсовые.
Папа смеется и возвращается к мясу. Я подхожу к крючкам на стене, снимаю фартук и надеваю на себя. Беру нож и принимаюсь чистить картошку. Сейчас между мной и отцом уже нет напряжения. Он верит, что я на самом деле не курил ту траву, которую домработница нашла в моей комнате, и меня это радует.
Меньше всего на свете мне теперь хочется доставлять родителям проблемы. Я достаточно головной боли принес им в детстве, пора уже почти в 25 лет стать примерным сыном. Они ведь не молодеют. Не хочу, чтобы их здоровье ухудшалось из-за моих выходок.
Когда я попал в аварию, они не вылезали из моей больницы. Врачи не давали стопроцентной гарантии, что я снова буду ходить, и надо было видеть лица родителей. Мама была бледная, как смерть, и чуть ли не падала в обморок. Отец старался держаться, но я видел, как тяжело ему это дается. Он рвал и метал, пытаясь найти виноватых. Мой ответ, что виноват я сам, его не устраивал. В итоге папа все-таки добился увольнения каких-то ментов и подмосковных чиновников, крышевавших Змея, что почти поставило крест на гоночном бизнесе Никиты.
Мы с отцом вместе готовим ужин, разговаривая о разном. Он интересуется моими успехами в клубе, я спрашиваю про его важное дело, которое он ведет лично. Два олигарха, занимавшиеся раньше совместным бизнесом, теперь не могут его поделить. Счет идет на миллиарды рублей. Отец представляет в суде интересы одного из предпринимателей.
Нам с папой всегда было легко и комфортно друг с другом. В четыре года он отвел меня на каратэ и не пропустил ни одного моего выступления на соревнованиях, а все мои медали и кубки ставил на специальную полку в своем кабинете. В четырнадцать лет он учил меня водить машину. В восемнадцать он подарил мне ту самую «Хонду», на которой я езжу зимой сейчас. Сам я себе покупал только гоночные тачки, но мое самое первое авто — подарок родителей на совершеннолетие. Я тогда обзавелся сразу двумя железными конями, потому что Илья на совершеннолетие вручил мне мотоцикл.
Мы оставляем мясо и картофель в духовке в режиме подогрева и едем в больницу за мамой. Вечер с родителями совершенно точно скрасит этот гадкий день, который мне испоганила Бестия.
— А может, съездим куда-нибудь всей семьей на несколько дней перед началом учебного года? — папа поворачивает ко мне голову, пока мы стоим на светофоре. — А то Ира с Лешей все лето в Лондоне были, мы всей семьей никуда не ездили.
А под «всей семьей» он подразумевает и Лизу тоже, интересно?
— Я, ты, мама, Ира и Леша? — решаю аккуратно уточнить. — Или кто-то еще?
— Мы впятером.
Удивительно, чего это он не тянет свою дочурку с нами. Впрочем, Лиза уже очень давно не ездит никуда с нашей семьей. Тем лучше для меня. Не имею ни малейшего желания ее видеть.
— Я с удовольствием. Главное, чтобы мама смогла выкроить несколько дней.
— Сможет, — резко говорит отец. — А не сможет — мы ее заставим. Хватит ей уже работать по 14 часов в день без выходных и отпуска.
Я согласно киваю. В последнее время нам все реже и реже удается проводить время всей семьей. Папа с мамой много работают, Ира с Лешей постоянно у репетиторов и на различных секциях, у меня клуб.
Именно поэтому я и продолжаю в 24 года жить с родителями, хотя у меня есть возможность снять или даже купить себе квартиру. Просто я очень люблю свою семью и ценю каждую минуту, проведенную с ней.
Глава 24. Семья
Вечером следующего дня в Москву возвращаются Ира с Лешей. По этому случаю я пораньше ухожу из клуба и еду домой. Когда захожу в квартиру, родителей уже нет: они уехали в аэропорт их встречать. А я уже в предвкушении. Чего греха таить, я жуть как соскучился по своим мелким.
Два месяца назад Ира с Лешей уехали в языковой лагерь в Лондоне. В свое время я тоже наездился в эти лагеря для школьников. Поездки на летних каникулах в Великобританию, — наверное, мои самые яркие воспоминания из подросткового периода. Во-первых, за пару месяцев без родительских глаз можно было склеить кучу девчонок и познать с ними все
