как мы живем в одной квартире последние пару месяцев, мы стали ближе. Я люблю проводить время с ней.
Сейчас Брук бросает телефон на кровать.
— Я посотрудничала брендом. Одна из девушек из моей женской общины написала мне: «Так мило, вот бы мой брат делал мне такие подачки».
Ее глаза закрываются.
Я складываю руки.
— Ты же знаешь, что это чушь. Ты заслужила весь свой успех.
— Очевидно, — она пожевала губу. — Но почему некоторые девушки унижают других? Как будто друзья на самом деле не друзья, а это просто ярлык, который ты наклеиваешь на людей в своей социальной ленте в колледже и на вечеринках.
Признание женщины, которая всегда выглядит уверенной в себе, удивляет меня.
Я подхожу к ее кровати и присаживаюсь на краешек.
— Брук. Ты добрая, забавная, вдумчивая, умная и лучшая подруга, о которой только может мечтать девушка. Мне повезло, что ты у меня есть, и твоему брату тоже.
Один глаз приоткрывается.
— Ты серьезно?
Я принимаю решение.
— Давай. Одевайся. Мы идем гулять.
— Но разве ты не встречаешься с Клэем после игры? — она вздыхает, поднимая на меня ресницы.
— Это важнее.
Выражение ее лица просветлело.
— Ты хочешь тусоваться со мной больше, чем со своим крутым парнем?
— Да, хочу, — я обнимаю ее за плечи, и секунду спустя она обнимает меня в ответ.
— Спасибо, — бормочет она мне в плечо.
Я отправляю ее в гардеробной со строгими инструкциями не выходить, пока она не наденет что-нибудь дикое, и направляюсь в свою комнату, чтобы что-нибудь найти.
Просматривая наряды, я нажимаю контакт Клэя и прижимаю телефон к плечу.
— Не можешь дождаться? — отвечает его низкий, звенящий голос.
— Планы на вечер изменились. Брук нужен друг.
— Что случилось? — Клэй обеспокоен, и это заставляет меня влюбиться в него еще сильнее.
— Все будет хорошо, просто девчачьи дела. Мы пойдем в бар, будем танцевать, пить и жаловаться на школьных друзей.
— Скажи мне название бара. Я загляну.
Моя рука замирает на вешалке с платьем. Было бы весело, если бы он пришел, особенно если бы он привел с собой кого-нибудь из парней. Но это может быть не лучшим вариантом, учитывая нынешнее состояние Брук.
— Думаю, она хочет простой вечер. Никаких «Кодиаков».
Когда наступает тишина, я беспокоюсь, что он принял это на свой счет.
— Там будет ждать бутылка шампанского с ее именем. Плюс машина, чтобы отвезти вас туда и обратно, — хрипло говорит он.
Мои губы поджимаются.
— Простой вечер, да? — поддразниваю я.
— Это мой компромисс, Пинк. Ты идешь куда-нибудь без меня, а я забочусь о тебе.
— Спасибо, — от его жеста у меня заныло в груди. Я стягиваю платье с вешалки и вешаю его перед собой в зеркале. — Ты не сердишься?
— Нет. Напиши мне, когда вернешься домой.
Мои губы изгибаются.
— Обязательно.
Я стягиваю рубашку через голову и снимаю леггинсы, оглядываясь на зеркало, чтобы увидеть милое нижнее белье, которое я планировала надеть для него.
— А пока я пришлю тебе фото, чтобы помочь тебе справиться с одиночеством.
— Буду признателен.

КЛЭЙ
— Финишер? — я откупориваю бутылку и делаю глоток, морщась. — Сколько нам платят за рекламу этого?
— Это часть кампании, направленной на то, чтобы нас пригласили на матч всех звезд, — говорит мой агент.
Я ставлю продукт на стол для совещаний.
— Это ужасно.
— Настолько плохо, что ты рискуешь не попасть на матч всех звезд? — требует Хлоя.
Я перекидываю руку через спинку соседнего стула.
— Я не хочу торговать кремом для обуви.
Мой агент говорит: — Это виски, а не крем для обуви. Если хочешь что-то более сексуальное, реклама будет без лица.
Я прохожу мимо стены, где работает Нова. С Рождества мы были в разъездах, и я почти не видел ее.
Сегодня она не на лестнице, а работает у основания стены.
Я останавливаюсь рядом с ней и осматриваю ее работу. Фреска готова более чем наполовину. Линия горизонта четкая и ясная, и она вносит последние штрихи.
У моей девочки талант, это точно.
— Нужно больше мускулов, — решаю я.
Нова поднимает глаза и сияет.
— Ты вернулся.
— Я вернулся.
Нова приподнимается на носочки и обхватывает меня за шею — по крайней мере, настолько, насколько это возможно при нашей разнице в росте.
Я вдыхаю ее запах. Я чертовски скучал по ней. Мне не хватает ее улыбки, смеха, яркости. Я чувствую себя более целостным, просто находясь в ее присутствии.
В конце коридора появляется еще пара сотрудников, и я жду, пока они не уйдут, чтобы поднять ее и покачать. Когда я опускаю ее обратно, мои пальцы впиваются в ее волосы, и я притягиваю ее рот к своему и сильно целую.
— Что это? — задыхаясь, спрашивает она, когда я отступаю назад и она замечает бутылку.
— Мой билет на игру всех звезд.
— Мило, — она улыбается, явно довольная. — Финишер? У большинства парней нет проблем с финишированием.
— Угу. Я могу продержаться дольше, чем ты, Пинк. Сегодня вечером я докажу тебе это. Несколько раз.
Она прикусывает губу, напоминая мне, что прошло слишком много времени с тех пор, как я был с ней наедине. Я в секунде от того, чтобы затащить ее в ближайшую кладовку.
— Это значит, что ты попадешь в команду всех звезд? — спрашивает она.
Это серьезный вопрос. Иногда я чувствую себя рядом с ней так непринужденно, что забываю, насколько она новичок в спорте.
— Я еду на всезвездный уик-энд. Сыграю в большой игре. Увижу парней со всей лиги. Поболтаю о всякой ерунде. Потусуюсь.
— Значит, это как школьная вечеринка для спортсменов.
Меня пробирает смех.
