происходит? – Эмоции отступили, и Цыган, как всегда обратился к здравому смыслу и обсуждению проблемы.
– Конечно, был. Но как вы уехали, Уля предложила мне попробовать что-то очень крутое, оказалось, банальный герыч, но подробностей я уже не помню. А потом мы с ней поссорились, она просила денег на очередную дозу, а меня спалил отец с часами. Начался кипишь с врачами, анализами и прочей хренью. Неделю за мной наблюдали его шестерки, следили, докладывали, возили везде. Я потом убедил отца, что я полностью искренен и чист, меня в туалетах подкармливали друзья, оставляли в бачках, но все было под контролем. Потом случилось страшное. Мне написал Серега -гоблин, что за "подкормку" и за Улю, которая брала в долг на мой счёт, я ему торчу восемь кусков. Договорились вечером встретиться в "Гламуре", мне должны были отдать долг за тачку, в прошлом году я помог купить детали Владику на его старый Порш, и он мне торчал два куска, договорились, что вернёт. Я позвонил Ульяне и уговорил её приехать в "Гламур", пообещал денег. Владик отдал только две, он походу тоже торчит Гоблину, Уля кричала на меня, она рассчитывала на деньги, а не на копейки. На моих глазах она обняла какого-то старого хрена и села за его столик. Сначала я хотел набить морду старому хрычу, но потом решил, что сначала попрошу немного в долг у Сереги, приведу себя в порядок и подсяду к ним. Только вот вмажу немножко, совсем чуть-чуть, я же почти слез, да мне бросить раз плюнуть. Я попросил Серегу-гоблина дать взаймы, он категорически отказался, только после возврата остальных шести баксов. Но потом сказал, что у него есть более дешевая штука, практически герыч, только с добавками, эффект практически тот же, только может немного подташнивать, но меня ломало уже конкретно, поэтому мне было не до тошноты.
Вот так я оказался здесь, ребят, без друзей и Ули, с церберами, круглосуточно промывающими мне кишки и вены. – Валик закончил свой рассказ и усмехнулся.
Глава 23
Поручив жену заботам Сони и Владимира, Цыган сел в свой гелик под воротами частной клиники и громко выругался. Он ударил по рулю, а потом нажал на газ и ворвался в поток автомобилей. Несколько машин испуганно отшатнулись, сбавили скорость и уступили дорогу.
Поднимаясь в новостройку на Кутузовском, он вынул пистолет и несколько раз выстрелил в хороший, но китайский замок. Дверь жалобно скрипнула, а три остальных на лестничной площадке, остались безмолвными. Соседи предпочитали не вмешиваться.
– Ба. Кто это шумит? – с насмешкой ответил, сидящий на кухне, наркоторговец, потихоньку превращающийся в нарка.
Серёга-гоблин, он же Серж Асланович Ибрагимов, 1974 года рождения, дважды осуждён условно в 1995 и 1997 гг., за хранение и распространение психотропных средств, наркотических веществ, наезд на пешехода в состоянии алкогольного и наркотического опьянения, лишён прав на два года, выпущен под залог и подписку о невыезде. В 1998-1999 гг., состоял в криминальной группировке, был взят с поличным, с крупной партией героина на территории престижнейшего ВУЗа Москвы, был обвинён в хранении и распространении, но в суде вина не была доказана, поскольку у обвинения пропал главный свидетель. Обвиняемого отпустили прямо в зале суда, а свидетеля до сих пор не нашли.
– Цыган, цыганёнок, я тебя к себе домой не приглашал, не нарушай законы моего кавказского гостеприимства.
Цыган кошачьими шагами подошёл к хозяину квартиры и бесшумно ударил его по кисти правой руки короткой стальной палкой.
– Во-первых, я тебе, сука, не Цыганёнок, а Иван Иванович Цыганков.
Во-вторых, не кавказец ты, а долбаный нарк. В-третьих, не тем бизнесом ты занимаешься, тварь.
Иван присел над повалившимся кулем и методично наносил удары. Под наркоторговцем появилась небольшая лужа крови и большая лужа мочи, он уже отключился после третьего удара, а Иван все бил и бил, пока палка из стали не стала скользкой и перестала наносить рубящие удары, а просто мяла человеческое тело и вздымала кровавые фонтанчики брызг Ивану в лицо.
Шестым чувством Цыган почуял, что сзади кто-то стоит, молниеносно отпрыгнув в сторону, он отшатнулся от свистящего в воздухе лезвия топора. Ещё двое стояли в коридоре с ножами.
Цыган выхватил пистолет и стрельнул первому в бедро. Видимо, под звериной дозой наркоты, остальные два не испугавшись пистолета, кинулись, как пушечное мясо, прямо Ивана. Пистолет выскользнул из рук, Иван схватил первого за руку и выбил нож, второй целился остриём прямо в лицо. Закрываясь первым, как щитом, Иван пытался отвлечь внимание и поднять пистолет. Секундная пауза и Цыган кидает первого, на второго нападающего. Не ожидая, что это будет напарник, второй со всего размаху всаживает лезвие прямо в своего же. Цыган хватает пистолет и стреляет ему в пах.
Немедленно вызвав Лёву Каца на место побоища, Цыган давал показания доблестной милиции. Верный адвокат семьи объяснил, что бандиты напали на Ивана Ивановича Цыганкова и это была самозащита. Честно говоря, опера удовлетворенно записывали показания, поскольку знали, что сегодня несколькими ублюдками стало меньше, а превращённые в инвалидов отморозки, больше не будут сбивать на тротуарах людей и торговать наркотиками. Лёва Кац внимательно прочитал показания, убедился, что Цыган ни коим образом не запятнан в этой истории и не будет привлечён к ответственности. Пока скорая грузила стонущие тела, адвокат с удовольствием заметил, что все живы, и не важно, что теперь оставшиеся дни наркоторговец и его свита будут ходить в туалет и питаться через трубочку.
– Иван Иванович, чего это Вы сами руки мараете? Ребят бы послали. Экая мразь не стоит Вашего времени.
Цыган усмехнулся невеселой улыбкой и покачал головой.
– Это личное, семейное.
Темнело, в особняке Каримовых горело несколько панорамных окон. Охрана доложила, кто пожаловал к хозяину в гости.
Каримов встретил Цыгана на пороге дома в халате и тапках. Заикаясь от волнения, он пригласил важного гостя в дом и предложил выпить. Цыган отказался, дав понять, что разговор будет очень коротким.
Каримов часто-часто закивал головой и присел на край дивана.
– Ты, бизнесмен, судя по размаху, неплохой. Хочешь, я сделаю так, что завтра на твои заводу придет такая проверка, что ты сядешь далеко и надолго.
Хозяин дома побледнел и отрицательно замотал головой, пухлые пальцы в перстнях, нервно теребили кисточки диванного покрывала.
– Так вот, убери свою дочь из Москвы навсегда. Чтоб она больше никогда в жизни не появлялась ни в этом городе, ни в этой стране. Чтоб она потерялась для Валентина Левина навсегда. Если я увижу её в радиусе тысячи километров от Валентина, тебе и твоему бизнесу будет конец. Ты – отец, ты и решай. Ты меня понял?
Колбасный король так энергично закивал головой, что Цыгану показалось,
