Виктор усадил ее в кресло.
— Так, вот смотри. Тут таблица совместимости… — Лицо беса было сосредоточенным, а сам он очень уставшим. — Тебе надо пройтись по всем пунктам в списке, сопоставить и выписать сюда, поняла? Я основные расчеты уже сделал…
Он сунул ей под нос пачку листов А4, исписанных мелким почерком.
— Вот тут, — потыкал в листы длинным указательным пальцем, — то, что получилось, исходя из количества, так что сверяйся.
— Ладно, хорошо… — Кира склонилась к бумагам, вчитываясь в заковыристые буквы.
Она поежилась. На улице холодно, а в библиотеке, судя по всему, нет отопления. Видимо, ограничивались чарами на каждом стеллаже, чтобы поддерживать состояние книг.
— Замерзнешь — плед там, — Виктор махнул рукой в сторону и тут же плюхнулся на соседнее кресло. Взяв одну из книг сверху, он погрузился в чтение.
Сначала было сложно понять, что к чему. Но очень быстро уловив основной принцип и разобрав формулы, девушка легко смогла начать сверку, о которой просил Виктор.
Судя по всему, это компоненты какого-то ритуала, а может быть, защитных чар, потому что очень уж много тут всего, что при взаимодействии обладало обережными свойствами.
Например, волосы мавки вкупе с розовым всполохом использовали обычно, когда требовалось отличить явь от наваждения, а тролльи ногти, растворенные в слюне кикиморы, выделившиеся в результате парами, снимали наведенный дурман.
Правда, опять же, всё зависело от пропорции, если взять слишком много волос мавки и попасть в неудачную фазу луны, то в качестве побочного эффекта отмечались (в редких случаях) смерть, сумасшествие или создание временной петли.
Да уж. Одна из причин, по которой Кира не любила ритуальную магию и все, что с ней связано. Один неверный шаг — и ты убьешь не только себя, но и сам можешь съехать с катушек и стать кровожадным убийцей.
К такой магии нужно иметь врождённый талант, чтобы чувствовать все эти пропорции и сочетания интуитивно, а не рассчитывать по учебникам (тем более что авторы наверняка были теоретиками, ни разу не проверявшими написанное на практике), или не заниматься ей вовсе.
Кира доделывала последний пункт в списке, когда заметила, что Виктор как-то странно держит книгу. Она вытянула шею, чтобы разглядеть лицо беса. Глаза того были закрыты, даже залегшая меж бровей складка, придающая ему вечно недовольное хмурое выражение, сейчас разгладилась.
Рука, державшая книгу — того и гляди была готова ослабнуть, чтобы выронить толстый том.
«Он ведь всю ночь не спал…» — с какой-то прежде незнакомой себе жалостью подумала она.
Чертовка осторожно поднялась со своего места, на этот раз постаралась быть аккуратной, чтобы половицы не скрипнули. Падающую книгу перехватила в самый последний момент.
Виктор не проснулся, только чуть повернулся в сторону, удобнее усаживаясь в кресле. Он выглядел… по-другому. Не так, как она привыкла. Мужчину, спящего в кресле, невозможно было бояться. Но отчего-то хотелось стоять рядом и рассматривать его черты.
«А ведь моль — это, по сути, бабочка, мотылек, ведущий сумеречный образ жизни», — неожиданно подумалось ей. Наверное, нужно было уйти и не мешать ему отдыхать. Тем более что данное ей задание она уже доделала.
Но вместо этого Кира взяла плед и укрыла им беса.
Очевидно, этого делать не стоило, потому что Виктор тотчас же проснулся, фокусируя на ней взгляд.
— Ты уже все сделала? — часто моргая, спросил он с подозрением. Он обвел библиотеку мутным взором, взглянул на часы, а затем констатировал. — Я уснул.
— Макс сказал, вы не спали всю ночь. — Зачем она это ляпнула? Словно бы хотела его успокоить. Нет ничего страшного в том, чтобы дать себе немного отдохнуть, даже если тебе приходится быть тем, от кого столько всего зависит.
— И прошлую, кажется, тоже… — хмуро пробормотал бес. — Но как тут уснешь, если не можешь решить задачку.
Он сцапал лист, который исписала Кира, внимательно прочитал.
— Что же ты задумал, Платон Адрон… — имя прозвучало на выдохе, чертовка даже не была уверена, что ей не послышалось.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Так это тот тип, с которым вы встречались в филиале?
Она сначала спросила и лишь потом подумала, что стоило прикусить язык. Наверняка сейчас ее отругают за то, что лезет не в свое дело.
— Я достал ингредиенты, которые он просил, но все никак не могу понять, для чего они ему, — на удивление спокойно ответил бес. — Есть идеи?
А вот это было совсем удивительно. Он что, хотел узнать ее мнение? Не поиздеваться, не сказать, какая она тупая и никчемная, которой надо засунуть свои выводы подальше, а действительно хотел послушать ее?
— Там есть часть, связанная с ментальной защитой, — она облизала пересохшие губы. — Но большая часть — очень странные сочетания с противоположным эффектом. Взять хотя бы слюну хмурика и слезы арахны. Слюна применяется для пробуждения чего-то, обновления, изменения. А слезы, напротив, делают любые изменения невозможными. Пишут, что при добавлении в ритуал они «цементируют» его навсегда.
— Ну так, может, такая и цель. Сначала что-то изменить, а потом зацементировать. — Виктор поджал губы. — Вот только понять бы что…
— А почему бы вам не обратиться к профессионалам? На вас ведь столько работает…
На это бес поморщился.
— Если кто-то узнает, что я «настолько усердно» выполняю пожелания клиентов, то кто же ко мне пойдет? Когда лезешь в чужие дела, нужно быть предельно осторожным. — Он прищурился, кивнув в ее сторону. — И ты об этом никому не говори, не пиши и не подмигивай.
Кира почувствовала, как змея кровной клятвы на руке на миг ожила, придя в движение. Теперь даже если очень захочет — то никому ничего не скажет.
— А зачем же тогда вообще «лезть в чужие дела»?
— Затем, что никогда не знаешь, когда они станут твоими. Во-первых, не стоит давать себя использовать втемную, во-вторых, информация правит миром. Держи друзей близко, врагов еще ближе, а клиентов знай как самого себя. Ну и всякое там в таком духе, — он усмехнулся, а потом вдруг подозрительно на нее посмотрел. — А как плед тут оказался?
Кира покраснела, опуская взгляд.
— Это я. Простите. Просто вы так мило спали…
«Мило?» — она что, в самом деле это сказала? Захотелось дернуть себя за хвост. Нет, сегодня она точно побила все рекорды по глупости.
— Мило. Скажешь тоже, — бес засмеялся, растирая лицо ладонями. Не хохотал, не гримасничал, не издевательски скалился. А просто смеялся. — Кстати, я вас недавно застал вместе с Виталиком…
Кира закусила губу, тотчас же вспомнив, о каком случае он говорит.
— У вас с ним… Он тебе нравится? Отличный парень, хороший выбор.
«Вот он, подходящий момент!» — шепнул внутренний голос. Момент был явно не подходящий, да и глупо вообще на что-то рассчитывать, но, зажмурившись, она все же выпалила:
— Мне вы нравитесь.
— Да, я был бы рад, если бы у вас вышло... — бес даже не сразу понял ее. — Что ты сказала?!
У нее перехватило дыхание. Говорить было тяжело. Виктор смотрел на нее ошарашенным остекленевшим взглядом. Будто бы видел впервые.
Идти на попятную поздно.
— Вы мне нравитесь, — повторила она, не слыша саму себя. В ушах стучало собственное сердце.
Без раздраженно закатил глаза, лицо превратилось в ледяную маску.
— Если ты думаешь, что таким образом сыщешь мое расположение…
— А я влюблена в вас, — слова дались на удивление легко. И, произнеся их, Кира почувствовала небывалую, несвойственную ей легкость. Плевать, что с ней будет дальше. Даже если Виктор сейчас накричит, ударит, прогонит. Если так — то она наверняка заслужила.
Если бы она была чуть-чуть посмелее, то протянула бы руку и коснулась его, а может быть, даже поцеловала. Интересно, он бы ее оттолкнул? Скорее всего, побрезговал бы связываться.
Виктор пренебрежительно принюхался. Затем еще раз.
— Ты спятила? — со странным сочувствием вдруг спросил он. Эмоции на его лице от гнева перешли к досаде.
