Она явно этого не хочет. Однако создать мне трудности в учебе ей очень даже по силам. Более чем уверена, с легкой руки Ольги Павловны учителя начнут меня злостно гонять по всем предметам.
Это не пугало. Просто буду учиться в меру возможностей. А вот в карман к дяде и тете лезть не позволю.
Переступив порог класса и не торопясь идти дальше, я внимательно осмотрелась. Одноклассники меня пока не замечали. Сидя за партами и стоя группками девушки и юноши бурно обсуждали новости, накопившиеся за каникулы.
Ольга Павловна уже о чем-то тихо беседовала с полной темноволосой женщиной, стоящей у доски. Даже не пришлось прибегать к способности усиливать слух, чтобы понять, о чем, точнее, о ком идет речь.
Классная на меня не смотрела, а вот ее собеседница удостоила тяжелым взглядом. Ничего доброго тот не сулил.
Где наша не пропадала! Справлюсь.
Мысленно подбодрив себя, поискала глазами, куда бы сесть. В этот момент послышался громкий звонок на урок. Едва он стих, Ольга Павловна грозно сказала:
— Рассаживаемся по местам! Прекращаем болтовню! — посмотрев в мою сторону, проворковала: — Ярочка, подойди.
Ох, чую, что-то она задумала. Неспроста же такой добренькой стала.
Под множеством пристальных взоров я направилась к Ольге Павловне. Второй педагог уселась за учительский стол.
Сердце предательски быстро застучало. Нет, не дам им увидеть свой страх!
Не выказывая ни тени нервозности, я остановилась рядом с классным руководителем. Неторопливо повернулась лицом к классу. Парни смотрели неверяще, а девушки — единодушно с презрительной завистью. Послышался громкий многоголосый шепот: одноклассники принялись обсуждать изменения моей внешности. Гул в кабинете с каждым мгновением усиливался.
Кто-то из юношей выкрикнул:
— Игнатьева, ты ли это? Прям на человека стала похожа!
— Из жабы в принцессу! — загоготал худой парень на последнем ряду.
— Косметикой мозги не поправишь, — фыркнула ухоженная красавица с первой парты. И, смерив меня с ног до головы высокомерным взглядом, многозначительно переглянулась с соседкой.
— Тихо, тихо ребята, — поразительно ласково попросила Ольга Павловна. Шум в классе моментально прекратился. — У нашей Ярославы буквально на днях случилась беда, — женщина с притворной грустью вздохнула. — Сгорел дом, при пожаре погиб отец, а сама Яра от стресса потеряла память, — класс настороженно замер. — Хорошие мои, — в ее голосе отчетливо послышался металл, — я вас очень прошу помочь Ярочке вспомнить, насколько сильно вы были дружны.
Я стиснула зубы. Вот зараза-то! Ясно же, что в классе уважением я не пользовалась. Стерве, вне сомнений, об этом известно, и сейчас она фактически отдала команду «растерзать!».
— Это мы быстро сделаем. Ярослава все-все вспомнит, — торжественно заявила симпатичная русая девушка с первой парты и злорадно усмехнулась.
— А не вспомнит, так по новой прочувствует всю силу нашей дружбы, — с усмешкой добавила сидящая с ней рядом темноволосая красавица. Тотчас зазвучали насмешки и хохот одноклассников.
М-да, тот еще гадюшник. Чувствую, учеба предстоит «веселая».
Не отреагировав на происходящее, Ольга Павловна спокойно предложила:
— Садись, Яра, на свое место.
Класс замер в предвкушении моих действий. Все желали насладиться моим унижением.
Не дождетесь!
Посмотрев прямо в глаза классной, я усмехнулась.
— Вы очень отзывчивый человек, Ольга Павловна. Потому, уверена, покажете мою парту. К сожалению, и этого не помню, — я демонстративно пожала плечами.
Помедлив пару секунд, педагог сухо ответила:
— Четвертый ряд, последняя парта.
Кто бы сомневался, что сижу в самом дальнем углу и в одиночестве.
Улыбнувшись наблюдающей за мной женщине, спокойно пошла к своему месту, не реагируя на язвительные шепотки. Краем глаза отметила лежащие на столах одноклассников учебники химии.
Мысленно поблагодарила тетю за предусмотрительность: та побеспокоилась даже узнать расписание, не пришлось тащить все книги. Достала из рюкзака тетради и ручки, последним выудила уже знакомый учебник. Удобно разместив все на парте, устремила взгляд на вставшую из-за стола учительницу.
Что-то сказав той на прощание, Ольга Павловна вышла из кабинета.
— Поздравляю всех с началом нового учебного года, — хорошо поставленным голосом проговорила химичка. — Программа по химии сложная. Прошу отнестись к учебе с полной ответственностью, иначе экзамены не сдадите, — пробежали недоверчивые шепотки, послышались смешки. Оставив их без комментариев, учительница продолжила: — Сейчас я объясню новую тему, а на втором уроке начну по ней спрашивать, — посмотрев на меня, женщина строго добавила: — Ярослава, Ольга Павловна сообщила, что ты планируешь в этом году исправлять свою успеваемость. Слушай внимательно. Я тебя обязательно спрошу, — в кабинете моментально началось оживление. — Тихо! — гаркнула женщина. — Итак, начнем.
К удивлению, педагог оказалась настоящим профессионалом. Поразительно просто она объясняла действительно сложную тему и рассказывала даже то, чего не имелось в случайно изученном мною от корки до корки учебнике. Было реально интересно ее слушать.
За первую короткую перемену к моей парте никто не подошел. Одноклассники энергично шуршали страницами учебников: готовились к опросу. Правда, взгляды на себе я чувствовала беспрестанно. Но старательно не обращала внимания.
Сразу же после звонка на урок химичка уселась за свой стол и громко сказала:
— Игнатьева, к доске.
В кабинете моментально началось шевеление, снова послышались смешки. Одноклассники ожидали моего фееричного позора.
Встав и гордо выпрямившись, я прошла по проходу и остановилась у исписанной напополам доски.
— Ярослава, выбери из перечня вещества, вступающие в окислительно-восстановительное взаимодействие, — сухо предложила химичка. — Составь соответствующие уравнения реакций.
Молча кивнув, принялась выполнять задание. Никаких сложностей не возникало: я отлично помнила объяснения педагога. Кроме того, словно подсказывая, перед глазами по мере необходимости всплывали нужные страницы учебника.
— Готово, — сообщила, положив маркер на специальную полочку.
— Хм, — учительница изучила написанное на доске. Удивленно покачала головой. — Ты меня приятно поразила. Если так пойдет и дальше, только порадуюсь. Садись, пять.
Довольно улыбнувшись, я неспешно направилась обратно к своей парте. Мое торжественное шествие одноклассники провожали угрюмыми, недоверчивыми взглядами. Впрочем, мне на это сейчас глубоко плевать: я молодец, справилась.
Садясь на стул, услышала громкий злобный шепот:
— Рано радуешься, нищебродка.
Вычислять, кто из парней попытался меня задеть, нужды не видела: голос-то отлично запомнила. Усмехнувшись, спокойно сообщила:
— За оскорбление — первое и последнее предупреждение.
По классу пролетел удивленный гул. Не такой от меня реакции ожидали, не такой. Да вот только третировать себя не позволю.
— А что сделаешь-то, а? — повернувшись ко
