А еще через неделю вернулся Снейп.
* * *
Гарри спускался в подземелья как к себе домой.
На самом деле он и чувствовал себя там как дома. Снейп уже не ненавидел его, впрочем, была ли настоящей прежняя ненависть или он лишь притворялся? Гарри до сих пор не мог понять.
Из-за дверей комнат Снейпа доносились приглушенные голоса. Гарри насторожился и прислушался.
- Ты же понимаешь, что не можешь ослушаться отца? - голос Снейпа. Гарри невольно улыбнулся - значит, он уже здоров! Только вот когда его начало так беспокоить здоровье слизеринского декана?
И с кем это он, кстати, там разговаривает?
- Ты думаешь, я не знаю? - высокомерный голос Малфоя Гарри узнал сразу. Его пронзило нехорошее предчувствие. - Знал бы ты, как мне это надоело. Я так хочу быть твоим…
Гарри замер, прикусив губу. Может ли это означать что-нибудь, кроме того, что первым пришло Гарри в голову?
Ласковый смех Снейпа - Гарри никогда такого не слышал.
- Обязательно будешь, Драко. Не переживай. Ты же знаешь, как я к тебе отношусь.
- А у тебя и выбора нет, - судя по голосу, Малфой тоже улыбается. Гарри стало душно. - Вот. Возьми.
- Что это? - голос Снейпа странно изменился, но дальше Гарри уже не слушал. В висках бились только что услышанные слова. «Я так хочу быть твоим…», «Ты же знаешь, как я к тебе отношусь…»
А он еще на что-то надеялся. Он считал, что, раз Снейп любил его отца, он сможет полюбить и Гарри - они ведь так похожи. Он еще помнил ласковые прикосновения его пальцев и тепло его губ. А Снейп, оказывается, любит Драко Малфоя…
Он не плакал. Слезы пропали давно - он выплакал все после смерти Сириуса. Глаза жгло болью, в груди что-то разрывалось, но плакать он не мог.
И было уже все равно, что он влюблен в Снейпа. Потому что, какое может быть у них будущее, если Снейпу нужен совсем другой человек?
Усевшись в каком-то холодном коридоре, он водил пальцем по пыльному полу, раз за разом вычерчивая букву S.
* * *
- Что это? - поморщился я, глядя на небольшой кожаный кошелек. - Это от тебя?
- От отца. Он говорит, что должен тебе теперь за то, что заставил принять на себя такое обязательство, - Драко чуть смущенно поглядел на меня и отвернулся. - Ладно, мне пора. Наши не одобрят, если узнают, что я с тобой теперь общаюсь. Ты же понимаешь…
- Понимаю, - усмехнулся я, - А что, интересно, они скажут, если мне придется тебя усыновить?
Драко пожал плечами. Я серьезно на него посмотрел.
Он побледнел и похудел за последние дни. Я ошибался, когда считал, что он презирает меня за предательство: просто ему пришлось разрываться между мной и своим отцом. Сам он все так же любил меня, и теперь, когда узнал о том, на кого может перейти заклятие рода, даже желал смерти отца.
Сегодня он поймал меня у входа в мои комнаты. Наш разговор длился всего несколько минут - он жаловался на отца и Темного Лорда и передал мне вот этот кошелек.
- До завтра, Северус, - он торопливо вышел в коридор, а я взглянул на лежащий на столе кошелек. Я видел такие у магглов, они держат в них бумажные деньги. Для галлеонов он неудобен. Почему тогда такой?
Я открыл его. Внутри лежала какая-то бумажка. «Банк Гринготтс, чек на сумму…» - здесь пропуск. - «Счет номер…» - и так далее. Чек? А, знаю такую систему. Появилась в магическом мире недавно.
Я дотронулся до бумажки палочкой, выставляя небольшую сумму, положил чек на стол, закрыл кошелек и снова открыл. Еще один неподписанный чек. А в соседнем отделении несколько мелких монет. Ну, теперь все понятно.
Вот только после моего предательства сложно ждать от Люциуса чего-то хорошего.
Я проверил кошелек на проклятья и прочую вредоносную магию. Ничего. Еще более подозрительно.
- Джеймс!
Мой сын выглянул из гостиной.
- Подойди. Взгляни, здесь есть какие-нибудь заклинания?
Он смотрит долго, словно не понимая, растерянно поднимает на меня взгляд.
- Тут очень много всего, но атакующих заклинаний вроде нет, проклятий тоже, если ты об этом.
«Много всего» - это наверняка магия кошелька, благодаря которой он связан с банком. Я понял, что Люциус открыл счет на меня, но зачем?
- А Гарри не приходил? - посмотрел на меня Джеймс. Я покачал головой.
- Нет.
* * *
Прошло несколько часов прежде, чем он поднялся и направился в Гриффиндорскую башню. Видимо Джеймс так и не дождется его этим вечером. Жаль, что так получилось, он-то ни в чем не виноват,… но Гарри просто физически не мог видеть сейчас Снейпа. Разочарование оказалось слишком горьким.
Он почти не слышал слов окружающих. Гермиона встревожено разглядывала его, но ему было все равно. Дин попытался поговорить с ним о квиддиче - тренировок не было с тех пор, как Гарри попал в медпункт - и это заставило Гарри чуть оживиться.
Квиддич всегда был его спасением. Словно, отрываясь от земли, он отрывался одновременно от всех проблем. Единственное, что волновало Гарри в последние дни, так это то, что постоянно кружилась голова. Однако он был уверен, что свалиться с метлы он из-за этого не сможет.
- …Мы, конечно, тренировались без тебя, но это все равно не то. Ты отличный ловец, а первая игра в этом году - с Хаффлпаффом, но все равно ты должен быть на тренировке…
- Хорошо, Дин, - Гарри, наконец, оторвался от тоскливого и бессмысленного созерцания огня в камине и окинул взглядом гостиную: народу в ней было куда больше, чем ему казалось. На самом деле он различал только Гермиону, Симуса и Дина. - Когда тренировка, завтра? Я приду. А сейчас я, пожалуй, пойду спать.
- Иди-иди, - тяжело вздохнула Гермиона, все это время не отрывавшая от него взгляда. - Завтра первой парой зелья, а если ты будешь на них в таком состоянии, Снейп тебя убьет.
Гарри мрачно посмотрел на подругу и торопливо скрылся в спальне. Ну зачем надо было напоминать ему, что завтра зелья? Да еще вместе со Слизерином… И какими глазами ему смотреть на Снейпа и Малфоя?
Проклятье…
Как ни странно, зелья наутро прошли как обычно. То есть - некоторое количество снятых с Гриффиндора баллов, мрачный донельзя Снейп, относительно спокойно комментирующий очередную неудачу Гарри, и улыбка Джеймса. Несмотря на то, что отношение Снейпа к Гарри в корне изменилось, на уроках он продолжал вести себя так же, как раньше, и Гарри вполне понимал это: было бы, по меньшей мере, странно, если «злобный зельевар» изменил свое отношение к Гарри Поттеру.
А после зелий вдруг накатил приступ тошноты. Слава Мерлину, что он пришелся на урок Ухода за магическими существами: без предупреждения не прийти на урок Хагрида можно было без последствий. Гарри недолго гадал, что послужило причиной, вероятно, какие-нибудь испарения из котла Невилла или Рона или несвежая овсянка, решил он. Главное, что приступ продлился около десяти минут и бесследно пропал. Гарри оставалось только надеяться, что на тренировке этого не повторится.
