Питер проследил за моим взглядом, а на лице такая мука.
— Стелла, я могу все объяснить.
Сделала огромный глоток вина и со стуком поставила бутылку обратно. Усмехнулась.
— Да неужели? И что ты мне объяснишь? — спросила с сарказмом.
— Тебя не было… Мы пытались тебя найти, — сбивчиво начала говорить сестра и теснее прижалась к Питу. Я сузила глаза. Невероятно! Просто # цензура # невероятно!
— Ага. Значит, пока я там чуть не умерла, вы решили, черт с ней, давай жить припеваючи? Так получается?
— Нет, — упрямо мотнул головой бывший жених.
— А как тогда?
— Гости уже собрались, Стелла, а тебя все не было и не было… Ты не отвечала на звонки. В отеле сказали, что ты уехала с какими-то парнями… У нас не было выбора, — из глаз Сид уже катились слезы. Я поморщилась.
— А вас не насторожило, что я уехала с двумя незнакомыми парнями и не вернулась?
— Я не знал чего от тебя ждать, — подал голос Питер, — мы расстались не на самой красивой ноте. Думал, что ты бросила меня…
Перервала его речь своим смехом. Да, черт возьми, я приехала сюда разорвать с Питером помолвку. Но оказывается, он уже женат на моей сестре! Вот так поворот. А я еще переживала, накручивала себя, жалела беднягу Пита. Внутри эта новость никак не отозвалась. Не было ни боли, ни чувства предательства, была только обида. Тупая и болючая. Мне было обидно, что они не искали меня, что даже не старались! Сидни всхлипнула и выбежала с кухни.
— И ты действительно думал, что я так поступлю с тобой? — прошептала, глядя Питеру в глаза.
Он же знает меня! Или я убедила себя в этом… Сейчас смотрю на этого мужчину и вся наша совместная жизнь рассыпается на глазах, превращаясь в пыль, и оседает черной сажей под ногами. Питер тоже это понял. Нельзя обманывать себя вечно… Точнее, ты будешь обманывать себя до тех пор, пока не встретишь нужного человека. Мы не были ошибками друг друга. Нет. Мы действительно любили. В тот момент это было нужно. Но это была не такая любовь… Не любовь двух влюбленных. Мы любили друг друга за то, что мы вместе, что мы не одиноки. Это странное ощущение… Его невозможно объяснить.
Сама не заметила, что плачу, пока Локхарт не подошел и не стер влагу с щек. Расставание всегда отдается грустью в сердце. Путь даже это сердце уже и занято другим.
— Прости, — прошептал он, притягивая меня в объятия.
— Сам не ожидал, что так выйдет. Это же Сидни… Но она как наваждение. Когда ты уехала, а она осталась, понял, что пропал. Прости, что не искал тебя. Боже, мне так жаль, — столько боли в голосе. Зная Питера, он будет себя винить до конца своих дней.
— Все нормально, — прошептала и успокаивающе погладила его по спине.
— Я… Я тоже встретила кое-кого. Приехала с тобой расстаться, — призналась и отклонилась от мужчины, улыбнулась.
Питер выгнул бровь, а я засмеялась. Какое-то сумасшествие.
— Его зовут Джейсон, и он выбросил мое кольцо в кусты. Прости, не могу тебе его вернуть.
Питер засмеялся и снова привлек меня в свои объятия. Мы еще долго разговаривали на кухне, разошлись только когда начало светать. Решила поговорить с Сид уже утром и сказать, что не злюсь на нее. Они с Питером достойны счастья. И я действительно не злилась, даже рада была. Избавилась от двоих сразу. Легла на диван и уснула.
Проснулась от того, что кто-то настойчиво лижет мне лицо. Открыла глаза и завизжала, увидев перед собой лохматую морду Фрэнка.
— Пошел прочь от меня, шашлык! — заорала на весь дом и запустила в псину подушкой.
Вытерла слюнявую щеку краем майки. Мерзость. Куплю ружье и пристрелю. Решено. Стрелять я уже научилась.
В гостиную зашел Вильям с сэндвичем в руке и плюхнулся рядом со мной на диван.
— Бог существует, — без приветствия сообщил парень.
Отобрала у него сэндвич и, откусив кусочек под недовольным взглядом, поинтересовалась.
— И что навело тебя на эту мысль?
— Я каждую ночь молился, — доверительно сообщил юнец, — чтобы вы с папой не поженились. И знаешь что? Вы не поженились.
И сам засмеялся от своей шутки. Мои губы тоже грозилась тронуть улыбка, но я сдержалась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Но знаешь что? — дожевав последний кусочек сэндвича, спросила, — я теперь твоя тетя. Как ни крути, мы родственники.
Билли страдальчески застонал, а я протянула руки и сжала его в объятиях. Скучала по этому мелкому засранцу. И он по мне тоже, иначе бы не притащил сэндвич и не отдал мне. Его забота тронула меня до глубины души. Какая я стала сентиментальная.
Новоиспеченная чета Локхартов еще спала. А я рассказывала Вильяму о том, как в нас стреляли, когда мы удирали от наркоторговцев, в красках и немного привирая для эффекта, когда услышали, что за дверью что-то упало. Я замолчала на полуслове, и мы с мелким переглянулись. Снова послышалась какая-то возня. Глаза мальчика стали огромными, как два блюдца.
— Может, — поддала дрожи голосу, — это те наркоторговцы? И они пришли убить меня?
Последнюю часть я уже прошептала. И с удовольствием отметила, как у мальца начали потряхивать руки от страха. Прикусила губу, чтобы не засмеяться. Такой наивный.
— Беги наверх и спрячься! — велела, а сама на пол села и Вильяма за собой потащила.
За руку схватила для убедительности.
— И чтобы ни случилось не вылазь, понял? — у мальчишки дыхание перехватило и снова послышалась возня. Встряхнула его хорошенько.
— Понял… а ты? — голос дрожит, слезы в глазах.
— За меня не беспокойся, — улыбнулась ободряюще, — беги!
И он побежал, а я смехом давилась, уткнувшись в коленки. Это было так легко. Совсем расслабился, пока меня не было, пока я «отдыхала» на острове.
Сама встала с пола и направилась к двери. В то, что это наркоторговцы я не верила. Они надежно сидят за решеткой и выйдут очень-очень не скоро.
Рывком открыла дверь и к моим ногам что-то упало. Тело! Я отпрыгнула и тут же попыталась закрыть дверь обратно. Думая, что, может, наркоторговцы все же нашли меня! И надо было прятаться самой, а не Билли.
— Веснушка… — прохрипел знакомый голос.
У меня что галлюцинации?
— Какого? Джейсон?! — закричала и опустилась рядом с мужчиной, помогая сесть в проеме.
Он прислонился к косяку, а у меня сердце разрывало на части от эмоций. Хотелось кинуться к нему на шею и задушить в объятиях. Жадно вцепилась в него взглядом. Какой же он… МОЙ!
— Ты… ты… — не находила слов, — ты почему не в больнице?
Тут же с беспокойством бросила взгляд на повязку на плече мужчины.
— Я обещал тебе кольцо, — проигнорировав вопрос, достал из кармана бархатную коробочку и протянул. — Вот.
Дрожащими руками приняла коробочку из рук мужчины и открыла ее. Обомлела. В ней было кольцо с огромным бриллиантом по центру. Такое красивое, что хотелось заплакать. Идеальное.
— Веснушка, ты вый…
— Никому ни с места! Полиция!
— Стелла, мы спасены! — заорал Билли, и за ним следом по лестнице сбежали Питер и Сид.
Но я ни на кого не смотрела, только на Джейсона. В его глаза цвета кофе.
— Я подумаю, — с улыбкой ответила, а гонщик засмеялся.
ЭПИЛОГ
Год спустя…
— Если бы ты быстрее рулил, то выиграл бы еще на предыдущем круге! — воскликнула.
Мы сидели в кафе, в центре Лос-Анджелеса и ждали заказ. Здесь продают самые вкусные круассаны. Вчера Джейсон выиграл очередные гонки. Не знаю, какой это был гран или при или что там еще? И я считала своей прямой обязанностью сообщить МакЛину, что он гонщик так себе. До сих пор не разбираюсь в этом. Вся эта терминология просто выводит меня из себя, я начинаю жутко злиться, и мне все время хочется кого-то придушить.
— Обязательно приму твои замечания к сведению, Веснушка, — улыбнулся и в глазах чертики бегают.
Все понятно, говорю в пустоту. Махнула на него рукой и демонстративно отвернулась к окну.
— Миссис МакЛин? — позвала продавщица за прилавком.
— Миссис МакЛин? — на этот раз позвала чуточку громче, и я с раздражением осмотрела зал, ну и что за ослиха не идет забирать заказ.
