сложнее понимать предсказания, но не до такой степени, что невозможно.
— То, что ты оправдываешь свои и их действия якобы отсутствием благосклонности Богов, не делает ваши поступки менее омерзительными.
Я просто трачу время. Нужно вернуться и проверить, как там Избранная. Я почувствую, когда вернётся Рэнай, а там уже поговорим по-другому.
Глава 8
Нет, ну это уже не смешно, ни в какие рамки! Запер меня тут одну, без еды, без воды. А если я в туалет захочу? И ни книжки не почитать, ни выйти. Понимаю, что безопасность и все такое, но я, если что, еще до конца в себя не пришла после неведомой болезни, когда Фэйтар чуть из меня душу не высосал. На диване лежали подушки, и я от досады швырнула их в дверь.
Гадкий Демон! Тебя бы так запереть!
— И чем тебе подушки не угодили? — Раздалось за моей спиной, а я аж подпрыгнула от испуга.
Вот почему он всегда появляется сзади?! Партизан недоделанный!
— Тем, что я с голоду помираю, а мой без нескольких дней муж запер меня в своем кабинете! — В сердцах прошипела я.
— Это для твоего же блага. — Холодно отчеканил Демон, а я решила обидеться.
Ах, вот так вот! Значит, будет тебе бойкот! И пусть это по-детски, зато проучу его раз и навсегда, что обо мне нужно помнить и заботиться, даже если брак фиктивный!
Заметив перемену в моем настроении, Бальтазар нахмурился и подошел ближе.
— Пойдем, вместе поедим. — Протянул мне руку, но я отбросила ее от себя, продолжая молчать. Бойкот тебе, рогатое существо! — Ка-Ринна, ты ведешь себя глупо.
Мне так и хотелось воскликнуть: «А ты себя по-взрослому ведешь, ага!», но я стиснула зубы. Демон обреченно вздохнул и, подхватив меня на руки, перенес нас в трапезную. Это я поняла, когда у меня прошло головокружение после телепортации.
Усадив меня за один из стульев, Бальтазар звякнул в колокольчик, стоящий посреди стола, и сел рядом в ожидании. Я посмотрела на то, что за окном черным-черно и на колокольчик, мысленно сочувствуя бедной прислуге в этом Замке. Видимо, мои мысли явственно читались на лбу, потому что Демон ответил.
— Я часто засиживаюсь допоздна с документами, или бывает срочный Совет, поэтому на кухне дежурят двое слуг, повар и раздатчик на такие случаи. — А, ну если так, то это еще по-божески. — Долго будешь молчать?
Я демонстративно повернулась к нему спиной. Его напрягает что ли? Или ему никто никогда бойкотов не устраивал? Хотя, если он рос в окружении, где все перед ним благоговеют, то, скорей всего, да. Еще и младшенький в семье, наверняка любимчик.
Спустя пять минут в трапезной появился невысокий молодой паренек, и поинтересовался, чего его Высочество желает. Демон произнес названия парочки местных блюд, и слуга удалился, пообещав, что через пятнадцать минут все принесут.
Похоже, бойкот — не моё, надо было другой вид наказания выбрать. Это я поняла, когда любопытство так и подмывало раскрыть рот и спросить что-нибудь. Например, о том, как прошел допрос, и почему Бальтазар относительно быстро вернулся. Или о том, что это за блюда такие с труднопроизносимым названием. Так что держалась я лишь на одном упрямстве.
— Если тебе интересно, то мы пока еще не выяснили, кто послал наемника за тобой. Но кое-что всё-таки удалось разузнать. — Я прищурилась, обернувшись, и глядя на то, как в голубых глазах мерцают смешинки. Меня явно раскусили, потому что он давил на самое больное — на мое неуемное любопытство. — Хочешь узнать что? — Продолжал этот искуситель.
Я одарила его убийственным взглядом и снова отвернулась, фыркнув. Пусть знает, что я думаю о нем и обо всей этой ситуации в целом.
Послышался скрип отодвигаемого стула и уже через пару секунд Бальтазар появился передо мной, уперев руки в стол по бокам от меня, тем самым отрезая мне все пути к отступлению.
— А ты с огоньком. — Очаровательно улыбнувшись, он склонился ближе, обдавая меня своим дыханием. Сердце против воли забилось чаще. — Я думал, ты скучная. Странная, да, и скучная, но с каждым днем тебе удается каким-то неведомым образом подобраться ко мне так близко, что тебе удается проскользнуть сквозь барьер, что я выстраиваю между нами. Зачем ты это делаешь? — Понизив голос, спросил Демон, удерживая мой взгляд.
Вот каждый раз, когда он начинает откровенничать обо всем, что касается меня, мне хочется его ударить! Рыкнув, оттолкнула Бальтазара от себя.
Он думал, что я скучная, видите ли! Знакомиться с людьми поближе не пробовал? Высокомерный гад!
Не ожидая того, что я его оттолкну, Демон пошатнулся, но устоял на ногах, удивленно моргая. И в этот момент что-то внутри него щелкнуло. Голубая радужка сначала заполнилась темно-синим, а потом и вовсе почернела, поглощая белок. Но на этом его преображение почему-то решило остановиться.
Я дышала через раз, ожидая того, что будет дальше. Даже немного испугалась. Неужели я сделала что-то противоправное по отношению к мужчине? Мало ли какие тут нормы поведения… Но Демон не спешил ничего делать, застыв на месте и сверля меня бездонно черными глазами.
— Не нужно меня бояться, Ка-Ринна. — Голос Бальтазара исказился, от чего я наоборот стала бояться его еще больше. — Я не причиню тебе вреда. — Более мягко, я бы даже сказала, соблазнительно, произнес Демон, снова приближаясь ко мне.
Я из последних сил старалась держать лицо и не шарахнуться от него в сторону, хотя очень сильно хотелось. Страх от вторжения наемника в мою комнату никуда не делся, и теперь наслоился на странное поведение Бальтазара, заставляя испытывать нерациональный испуг и по отношению к нему тоже.
— Почему ты боишься меня? — Взяв меня за руки и присев на соседний стул, искренне не понимая, поинтересовался мужчина. — Ты дрожишь. — Констатировал факт, а я только сейчас поняла, что меня действительно всю трясет мелкой дрожью. Похоже, я только сейчас отошла от первого шока, и теперь меня настиг откат.
Чувствуя, что сейчас разревусь, и это будет смотреться совсем странно, постаралась сглотнуть ком в горле, удерживая непрошенные слезы.
— Ты чего? — Совсем растерялся мужчина, заметив капли на моих ресницах. И, не дожидаясь ответа, притянул меня к себе. — Ч-ш-ш, всё хорошо. Никто тебя не обидит. Ни я, ни кто-либо еще. Я больше не позволю такому произойти. Обещаю. — Шептал на ухо Бальтазар, прижимая меня к своей груди и утешающе гладя по волосам. От его заботы слезы только усилились и прорвали плотину. Больше не сдерживаясь, я заплакала, всхлипывая.
— Я так испугалась, Бальтазар. Я…
