Через час, когда я проверил маскировку орудий, дотов, окопов и, вернувшись в дот, ел привезенный ужин, в каземат спустился запыленный Адель и плюхнулся рядом.
– Ты чего?! – удивленно спросил я его.
– Мы вернулись.
– Вижу, не слепой, – вытерев платком губы, я откинулся на спинку стула.
– Немцы дорогу перерезали. Я сам танки видел и пехоту.
– Твою мать! – покачал я головой, после чего крикнул: – Дежурный!
– Я, товарищ командир, – просунулась в дверь голова сержанта.
– Организуй для лейтенанта ужин.
– Я не один.
– Да понял я, – поморщившись, добавил бойцу: – Сообщи старшине, чтобы организовал ужин вернувшимся.
– Есть!
После захвата моста, буквально через пару часов, мы организовали колонну, куда включили машины с ранеными и автобус с артистами, дав в сопровождение машину Индуашвили и пару бойцов для прикрытия. Старшим уехал Адель для организации связи с командованием. И вот теперь узнали, что оказались в кольце.
Вспомнив о телефоне, я бросился к аппарату на столике и закрутил ручку, дуя в мембрану. Но, к сожалению, безрезультатно.
– Глухо.
– А он что, работал? – удивился Адель.
– Да, саперы провода восстановили. Ну, и эти тоже, вот со мной и связался майор Милидзе, это его часть отвечает за этот мост. Сейчас, видимо, где-то перерезали.
– Понятно. Что думаешь делать?
– Взорву мост и прикажу отходить по второстепенным дорогам, пока их не перерезали. Блин, Украина, тут лесов мало, издалека все видно. И чего я в Белоруссию не поехал?.. Дежурный!
– Я, товарищ лейтенант.
– Командиров взводов и старшину ко мне через тридцать минут.
– Есть.
– Ну а ты, друг мой ситный, пока тебе ужин несут, давай показывай, где немцев видел, – расстилая на столе карту, велел я.
Подойдя, Адель стал водить пальцем, рассматривая карту.
– У тебя нет этого квадрата.
– Да? Подожди, сейчас трофейную достану.
Отыскав среди трофейных нужную, я расстелил уже ее.
– Вот тут вот. У этого села, на разъезде.
– В двенадцати километрах? Хм, – я задумчиво стал покусывать нижнюю губу.
– Что думаешь делать?
– Думаю… ужин принесли, поешь сперва. Да что тут думать? Рвем мост, и как стемнеет, то есть через два часа, выходим и идем по второстепенным дорогам. Эту речку вот только как преодолеть? – постучал я пальцем по квадрату на карте. – У немцев отмечены и ближайший мост, и брод. Наверняка там уже кто-то есть… Колонна, что ли, идет?
Выскочив из дота, я увидел, что к мосту со стороны границы двигается смешанная – из пеших и автомашин – колонна.
– Сазанов! Тормози их. Командира ко мне.
– Есть, – козырнул взводный.
Вернувшись в дот, я снова засел за карту, пока Адель наворачивал кашу с подливой. В принципе, как кровеносная система сосудов, пронизывающая тело человека, такая же сеть дорог пробегала по полям Украины. Все их за такой короткий срок просто не могли перекрыть, значит, шанс вырваться был, и был довольно ощутимым.
– Товарищ командир, к вам товарищ майор, – предварительно постучавшись, известил дежурный.
– Пропусти, – велел я.
В каземат дота вошел статный майор с летными петлицами.
– Лейтенант Фролов, командир зенитной батареи, временно исполняющий обязанности командира охраны моста, – встав, первым, согласно уставу, представился я.
– Майор Голубев, начальник штаба сто второго ИАП. Эвакуирую матчасть и технический состав полка.
– Не обрадую вас, товарищ майор. Мой особист лейтенант Самакаев пытался уехать в тыл, да наткнулся на немцев. Видел лично несколько танков и до взвода пехоты. Параллельная дорога тоже была перекрыта.
– Что же делать? – немного растерялся майор.
– Думаем. У нас есть трофейная карта, она более точная, лучше даже, чем наши, поэтому будем смотреть по ней. Мы решили прорываться по второстепенным дорогам через вот этот брод. Место глухое, деревень рядом нет. Думаю, сможем вырваться из колечка. Вы с нами или сами по себе, товарищ майор?
– Когда вы собираетесь выдвигаться?
– Через три часа ориентировочно, когда стемнеет. Точно пока не скажу. Нам еще мост подрывать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Тогда мы сами. Должны понимать. Мы торопимся, а для охраны у нас взвод охраны аэродрома, да и техники вооружены.
– Понятно. Было бы предложено.
– Я кроки перерисую?
– Не стоит, у меня несколько таких карт. Вот, держите. Она немного подгорела с краю, но вам этот угол уже не нужен.
– Спасибо, лейтенант.
После ухода майора я доел свой холодный ужин и, сделав пару глотков остывшего чая, занялся составлением плана.
Когда собрались все командиры, которых я вызвал, через мост прошла еще одна крупная колонна. При опросе и проверке документов узнали, что это были остатки стрелковой дивизии. Потом было еще пять мелких групп. Их мы пропускали со всеми предосторожностями, вспомнив, как брали мост диверсанты и мы сами. Не забывали также предупреждать проходящих, что дорога перерезана немцами.
– Товарищи командиры, присаживайтесь, – указал я на лавки, когда взводные толпой ввалились в дот. – Теперь слушаем меня. Я так понимаю, вы уже знаете о том, что мы отрезаны от своих?.. Да и водителям я дал возможность выспаться и отдохнуть именно поэтому. Теперь о том, что мы будем делать. Вы, товарищ младший сержант, подготавливаете мост к подрыву. Как у вас с этим делом?
– Так подсоединить подрывную машинку – и можно взрывать, – степенно погладив усы, ответил тридцатилетний сапер из старослужащих.
– Хорошо, займитесь этим делом. Через два часа, как только стемнеет, мы уходим, но за час до этого мост должен быть взорван. Это приказ.
– Есть.
– Теперь по отходу. Уйдем в степи, где нет главных дорог, рек, а есть только глухие деревушки. Пересечь нам предстоит шесть оврагов, две речки. У обеих есть броды, и мы пойдем через них. Это все. Через два часа уходим. Приготовить технику к движению. Старшине Богданову продолжать нести охранную службу до подрыва моста. Все свободны, кроме старшины Непейбороды.
Как только командиры вышли, негромко переговариваясь, я велел старшине подсесть ближе и спросил:
– Что у нас с техникой и топливом?
– Топливозаправщик и баки машин полные. Вы были правы, товарищ лейтенант, на той МТС были запасы топлива. Мы даже две бочки с дизтопливом прихватили на всякий случай. Правда, с танкистами чуть не подрались, они там тоже заправлялись, но все уладилось миром. У них всего три танка было. По машинам – те два трофейных ЗИСа сняли с нас часть проблем по перевозке грузов. Все уже распределено, мы в любой момент готовы выдвинуться по вашему приказу. По транспорту для ДШК пока ничего сказать не могу, подождем, когда вернется Бутов. Осталось только скатать маскировочные сети и собрать колонну.
– С продовольствием как?
– Пока есть, но всего на три дня полной нормы. На МТС был склад гречки, мы по расписке выкупили шесть мешков. Больше нам не продали, деревенские себе оставили.
– Хорошо. Сейчас возвращайтесь в лес и готовьтесь к выдвижению. Тронемся в двадцать два часа тридцать минут.
– Люди устали. Некоторые, конечно, оторвали по нескольку часов, но это крохи. Вторые сутки на ногах. Да и вы уже уставший, глаза покраснели.
– Знаю. Отойдем километров на двадцать, дам батарее сутки отдыху. Все, свободен.
– Есть, разрешите выполнять?
– Давай… Хотя подождите. Озаботьтесь запасами воды. На всякий случай.
– Есть, – козырнув, старшина вышел.
– Ну что, пошли мост взрывать? – спросил сидевший тихо Адель.
– Подожди, я три часа назад Бутова отправил на разведку и транспорт брошенный поискать, скоро должен вернуться. Да и торопиться нам не следует. У меня есть дополнительный план.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Выкладывай.
– Немцев сзади нас не так много. Обойдем, это не проблема. Но вот нанести им потери хотелось бы. Понимаешь, когда мы взорвем мост, у них останется единственная возможность переправиться на наш берег только вот у этого брода, – показал я на карте.
