— Садитесь, подвезу, — попросту пригласил Иван Сергеевич. — Я ведь в отпуске, не на службе, да и лицо заинтересованное: полюбуюсь на ваше фехтование…
Интересно, ставки на меня делают, и кто?
На крыльце здания, расположившегося вплотную к Центральным воротам, нас встречала целая делегация отцов семейств, политиков районного масштаба, торговцев и других полупочтенных личностей. Удивительно, как лозунги с транспарантами не принесли. Самым популярным был бы «Пустите нас! Мы тоже хотим посмотреть!». Хлеба и зрелищ. Ничто не изменилось со времен Древнего Рима. Как-то это обнадеживает, что ничего не изменится и в этот раз…
Если бы контрразведка ярославской армии заинтересовалась историей поединков Петра Корнеева, она легко бы выяснила, что побеждал я всегда на второй-третьей секунде боя либо не побеждал вообще и отправлялся на два-три месяца в цепкие ручки целителей. Вру, один раз было так, что я победил на четвертой минуте! Да-да! Минуте поединка. И все потому, что полуорк, с которым мне довелось драться, был страшно пьян. Он ужасно медленно размахивался, ужасно медленно бил, я так же медленно уклонялся и так же тягуче пытался контратаковать. Я был пьян разве что чуть-чуть меньше, или если не пересчитывать нормы, а сравнивать по объемам, то я был бедуином в пустыне, а он был утопленником, попытавшимся пересечь Южный океан на плоскодонке. В результате он замахнулся слишком сильно и опрокинулся на лопатки. Вставать не стал: вместо этого захрапел. Чистая победа!
Проталкиваясь между людьми, я отметил и присутствие нелюди. Два гнома, пыхтя огромными трубками, обсуждали с Глоином достоинства ковки мечей, как я успел понять, прислушавшись краем уха.
— Эй, Глоин, хочешь контрамарку?
— Чего?
— Пошли, проведу тебя, полюбуешься на цирк. С родичами, естессно.
— Во! Давай, Петя, я ж на тебя поставил!
Поразительно, он съел «цирк», не поморщившись. Или, по гномским понятиям, дуэль — вещь несерьезная, или, что скорее, ему уже такого наболтали…
Штабс-капитан, застывший в дверях, пытался остановить Глоина с родичами, валивших за ними наблюдателей, даже Виталю, не узнав.
В результате пришлось мне наводить порядок. Присутствие Глоина и его родичей удалось оправдать тем, что гномы мне родня, да и вообще вся нелюдь на одно лицо, и еще они засвидетельствуют заточку клинков. Прочих, кроме Витали, вытолкали взашей. Иван Сергеевич, однако, спокойно прошел в дверь: Илютин предпочел его не заметить.
В гимнастическом зале было полно народу. Едва ли не все офицеры гарнизона в гимнастических костюмах обменивались ударами шпаг, коротких сабель, мечей. Какой-то здоровяк крутил вокруг кисти алебарду. Раз-два-три виток — и в другую сторону. А умен штабс-капитан, умен. Тренировка личного состава с холодным оружием. А-а, Корнеев, заходи! Не хочешь пофехтовать, а? Вот катаны неплохие… Вон Свечников тебе все покажет… Ай-ай, Корнеев порезался. Сонную артерию на пальчике разрезал! Так и напишет в отчете, что начальству отсылать.
Молодец, штабс-капитан… Иван Сергеевич уже удобно пристроился к стеночке, задумчиво пробуя большим пальцем шипы какого-то моргенштерна.
— Вы готовы, Корнеев? — Штабс-капитан явно не хотел тянуть кота за хвост.
Его помощники вытянули на середину зала небольшой столик, на него положили два одинаковых по длине меча. Хорошие катаны, рукоятки акульей кожей обтянуты.
Я кивнул Глоину, и гномы чинно вытянули оба клинка из ножен. Сверкнула сталь.
— Слоистая сталь, клинки самозатачиваются, — вынес вердикт один из родичей Глоина, даже не знаю его имени. — Мечи сделаны мастером Дальдуром из клана Снурри Серобрового с Железного хребта для господина Илютина.
По сгрудившимся офицерам прошел тихий шепоток. Кажется, далеко не все видели эти мечи, для кого-то это было новым зрелищем.
— Как на грех, только получил свой заказик… — В голосе штабс-капитана отчетливо был слышен страх остаться без любимой игрушки. — А что?
— Победитель забирает оружие побежденного, — припечатал я штабс-капитана.
У большинства офицеров мое замечание не вызвало внутреннего сопротивления, а вот владелец мечей взвыл:
— Это не было обговорено перед дуэлью!!!
Штабс-капитан боялся за свои клинки. А вот то, что они сломаться могут в поединке, это ему в голову не приходило?
— Ладно, ладно, давайте уговоримся заранее, что забирать… Я вот ставлю «чекан» и «таран» пятизарядный. А вы, поручик?
Поручик лишь пожал плечами. Он пожирал мечи взглядом и, казалось, готов был отдать полцарства, чтобы коснуться рукояти. Адепт искренней и безоговорочной веры в кэндо? И кто здесь за сэнсэя выступает? Начальник гарнизона? Тогда энтузиазм поручика понятен…
— У меня довольно много оружия дома, — сказал он равнодушно. — Есть и самозарядки, и помповик, и охотничье ружье, и револьверы…
— СВД есть? — сразу спросил я его, замирая в надежде, что у него есть мое любимое оружие.
— Конечно, только СВД-П, оптика у меня на СВТ…
Гм, а правильно я сделал, что перевел бой на холодное оружие. Ишь, какой арсенал собрал парень…
— Ставлю свои стволы против СВД-П поручика, — быстро закончил я торг, и штабс-капитан, мотнув головой, как лошадь, сгоняющая с века муху, потребовал:
— Выбирайте ствол… тьфу ты, клинок, клинок выбирайте, Корнеев. А за винтовкой пошлем прямо сейчас…
— А чего выбирать? Клинки парные, так и заказаны были — для себя и того парня, который спарринг-партнер.
Взял меч… Теперь спокойнее: все на меня смотрят. Одной рукой махнул влево, вправо, растянул губы в улыбке.
Поручик взял катану двумя руками, довольно ловко встал в стойку, выставив вперед правую ногу. Сделал два пробных замаха с ударами, оба с шагами, довольно четко, надо сказать. Остался в стойке, держа острие лезвия на уровне глаз.
— Петя, меч двумя руками держи, — страшным шепотом, слышным во всех концах зала, попросил Глоин, и я, сделав испуганные глаза, перехватил второй рукой рукоять катаны. Молодец, Глоин, отлично свою реплику отработал. Только не складывать пальцы левой руки в кольцо на рукояти. Вот я большой палец отогну. Если поручик Свечников мягко покачивал меч, используя люфт между большим и указательным пальцами правой руки, крепко обхватив рукоять даже не средним, а безымянным пальцем и мизинцем — прямо залюбуешься, опытный парень, — то я держал меч совершенно расслабленными пальцами, всеми сразу, да еще и самыми кончиками. И кисть слегка подвернул, незаметно так. И в отличие от Свечникова, придерживал меч едва ли не поперек груди, как древко от знамени.
Судя по загоревшимся глазам поручика, такой способ удерживания меча явно ему нравился. Только полные профаны могут так держать меч, и стоять так мне стоило огромных усилий.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
