— Кто это?
— Инженер Констан, специалист по ракетам. Прости, ты не знаешь, наш завод среди прочих вещей должен был выпускать боевые ракеты для самолетов. Мы наштамповали целый склад корпусов, но ведь это просто металлические трубы, зарядов к ним нет. Ну да, разумеется, в химической лаборатории осталось все, что нужно для начинки, но кто это сможет сделать? Химиков нет!
Я схватил Луи за плечи и завертел вокруг себя, приплясывая от восторга.
— Луи, старина, мы спасены! Ты знаешь, что мой дядя — майор артиллерии в запасе?
— Знаю, но что из этого? Пушек у нас все равно нет.
— И не надо! Последние годы он служил в ракетных противовоздушных частях и прекрасно разбирается в ракетах. Если у вас там действительно сохранились химические вещества, все в порядке! Дядя с Бевэном справятся. В крайнем случае зарядим ракеты черным порохом, нам особая дальность ни к чему.
— Пожалуй, но ведь это займет дней десять — пятнадцать. А тем временем…
— А тем временем надо чем-нибудь развлечь этих сеньоров из замка. Погоди-ка!
Я бросился в госпиталь, где еще отлеживались Бреффор и мой брат.
— Послушай, Поль, — спросил я, — ты сможешь построить римскую катапульту?
— Конечно. Но для чего?
— Чтобы обстреливать замок. Насколько она бьет?
— О, все зависит от веса снаряда. В общем от тридцати до ста метров. Хватит?
— Хватит! Делай чертеж.
Вернувшись к Луи и Мишелю, я изложил им свой план.
— Неплохо, — одобрил Луи. — Но сто метров — это сто метров, а пулемет калибром двадцать миллиметров бьет куда дальше!
— Возле замка, насколько мне помнится, есть ложбина, к которой можно подъехать по боковой дороге. Там и надо установить катапульту.
— Как я понимаю, ты хочешь метать в них самодельные бомбы, начиненные железным ломом, — сказал Мишель.
— Но где ты возьмешь взрывчатку?
— В каменоломне есть килограммов триста динамита, его завезли перед самой катастрофой.
— Ну, с этим замка не захватишь, — проговорил Мишель, качая головой.
— А мы и не собираемся. Главное — выиграть время. Пусть думают, что мы зря тратим силы и боеприпасы на бесполезный обстрел! Тогда мы успеем начинить ракеты.
И я рассказал Мишелю о том, что узнал от Луи. По приказу Совета Бевэн направил патрули прощупать вражескую оборону. Одновременно эти же патрули должны были сообщать о появлении гидр; мы дали им маленький передатчик, который собрал на досуге Этранж. После этого приступили к сооружению катапульты: сколотили раму, выточили ложку, на которую пришлось пожертвовать молоденький ясень, и опробовали это допотопное орудие, метнув несколько каменных глыб. Дальность боя оказалась вполне удовлетворительной, и мы построили еще две катапульты.
Вскоре наша маленькая армия во главе с Бевэном выступила в поход на замок. Добровольцы ехали на трех грузовиках, а за ними три трактора тащили катапульты.
Первая неделя прошла в незначительных стычках. Все это время на заводе кипела лихорадочная работа. На девятый день мы с Мишелем приехали на позиции.
— Ну как, все готово? — спросил нас Бевэн.
— Первые ракеты прибудут сегодня или завтра, — ответил я.
— Наконец-то! Признаюсь, нам здесь было не очень спокойно. Если бы они вздумали сделать вылазку…
Мы прошли на аванпост.
— Не высовывайтесь, — предупредил нас папаша Борю. Как бывший сержант и ветеран второй мировой войны, он теперь командовал авангардом. — За гребнем все простреливается пулеметами. Насколько я понял, их у противника четыре штуки: два двадцати и два, скорее всего, семи с половиной миллиметровых. Кроме того, автоматы.
— Можно их накрыть катапультами?
— Не пробовали, — ответил Бевэн. — Мы старались не обнаруживать их дальность боя.
— Что с другой стороны замка?
— Они укрепили все вокруг. Там завалы из деревьев. А главное — они держат дорогу под обстрелом, так что катапульты не подвезешь.
— Хорошо, подождем.
Ползком мы добрались до гребня. Его обстреливал тяжелый пулемет.
— Этот можно было бы, пожалуй, подавить, — заметил Мишель.
— Наверное. Только атаковать мы все равно не будем, пока не подвезут ракеты. Подождем еще хотя бы до следующей голубой зари.
В назначенный час из деревни прибыли на грузовике мой дядя, Бреффор и Этранж, и принялись сгружать многочисленные ящики.
— Гранаты, — коротко пояснил Этранж.
Это были обрезки чугунных труб с детонаторами.
— А вот ракеты, — сказал дядя. — Мы их испытали. Дальность — три с половиной километра; точность боя вполне достаточная. В головках — чугунные обломки и заряд взрывчатки. Сейчас подойдет грузовик с направляющими подставками. Всего у нас пятьдесят ракет этого типа, но на заводе уже готовят более мощные.
— Хе-хе! — потирал руки Бевэн. — Наша артиллерия пополняется!
В этот момент в лощину скатился один из наших добровольцев.
— Они машут белым флагом! — сказал он.
— Неужели сдаются? — спросил я недоверчиво.
— Нет, хотят выслать парламентера.
— Ответь: «Пусть присылают», — приказал Бевэн.
На стороне противника поднялся человек и двинулся к нам, размахивая носовым платком. Папаша Борю встретил его на полпути на ничейной земле и отконвоировал к нашим позициям. Это оказался Шарль Хоннегер собственной персоной.
— Что вам угодно? — спросил Бевэн.
— Я хочу говорить с вашими главарями.
— Перед вами четыре «главаря».
— Во избежание бесполезного кровопролития предлагаем следующее: вы распускаете ваш Совет, складываете оружие и передаете власть нам. Тогда вам ничего не будет.
— Ну ясно, вы просто превратите нас в рабов, — ответил я. — Вот наши предложения: вы возвращаете похищенных девушек и сдаетесь. Ваших людей мы берем под наблюдение, а вас и вашего отца сажаем до суда в тюрьму.
— Наглости у вас хоть отбавляй! Посмотрим, что вы сделаете с вашими охотничьими хлопушками.
— Предупреждаю, — вмешался Мишель, — если у нас будет убит хоть один человек, мы вас повесим.
— Постараюсь не забыть!
— Раз вы не желаете сдаться, — продолжал я, — предлагаю вам поместить похищенных девушек, а также вашу сестру и мадемуазель Дюшер в безопасное место, хотя бы вон на ту скалу.
— Ничего не выйдет! Ни Мад, ни моя сестра ничего не боятся, а на остальных мне наплевать. Если этих убьют, после победы найдутся другие. Хотя бы ваша сестричка…
Не успев закончить, негодяй опустился на землю с разбитой физиономией: Мишель оказался быстрее меня.
Шарль Хоннегер поднялся, бледный от ярости.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
