Читаем без скачивания Арктические тени Третьего рейха - Сергей Ковалев

Лыжный отряд Знаменского шел в авангарде дивизии Никишина. Финны попытались его окружить, и, имея численное превосходство, — уничтожить. Однако их замысел не удался. После захвата Наутси, умело отражая все атаки финнов, лыжники Знаменского с ценными разведсведениями благополучно вернулись в расположение 52–й дивизии. Капитану Знаменскому за умелое командование подразделением и проявленный героизм было присвоено звание Героя Советского Союза. Эти сведения, вероятно, были крайне важны, так как после их получения 52–я СД остановила свое наступление и заняла оборонительные рубежи в озерном участке Пораярви. А может, в одном из этих боев она и столкнулась с немецкими «добровольцами»?

Еще одну гипотезу подсказала открытая информация о создании специальной авиаэскадрильи с красноречивым названием «Командование Япония» («Kommando Japan»), которую удалось отыскать уже во время подготовки этой книги к изданию.

Основатель специальной авиаэскадрильи гауптман Хайнц Браун именно аэродром Наутси избрал основным аэродромом для базирования своих самолетов. Могли ли немецкие военнослужащие охранять этот аэродром? Теоретически — да! А на практике — стоит внимательно изучить! Но подробно о «Командовании Япония» будет рассказано в главе 3.

Что произошло в те дни на западном берегу реки Паз? Было ли здесь в декабре 1939 года боестолкновение немецких «добровольцев», или в марте 1940 года немецких горных стрелков, направленных для охраны, например рудника Каула, с советскими лыжниками Знаменского или финскими лыжниками Валлениуса, покажет время. И, надеюсь, дальнейшие поиски в германских или финских архивах! А может, их гибель предсказали английские дешифровальщики, которые прочитали одно из «загадочных» сообщений?

Арктический след «Энигмы»

Сегодня немногие могут толком рассказать об устройстве, которое было создано в начале XX века и названо «Энигма», что в переводе с древнегреческого означает «загадка». А уж тем более, что за арктический след оно могло оставить для человечества. Однако уверен, что и всем сегодня будет любопытно восполнить этот пробел в знании одной из самых больших загадок Второй мировой войны. Правда, придется начать эту историю с совершенно незапамятных времен.

Первым шифровальщиком в мире считают некоего египетского писца из города Менет–Хуфу, который в 1900 году до н. э. на гробнице знатного человека по имени Хнумхотен выбил текст необычными иероглифическими символами вместо привычных иероглифов. При этом, бесспорно, писец использовал здесь один из основных элементов шифрования — умышленное преобразование письменных символов. По мере совершенствования древнеегипетской письменности росло количество усыпальниц почитаемых умерших, и все более изощренными становились преобразования текстов на стенах гробниц. Но постепенно многие надписи стали преследовать иную, самую важную для криптографии цель — секретность. В некоторых она была нужна для усиления тайны и, следовательно, колдовской силы поминальных текстов. Однако чаще писцы и те, кто заказывал им надписи, использовали секретность, чтобы заставить прохожего прочитать эти эпитафии и тем самым выразить умершим благословения, которые содержались в надгробных надписях. Так добавление элемента секретности во время преобразования иероглифов по–родило науку–криптографию. Но наша жизнь устроена так, что «любое действие обязательно порождает противодействие».

В Индии, стране с древней высокоразвитой цивилизацией, люди с незапамятных времен пользовались несколькими разновидностями тайнописи. Именно здесь впервые в истории человечества криптография была использована в политических целях.

Так, в древнеиндийском трактате об искусстве управлять государством, написанном между 321 и 300 годами до н. э., рекомендовалось, чтобы индийские послы в различных странах давали своим агентам задание с помо1цью тайнописи. Но здесь же им было указано на активное использование криптоанализа при добывании разведывательных данных: «…пусть посол осведомится о происходящем у врага из речей нищих, пьяных, сумасшедших, спящих или из условных знаков, надписей, рисунков в храмах и местах паломничества».

Европейцы начали использовать криптографию во времена средневекового феодализма. Правда, изначально тайнопись применяли очень редко и непостоянно. В архивах Венеции удалось отыскать шифр от 1226 года, где в нескольких словах, находящихся в различных местах послания, вместо гласных букв стояли крестики и точки. Самый древний в Европе шифрованный документ удалось найти в архивах Ватикана, он представляет собой небольшой список имен, составленных в 1326–1327 годах, где были использованы условные слова. Первый же научный трактат по криптоанализу увидел свет в 1466 году. Здесь, его автор, флорентийский купец Леон Альберта, не только описал характерные особенности латинского языка, но еще и решение задачи вскрытия шифров на основе анализа повторяемости букв в тексте и рассмотрел некоторые вопросы повышения стойкости шифров.

Но настоящий переворот в криптоанализе произвел в XIX веке прусский офицер из 33–го пехотного полка Фридрих Казиский. После выхода в отставку в 1863 году он издал в Берлине небольшую книгу «Искусство тайнописи и шифрования», где опубликовал универсальный метод вскрытия шифров и тем самым — начал новую эпоху в криптоанализе. Однако из‑за простоты оформления издания тогда мало кто обратил на нее внимание. И напрасно!

Если бы уже тогда криптоаналитики воспользовались многоалфавитностью, то дешифровальное дело шагнуло бы далеко вперед мною раньше, чем это состоялось на самом деле. Тем более что дешифровальные службы к этому времени работали в штабах практически всех европейских армий. В том числе в германской, а затем — и в гитлеровской армии. Но эти данные всегда оставались одним из главнейших секретов немецкой армии. И только отдельные их составляющие стали нам известны.

В Германии задолго до создания Главного управления имперской безопасности вопросами шпионажа занимался абвер. С 1933 до 1939 года у абвера не было своей собственной дешифровальной службы. Являясь частью вермахта, военная разведка сильно зависела от военных дешифровальных органов, которых было четыре: один в Верховном главнокомандовании для всего вермахта и по одному в каждом из видов германских Вооруженных сил — армии, военного флота и авиации.

Меж тем еще в начале 1919 года в германском министерстве иностранных дел была создана собственная криптоаналитическая спецслужба — так называемое отделение «Z». Ее возглавил молодой армейский офицер, ранее служивший в службе радиоперехвата кайзеровской армии Курт Зелхов. Первоначально служба «Z» была укомплектована недавними сослуживцами Зелхова. Однако после прихода к власти Адольфа Гитлера ее ряды стали заметно разрастаться.

В 1939 году криптоаналитиков в службе «Z» стало столько, что их пришлось разделить на две группы. Первая под руководством доктора математики из Гейдельбергского университета Кунце занималась шифрами, причем ее состав и подбор кадров производился исходя из их математических способностей. Вторая группа тяготела больше к лингвистике, а потому взяла на себя вскрытие кодов. Ее отделениями руководили специалист по восточным языкам Шауффлер и прирожденный лингвист Пашке. Все руководители групп начали заниматься криптоаналитикой еще до начала службы в службе «Z», но успехи Кунце были самыми впечатляющими. На его счету вскрытие нескольких английских шифров и французского дипломатического кода в 1920–х годах, а также двух японских машинных шифров, известных американским криптоаналитикам под условным названием «оранжевый» и «красный».

Дешифрованные в группах «Z» материалы поступали непосредственно Курту Зелхову, который затем отправлял их дальше — министру иностранных дел Третьего рейха Иоахиму Риббентропу. А тот, в свою очередь, на их основе готовил служебную записку для ознакомления рейхсканцлера Гитлера. Однако выяснилось, что гитлеровский МИД не всегда по достоинству оценивал полученную информацию.

С началом Второй мировой войны набор в службу «Z» осуществлялся в пожарном порядке. Дело дошло до того, что нацистам пришлось даже делать исключение, чтобы принять сюда людей «неарийского» происхождения. Так, Людвиг Дойбнер, еще в Первую мировую войну читавший русские военные шифр–телеграммы, за успехи в дешифровании был отмечен званием «почетного арийца». А его сына Оттфрида, наполовину еврея, в память о заслугах отца взяли на работу в службу «Z» для чтения итальянской шифровальной переписки.

За время своей деятельности криптоаналитическая служба МИД Третьего рейха в общей сложности вскрыла шифры 34 стран мира, включая Великобританию, США и Францию.

Служба «Z» была отнюдь не единственной криптоаналитической службой»в Третьем рейхе. В 1933 году, через несколько недель после того, как Гитлер назначил Германа Геринга министром авиации, бывший воздушный ас создал при министерстве авиации специальный отдел из 8 человек для осуществления как можно широкого радиоперехвата. Создатель назвал свое новое детище «Исследовательским отделом», но основная работа этого отдела была своеобразной. Его сотрудники подслушивали телефонные разговоры, перлюстрировали письма и дешифровали криптограммы. До марта 1942 года на главенство Геринга над «Исследовательским отделом» никто не претендовал, но неожиданно его работой заинтересовался лично министр внутренних дел и шеф тайной полиции Третьего рейха рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер, и после двухлетней борьбы в 1944 году «Исследовательский отдел» перешел в его непосредственное подчинение. Уважаемый читатель, вы, верно, устали от «прелюдии» к «Энигме»? А потому заканчиваю ее и перехожу к использованию «загадки» в Арктике.