— Я забыла спросить: каким образом при такой огромной скорости полета ракета причалит к станции? — произнесла Наташа.
— Это очень просто, — ответил Сандомирский. — Когда ракета выйдет на орбиту искусственного спутника, мы придадим ей скорость, достаточную, чтобы поравняться со станцией и лететь рядом.
— Теперь понимаю.
— Искусство пилота заключается в том, чтобы выходной люк корабля пришелся как раз против входных ворот станции.
— Понимаю.
На одном из приборов вспыхнул маленький зеленый огонек.
— Видите, — продолжал Сандомирский, — радиолокатор уже предупреждает, что пора начинать маневр.
С этими словами он стал сосредоточенно вращать штурвал и одновременно включил двигатель. Наташа почувствовала, что ее отбросило назад и крепко прижало к спинке кресла.
Так продолжалось несколько минут, в течение которых путешественники наблюдали, как увеличиваются, приближаясь, сооружения внеземной станции. Наконец искусственные космические тела сблизились, и движение их относительно друг друга почти прекратилось. Вспыхнул ярко-синий огонек сигнала.
— Внимание! — произнес командир. — Причаливаем! Ракету потянуло вправо, и вскоре все почувствовали легкий толчок.
Теперь можно было открыть люк и перейти во внутренние помещения внеземной станции.
Здесь астронавтов ожидал красиво убранный стол, накрытый для ужина. Время шло к ночи, и персонал ВНИКОСМОСа приготовил для космических путешественников прощальный банкет. Тут были техники, пилоты, врач, ученые, которые были в курсе дела и с нетерпением ожидали прибытия ракеты на станцию. Время за столом прошло в оживленной беседе.
Переночевать тоже надо было на спутнике, так как дальнейший полет, против движения Земли по орбите, следовало начинать в полдень. Именно к этому моменту вращение искусственного спутника вокруг Земли поворачивало космический корабль в нужном направлении.
Пока астронавты отдыхали, ракету снаряжали в дальнейший путь. Для этого нужно было залить во внутренние резервуары 5000 тонн жидких бороводородов и такое же количество фтора. Этот ядовитый газ сохранялся на внеземной станции в жидком состоянии. Известно, что при температуре в 187 градусов ниже нуля он сгущается и переходит в жидкость, а получение таких низких температур на искусственном спутнике не представляло больших затруднений.
Во внутренние баки ракеты залили такое количество горючего, которое требовалось для отлета с Венеры. Не имело никакого смысла строить настолько большой корабль, чтобы внутри него разместить и топливо, необходимое для полета с искусственного спутника до Венеры.
В самом деле, вес полностью снаряженной ракеты, подготовленной к путешествию до Венеры и заправленной топливом для возвращения, составлял 10 800 тонн. Ей нужно было придать скорость при отправлении от внеземной станции не менее 5,6 километра в секунду в направлении, противоположном движению Земли вокруг Солнца. Для этого требовалось затратить свыше 20 тысяч тонн горючего, дающего скорость истечения газов 4,5 километра в секунду, и такое же количество фтора. Но было гораздо проще сосредоточить эти запасы в двух отдельных резервуарах и прицепить их к ракете, а по использовании оставить в пустоте мирового пространства. Именно так и решили задачу конструкторы космического корабля.
Пока насосная станция искусственного спутника заполняла внутренние резервуары ракеты, снаружи подвели два громадных металлических бака, каждый длиной 120 метров и 12 метров в поперечнике. Один из них содержал в себе запасы бороводородов, другой — жидкий фтор. Эти резервуары соединялись трубами с двигателем ракеты. Теперь оставалось лишь открыть краны и включить зажигание, чтобы космический корабль мог окончательно покинуть земные пределы.
Все манипуляции с огромными тяжестями проходили на искусственном спутнике в своеобразных условиях. Вес тела тут, правда, отсутствовал, но тем не менее масса оставалась неизменной. Человек мог свободно парить в пустоте, но если бы он оказался случайно между неподвижным предметом и приближающимся к нему резервуаром, содержащим тысячи тонн горючего, то неосторожный был бы немедленно раздавлен, так как его физических сил не хватило бы, чтобы преодолеть инерцию такой огромной массы и остановить ее.
Наутро, когда погрузка закончилась, астронавты, хорошо отдохнув, распрощались с работниками ВНИКОСМОСа и перешли на ракету.
Больше всех волновалась в эти минуты Наташа, но Владимир не спускал с нее глаз и старался быть поближе. Академик Яхонтов, казалось, ничего особенного в предстоящем полете уже не видел, всецело поглощенный мыслями о будущей работе. Шаповалов прекратил свои шуточки. Впереди было космическое пространство, неведомые переживания, трудная работа, быть может, смерть, мучительная и страшная.
Ракета была пришвартована к искусственному спутнику так, что воспламенение горючего в камерах двигателей не представляло опасности для окружающих. Отправление в далекий рейс произошло гораздо проще и обыденнее, чем на Земле.
Во избежание всяких неожиданностей астронавты снова использовали спасительные камеры амортизации. Ровно в полдень автомат включил двигатель, ракета оторвалась от пристани и с нарастающей скоростью помчалась в черную бездну мирового пространства.
Это была волнующая минута. Когда ускорение прекратилось, путешественники оставили камеры и снова перешли в переднее помещение ракеты. Несмотря на всю опасность положения, они были захвачены грандиозностью панорамы. Наташа не могла удержаться от возгласов восхищения, едва вошла в рубку.
Перед путешественниками снова раскрылась Вселенная. Со всех сторон: и там, где должен был находиться «низ» по пути полета, и справа, и слева, и там, где в обычном понимании был «верх», — словом, всюду открывалось бесконечное пространство. На черном небе, не сравнимом ни с чем из области наших обычных представлений, сияли разноцветные звезды — великолепная, торжественная иллюминация природы. Их были мириады. Человеческий ум полностью воспринимал здесь всю безбрежность пространства. Ясно ощущалось, что звезды висят среди пустоты. Трудно воспринимаемые сознанием космические расстояния стали как бы доступны взору. Сфера, ограничивающая видимые с Земли пределы Вселенной, здесь отсутствовала. Глаз непосредственно воспринимал бесконечность.
Теперь ракета летела в направлении, противоположном полету с Земли на искусственный спутник. Солнце светило справа. Среди черной пустоты, где-то бесконечно далеко, висел огненный, нестерпимо яркий шар, окруженный короной протуберанцев. Самое странное заключалось в том, что Солнце воспринималось здесь именно как очень далекое и притом не плоское, как тарелка, а явственно-шарообразное тело.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
