Операции эти принесли не малый доход Клонелю, в целом, и ее казначею в частности. Желающие получить кредит вставали в очередь, а Линдсток принимающий решение о надежности заемщиков получал немалые взятки. Но казначей был умен и никогда не давал деньги заведомо ненадежному заемщику, а потому казна росла, а вместе с ней и авторитет Линдстока в глазах правителя. Более того чиновник получил влияние за пределами герцогства. Многие магнаты столицы стремились получить в партнеры такой надежный источник заемных средств.
Но, не смотря на успехи, Линдсток ни как не мог считаться равным, графам ал Далан или ал Лонденель. И в первую очередь, потому что за ним не было силы. Не силы денег, а именно физической силы, верных ему дружин готовых обнажить меч за интересы казначея или послужить поддержкой. Талантов или какого-то опыта в формировании стального кулака у чиновника попросту не было, а потому даже просто защищая свои владения, он рассчитывал лишь на воинов своего сюзерена, или наемников, которые не всегда были под рукой. Но амбиции этого человека были велики, и они привели к созданию тандема, который претендовал на ведущие позиции в управлении герцогством. Линдсток свел тесную дружбу с Черным Барононом. Вначале людей этих объединяли общие дела, но сейчас они представляли один клан, который искал возможности расширить сферы влияния на экономическую жизнь герцогства, чтобы уровнять свои силы с двумя ведущими группами кланами.
Черный Барон владел землями, которые контролировали единственный пригодный для торгового каравана путь из Таленгара во владения айвов. Кочевники, запертые между горной грядой и пустошью, были беспокойным соседом, торговля с ними из-за прошлых разногласий была просто-напросто нулевой. А единственное ущелье запирал замок Черного Барона.
Он был прямым наследником первого лода которого Король Таленгара наградил этим титулом. Тогда айвы решили несколько облегчить кошельки богатых жителей Таленгара, огромная армия из двадцати тысяч кочевников ринулась в пределы Клонеля. Но на пути у них стояла небольшая тогда крепость предков Черного Барона. Место для нее было выбрано на редкость удачно. Вокруг неприступные скалы, внутри вода и пища на несколько лет. А под рукой у барона к его счастью в то время было, не пять десятков воинов, которые он, нещадно обирая немногих своих крестьян, мог содержать, а три сотни бравых вояк.
В замке барона в ту ночь остановились воины из Риттена, которые по каким-то делам собирались пересечь степи айвов и заняться исследованиями Пустоши. В этом исследовательском отряде было двести профессиональных солдат и пятьдесят магов, двое из которых были архимагами. Учитывая, что в человеческом анклаве насчитывались не более сотни архимагов, вообще, два патриарха на один отряд было очень и очень много. Кто и зачем затевал эту экспедицию, история умалчивает, но самое главное, что в момент нашествия этот элитный отряд был в крепости прадеда Черного Барона.
Айвы решили с ходу взять крепость, которая изрядно мешала продвижению армии. Тем более ущелье в месте, где крепость была поставлена, сужалось настолько, что арбалетчики барона могли спокойно расстреливать проходящие мимо войска. Айвы начали штурм, но вместо легкой победы стали терять одну сотню за другой. Более того ночью дерзкий противник сделал вылазку, уничтожив около трех сотен воинов, и почти не потерял ни кого. Секрет невероятной успешности барона был в тех солдатах, что пришли из Риттена. Как, оказалось, помимо невероятного количества магов миссию под видом простых солдат сопровождала полусотня мечников, да и остальные солдаты были явно не последними вояками. В конце концов, за неделю непрерывного для айвов кошмара риттенцы положили около двух тысяч степняков. Начало похода старейшины посчитали неудачным, и, вернув передовые отряды, которые, к слову сказать, уже добрались до Клонеля айвы ушли назад в свои степи.
Отряд из Риттена, справедливо решив, что через взбудораженных кочевников им уже не пройти, быстренько свернулся и отправился обратно домой. На том бы история и закончилась, если бы не тогдашний король Таленгара, Игар третий, молодой глуповатый наследник к тому времени правил всего лишь второй месяц. Собственно говоря, его восшествие на престол и предшествующая этому междоусобица подвинули айвов на набег. Вроде как кочевники, ранее боявшиеся отца Игара, решили попробовать на прочность его наследников. В общем, молодой король, преисполненный романтики и рассказов о героической обороне ущелья решил лично взглянуть на место битвы.
Король пришел в дикий восторг от рассказа прадеда Черного Барона. Огромная куча трофеев и могил сделали Барона героем в глазах короля, а осторожные напоминания об отряде риттеннцев король воспринимал как наветы завистников. Баронство тогда было в вассальной зависимости от Клонеля, но Король своим монаршим решением освободил владения Черного Барона от каких либо налогов. Баронство было подчинено напрямую Королю. А Бароны, принявшие черный как антрацит герб символизирующий глубину верности короне (кому такая хрень в голову пришла до сих пор непонятно, скорее всего, самому псевдо герою, он говорят сильно любил внешние эффекты) стали вассалами короля, что по статусу равняло их с Клонелями и еще тремя-четырьмя влиятельнейшими семьями Таленгара.
Но де факто бароны с одной стороны запертые айвами, а с другой стороны Клонелем так и остались мелкими помещиками, правда с очень крутыми привилегиями, которые как говорится, мог отнять только король. Торговля с айвами к тому времени явно захирела, да и не было особо большого числа купцов, которые бы рисковали отправиться в степь, тем более кочевники в то время мало что могли предложить. Но все, же кое - какой торговый оборот шел и Черный Барон получал деньги, на которые содержал свое небольшое войско. Отсутствие налогов положительно сказалось на благополучии семьи. Сейчас барон был не бедным человеком, правда, вместо того чтобы развить торговлю с айвами и приумножить капитал, он рассорился с ними на смерть и теперь просто напросто уничтожал большинство айвов, пересекавших границы баронства. Причины него на такие действия были веские. Айвы в один из набегов убили единственную дочь и сопровождавшего ее брата барона. Счет к айвам Черный Барон имел огромный.
Оставшись без детей, феодал сделал смыслом своей жизни месть. Умный от природы Барон понимал, что масштабы его мелковаты для айвов, а потому стремился к тому, чтобы усилить свое могущество. На этом пути взаимных амбиций и встретились Черный Барон и Казначей. У первого были верные солдаты и умение воевать, но не было достаточно денег, а точнее говоря источников дохода, у второго наоборот наблюдался избыток денег и идей как их приумножить, но не было воинов способных эти ценности защитить, а главное провернуть те планы, которые постоянно крутились в умной голове герцогского Казначея. Вместе эта парочка начала искать все, что плохо лежит и подминать под себя.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
