Он разговаривал сам с собой, никто не слушал его, да ему и не требовалось ничье внимание.
Картер сделал глубокий вдох. Воздух здесь был не просто приятнее воздуха Наска и воздуха Паитити, он был пропитан чудесным благоуханием, напоминавшим аромат красного жасмина.
Тем временем Трань Хо, сделав несколько снимков Манко Фернандеса, коронованного и горделиво вышагивающего по платформе, направилась осмотреть предметы в дальнем конце коридора, но когда она попыталась сойти с мозаичной платформы, то вдруг как будто уперлась во что-то и отступила шаг назад. Осторожно вытянув вперед руку, она повторила попытку, но столь же безрезультатно. Картер с интересом наблюдал за ней.
- Что-то не так, Хо?
Она заговорила, не глядя на него:
- Я не могу сойти с этой платформы. Здесь невидимый барьер.
Картер обследовал то, что Хо назвала "невидимым барьером", и обнаружил, что они могли двигаться влево и вправо, вперед и назад, но сойти с платформы не могли. Невидимая стена, мягкая, упругая, но непроницаемая, ограждала их со всех сторон.
- Кто-то идет! - сказал Игорь, и все повернули головы.
Старик был небольшого роста, темноволос, черноглаз, с орлиным носом. Наряд его состоял из серебристого цвета туники, беспорядочно расцвеченной голубыми пятнами, туника имела короткие рукава и доходила старику до колен. Нечто, отдаленно напоминавшее галун, украшало его правое плечо. Голову венчала серебристая с черным, сдвинутая на одну сторону, шапка. В руках он держал металлическую трубку, около фута длиной.
Он выплыл из-за угла, недовольно ворча себе что-то под нос, но остановился как вкопанный, как только увидел уставившихся на него путешествующих на яйце искателей сокровищ.
Да Римини оправилась первой. Она приблизилась к старику, насколько позволял невидимый барьер, и пожелала узнать:
- Куда мы попали? Что это за место такое?
Рядом с ней неистовствовала, ежесекундно щелкая своим фотоаппаратом, Трань Хо.
Картеру показалось, что где-то раньше он уже видел этого старика, но прошло время, пока он вспомнил отель в Куско и швейцара отеля. Старик был похож на этого швейцара, как будто они были братьями.
Справившись со своим замешательством, старик приблизился к ним и дотронулся до одного конца своей трубки, которая, очевидно, воздействовала на невидимый барьер, потому что он беспрепятственно вступил на платформу, не выказав при этом никакого беспокойства по поводу направленных на него грозных АК-47 братьев Фернандес.
Оценивающе оглядев их всех по очереди с ног до головы и, несомненно, обратив внимание на то, что у троих незваных гостей руки связаны, он обратился к Манко. Речь его показалась Картеру, не понимавшему слов, напыщенной, официальной, его трубка от обилия жестов то и дело взлетала вверх. Однако, некоторые слова показались Картеру знакомыми.
- Ты понимаешь его? - спросил он Игоря.
- Он говорит на странной смеси испанского и кечуа, - ответил Игорь. Попадаются совершенно незнакомые мне слова, и акцент у него странный, но я понял, что он приказывает Манко положить его головной убор на место, говорит, что находиться здесь не дозволено никому, потому что это... Игорь искал подходящее английское слово, - ...это экспозиция.
- Экспозиция? - переспросил Картер, - вообще-то, можно было б догадаться!
- Я понял из его речи, что этот зал - нечто вроде музея. Еще он спрашивает, почему у некоторых из нас руки связаны за спиной.
Ответила Да Римини, а Игорь постарался перевести ее испанскую речь своим англоязычным товарищам. Картер почувствовал себя более других выпавшим из языковой среды, возникшей на платформе. И Эшвуд, и Февик достаточно свободно владели испанским, и даже Траиь Хо была с ним немного знакома. Картер же не знал практически ни слова, кроме пары приветствий. Он затосковал.
- Мы из Куско, - сообщила старику Да Римини, - Манко, идиот, положи корону на место. Мы возвращаемся, - она угрожающе повела стволом пистолета. - Всем встать вокруг яйца, и побыстрее!
Не обращая внимания на протесты облаченного в тунику старика, все сбились в кучу вокруг передатчика материи, Да Римини брезгливо подняла кота и посадила его на верхушку яйца... но кот, не осознавая, видимо, ответственности момента, свернулся на яйце клубком и отошел ко сну, и все настойчивые попытки расшевелить его не увенчались успехом, яйцо не работало. Да Римини лихорадочно тыкала пальцами туда и сюда, но яйцо оставалось темным и безмолвным.
- Почему оно не работает! - амазонка готова была разрыдаться, - Февик, почему оно не работает? Археолог беспомощно развел руками:
- В вопросах техники я абсолютнейший профан! Я не могу даже масло сменить в автомобиле.
В отчаянии она развернулась и наставила пистолет на старика. Картер напружинился, но старик посмотрел на нее так, как смотрят обычно на представителей особо интересного вида насекомых.
- Не стоило бы! - предупредила ее Эшвуд. - Возможно, он даже не знает, что такое пистолет, а если знает и не боится, то это говорит о многом, тем более не стоит! Возможно, у него есть веские причины не бояться огнестрельного оружия. Подумай!
Неуверенно Да Ришши опустила пистолет.
- Нам нужно назад, - она обратилась к старику, - а вы как-то отключили это яйцо. Включите его снова!
- Это, должно быть, и есть подлинный город Паитити! - принялся во всеуслышанье восторгаться Картер. - Я не могу надышаться здешним воздухом!
Игорь только покачал головой:
- До меня не доходит, как можно спрятать подобное сооружение? Где его можно спрятать? Быть может, это чей-то частный музей в окрестностях Лимы, но тогда как объяснить своеобразие языка этого человека, его странное одеяние? И как объяснить этот невидимый барьер? Я уже не говорю о передатчике материи! Я, вообще, не знаю, что и думать!
- Не один ты такой! - Картер повысил голос. - Эй, дед, ты понимаешь хоть немного по-английски?
Старик на секунду прервал свою беседу с Да Римини и бросил на него безучастный взгляд. Картер едва сдержал охватившее его чувство горького разочарования. Какого черта его занесло сюда! Надо же было ему найти тот проклятый диск! Как хорошо сейчас ему было бы дома, в Лос-Анджелесе!
- Ты думаешь, он на самом деле отключил передатчик? - спросил Картер.
- Трудно сказать, - Игорь попытался прислушаться к беседе Да Римини со стариком.
- По крайней мере, он, кажется, настроен по отношению к нам дружелюбно! - заметил Картер.
- Все тебе кажутся дружелюбными, Джейсон, - проскрипела Эшвуд, - я иногда удивляюсь, как ты вообще умудрился выжить до сих пор в этом скверном бизнесе, называемом кино.
Старик резко развернулся и сошел с платформы. Да Римини кинулась было за ним, но наткнулась на непроницаемый барьер. Несмотря на ее призывы, он так и не обернулся и скрылся за тем же поворотом, откуда появился получасом раньше.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
