разговаривала всегда она. Её можно назвать главным питоном Сестер и это не будет ошибкой ни в коей мере.
Как Инь и Ян, их дуэт идеально уравновешивал друг друга, что и стало причиной хорошего руководства. За исключением некоторых неприятных моментов, вызванных недостаточностью общения с нижестоящими сотрудницами, конечно.
— Ты долго, — поприветствовала вошедшего Ванесс, своим низким отстраненным голосом словно забивая дополнительные гвозди в его и так заколоченный гроб. Естественно, закрытого исключительно по её инициативе.
— Имелись трудности.
— Трудности? Сомневаюсь, что ваши развлечения можно назвать трудностями.
— Вы не поскупились на услуги провидца? Польщен. Чего ж на постоянку не пригласите у меня над душой сидеть?
— Рано не радуйся, Фокусник. Не будь наше терпение велико, ты бы уже кормил червей.
Какая же она злюка. Некоторые любят стервозных женщин, Фокусник в том числе находил их в некоторой степени милыми, но вот Ванесс была слишком… ледяной. Иногда казалось, будто она питается яркими воспоминаниями и эмоциями.
— А вам не страшно сидеть прямо под носом у света нашей великой цивилизации?
— Нет. Мы знаем, что делаем.
— Да? Охотно верю.
— Почему ты еще здесь, Фокусник? Твоя работа окончена, деньги на счету. В дальнейшем твои услуги не требуются.
— Хочу проследить, чтобы вы в его черепную коробку не залезли. Знаю, вы так можете. Коль уж хотите разузнать о мигрантах, как собирались, то милости прошу. Но делать из него овоща не позволю.
— Это не тебе решать.
— Может. Но я люблю играть против правил.
В отличии от нормальных людей, что при раздражении подавали, собственно, его признаки, чаша терпения Ванесс казалась бездонной. Но не стоило верить поверхностным оценочным суждениям. На самом деле терпение главы Кинжалов всегда было на грани и изливалось в намного большее море внизу. А уж когда это самое море наполнялось… летели головы.
Хорошо, что такого не случалось давненько — Дина спасала. Девушка удивительно эффективно справлялась с успокоением коллеги, чем занялась и сейчас, когда подметила растущее напряжение пальцев убийцы. Комично прикрыв рот ладошкой с ярким маникюром и зыркая на Фокусника, она что-то пошептала на ухо соседке. Какой бы хороший слух он не имел, но не мог подслушать ни единого звука. Под конец кратких переговоров (в которых наверняка обсуждались самые изощренные методы наказания неугодных), лицо Ванесс слегка смягчилось.
— Так и быть, оставайся. В любом случае, непоправимо вредить объекту мы не собирались. А ты, садись, — наконец, пригласила несговорчивая к столу некроманта.
Для столь важного гостя был подготовлен целый раскладной стульчик — вряд ли великого ключника к такому удастся приковать. Старая карга пожалела гроши даже на нормальную допросную. И оправдания в стиле «она все равно одноразовая» Фокусник никогда не примет.
Константину не оставалось ничего иного, кроме как украдкой взглянуть на зачинщика напряженной атмосферы, из-за которой буквально минуту назад он неиронично боялся за свою жизнь. Подтвердив, что в случае чего двух женщин хотя бы попытаются остановить от вскрытия его черепушки, он уселся.
Рассказ непосредственно истории перерождения в новом и чужеродном мире часто прерывался множеством вопросов, в основном странных и откровенно непонятных. «Допрос» длился добрые три часа, в течении которых одна и та же информация успела рассказаться три раза по кругу.
Ничего нового он не услышал. Можно даже сказать, что в некоторых местах Кон недоговаривал. Но то скорее от забывчивости и отсутствия соответствующих наводящих вопросов, нежели от желания что-либо скрыть или исказить, что было верным решением ввиду одной из граней способностей Дины — чувства лжи. Никто не хотел бы соврать в её присутствии, ведь в таком случае она бы это ощутит и даже скажет, что именно хотел скрыть лжец. И соль здесь не в каком-то измерении сердцебиения или давления, как это делают привычные детекторы лжи, нет. Дело в Пране.
Удовлетворив двух Сестер знаниями о мигрантах, некромант смог спокойно покинуть темную комнату, в коей женщины остались обсуждать наверняка что-то крайне секретное и важное. Не его дело и слава Йеру.
Тесс и Сильма все это время ждали за дверью. И не наскучило им? Хотя, не так, есть вопрос актуальнее… Как они не подрались?
Неважно. Ответ останется за кулисами.
— Наконец-то. Надо поговорить, но не здесь.
Такой серьезный тон нехарактерен для темной госпожи. Обычно в её разговорах с Фокусником четко прослеживалась игривая линия, но в этот раз он ощущал, что ей не до шуток. И это настораживало.
Даже добравшись до собственной квартиры, что наверняка была достаточно защищенной от любопытных глаз вследствие её профессии, сестра Третьего Крыла совершенно не расслабилась. Некромант тем временем плевал в небо на улице, рассматривая мимоходящих школьниц.
— Освальд.
— Да-да?
— Мы знаем где… она.
— Кто?
— Тот вяз. Про которого я говорила до твоего отъезда.
— Эээ… А! Ну и что?
— В смысле ну и что? — на славном личике с темной тонировкой на губах и вокруг глаз проступил оттенок очень сильного недовольства.
— Она хотела сказать, — подключилась до этого мирно наблюдавшая Тесс, — что истории о вязах в архивах, на которые ты так любишь ссылаться, являются не совсем выдумкой. Человека с подобной силой нашли меньше недели назад. Разве тебе не интересно?
— Нет.
— Почему?
— Мне каждый раз приводить аргументы? — это начинает надоедать, Фокусник ощутил тянущее желание убраться, — Подобных вязов не наблюдалось почти четыреста, мать его, лет. С какого перепугу вдруг должен появиться новый?
— Не может быть так, чт…
— ТЫ ЧТО, СОВСЕМ ДУРАК?! — сильно закричала до этого трясущаяся в сторонке госпожа.
— Силь, спокойней.
— Как можно быть спокойной, когда ОН выкидывает на помойку единственный, возможно, шанс в жизни! Ему в лицо тычат спасением, а он предпочел не рыпаться! У тебя есть хоть капля достоинства?!
— Силь! Тихо!
— Строите из меня клоуна, а теперь еще и оскорбляете. Что я вообще забыл здесь?
Время покинуть дам. Освальд не мог более терпеть эту ядовитую обстановку. Занеся пальцы к щелчку, он собирался уйти красиво, но в этот момент его руку схватила Тесс, не рассчитавшая силы. Будь он обычным человеком, то его ладонь стала бы мокрым пятном, но лишь рассеялась в белой дымке. Благо, что после одного неприятного инцидента он держал чувство боли выключенным.
— Чего?
— Да послушай ты! Думаешь, мы тут цирк разводим, да?
— Да.
— Нет! Разве не понятно, что мы не шутим? Шутили бы мы в таком важном деле?
— Откуда я знаю, что вам в голову взбредет?
— Первая достоверная информация пришла неделю назад, — явно проигнорировала Тесс его последний вопрос, — а особенно крупные её объемы были получены вчера, так что это идеальный шанс для тебя. Цель
