— Я должна была прийти, потому что хочу помочь вам. Нам необходимо побеседовать.
Это была Фламмарио, танцовщица.
Ее янтарные глаза были красивы, но какой-то дикой красотой.
— Пожалуйста, не включайте свет. Я здесь, чтобы помочь, уверяю, вас. Наши интересы совпадают. Я знаю, что вы кое-кого ищете…
Она прошмыгнула у меня под носом в комнату, где сгущались сумерки: в тропиках темнеет быстро. Женщина села в кресло рядом с дверью. В ее движениях чувствовалась грация дикого животного, то ли унаследованная, то ли приобретенная благодаря роду занятий.
Танцовщица была весьма привлекательна, фигура ее вызывала странное волнение, но весь облик выражал беспокойство. Она спросила мягким бархатным голосом:
— Не могли бы вы пообещать мне кое-что?
— Что именно?
— Отсюда есть два выхода. Это правда?
— Да.
— Если войдут сэр Дениз Найланд Смит или сэр Лайонел Бартон, вы поможете мне незаметно скрыться?
Я заколебался. Желая получить сведения, которые могли привести меня к Ардате, я был готов согласиться на любые условия, тем более что Фламмарио сказала: «Я знаю, что вы кое-кого ищете». Но я не доверял ей, подозревая в пособничестве Фу Манчи, считая ее орудием доктора, его «языком». Иначе откуда она знала о моих спутниках? Но стремление услышать об Ардате перетянуло чашу весов.
— Да, я сделаю, что смогу. Но почему вы их так боитесь? И откуда вам известны их имена?
— У меня был друг, сейчас он мой враг, — ее мелодичный голос дрогнул. — Он член тайного общества под названием Си Фан. Вы о нем знаете?
— Да, знаю.
— Он много мне о нем рассказывал, гораздо больше, чем следовало бы. А поскольку я знаю о Си Фан, эти двое могут…
— Задержать вас как подозреваемую? — предположил я.
— Да, — прошептала она. — Это было бы нечестно. И поэтому… вы обещаете, что меня не арестуют?
Я еще мгновение колебался, потом ответил:
— Да.
Она тихо засмеялась.
— Вы, англичане, такие милые с женщинами, как и американцы. Это глупо, но иногда окупается.
— Вы хотите сказать, что, пока нас не обманули, мы ждем, что женщины будут соблюдать правила игры?
— Да, возможно, именно так. Но я хочу вас кое о чем спросить и кое-что вам сказать, а времени мало. Во-первых, вы ищете девушку по имени Ардата?
— Вы полагаете, она с доктором Фу Манчи?
— Она не с ним.
— Что вы говорите?
— Она с… моим другом. Пожалуйста, позвольте мне продолжить. Имя моего друга — Лу Кэбот. Он совладелец клуба «Древо страсти», а я — его хозяйка. Кроме того, он главный резидент Си Фана в зоне Панамского канала. Его посылали в Нью-Йорк, чтобы он привез сюда Ардату.
— У него землистый цвет лица, — грубо вмешался я, подумав о мужчине, которого видел с Ардатой в фойе «Регал-Атениан», человеке из Панамы, — сальные черные волосы и бачки?
— Возможно, он и видится вам таким, но, пожалуйста, слушайте. Это общество, Си Фан, раскололось на две части: в одной существует заговор против президента, и Лу — один из тех, кто намерен его погубить. Опасная игра. Я сказала ему, и он еще в этом убедится — всему свое время. Но теперь, если угодно, он настолько уверен в себе, что увез ее…
— Увез? Куда?
— Пожалуйста, будьте терпеливы. Возможно, она не слишком противилась. Лу умеет обольщать женщин.
— Довольно об этом! — отрезал я.
Фламмарио скользнула ко мне, обняла и положила голову на плечо.
— Я женщина, — прошептала она, — и мне лучше знать, привлекателен мужчина или нет. Сама я не думаю, что ее отношение к вам изменилось. Но мое к Лу изменилось, и это я знаю наверняка. Слушайте, он ранил мою гордость. Сейчас я знаю, что он — тщеславный дурак и наверняка умрет, когда заговор будет раскрыт.
— Да, но…
— И я желаю видеть, как он умрет! — Она засмеялась, это был мелодичный, отнюдь не демонический смех. — А если я смогу показать вам их двоих вместе, я уверена, что вы его убьете…
Фламмарио была, бесспорно, хороша собой и экзотична, но когда она произнесла эти последние слова, я подумал о пуме — лоснящемся, вкрадчивом, гибком и опасном звере.
— Уверяю вас, я сделаю, что смогу! Но где она? Где?
— Кажется, я знаю. Сегодня вечером скажу наверняка.
— Тогда говорите быстрее, что я должен делать.
В наступившей темноте Фламмарио отстранилась от меня. Она казалась в сумраке призраком.
— Я скажу вам потом, потому что сейчас кто-нибудь может прийти. Вы возьмете со своих друзей клятву касательно меня, а потом придете в «Древо страсти». Сегодня до полуночи. Будьте готовы к решительным действиям.
— К каким именно?
Я услышал, как на нашем этаже остановился лифт и лязгнула дверца. Призрачная фигура Фламмарио встрепенулась.
— Быстрее! Где выход?
Я колебался.
— Вы же обещали, я вам поверила. Вы можете сказать, что я была здесь, но сначала выпустите меня!
— Сюда!
Я провел ее в комнату Бартона и открыл дверь в коридор.
— Сегодня вечером, до полуночи. Я буду ждать вас…
ГЛАВА XX
СМОРЩЕННАЯ ГОЛОВА
Когда я закрыл за Фламмарио дверь, в коридоре послышались шаги, но человек, поднявшийся на лифте, направлялся не в наш номер. За несколько драгоценных секунд я мог бы узнать так много! Но теперь уже было слишком поздно… Ардата в руках прилизанного мерзавца с землистой кожей! При одной мысли об этом у меня закипела кровь. Китайского доктора я рассматривал почти как бестелесное существо, злой дух, бесполый и бессмертный, но Лу Кэбот… Неужели это правда?
Включив свет, я повернулся и взглянул на большую клетку, стоящую на боковом столике. Ее обитатель лежал в коробе для сна, видна была только понуро повисшая крошечная головка, украшенная бачками. Я увидел миску с нетронутым кормом на посыпанном песком полу клетки. Конец мартышки Пеко был близок.
Я подошел к клетке и с тревогой заглянул внутрь. Злобные глазки смотрели на меня, зубы были оскалены, слышалось слабое повизгивание. Пеко, возможно, умирал, но по-прежнему ненавидел весь род людской. Я вернулся в гостиную, включил свет и вытащил ящичек с головой старика.
Ужасная вещь — лицо, на котором, если преодолеть отвращение и вглядеться повнимательнее, можно увидеть тень давней агонии. Неужели это не более чем ловушка? С какой стати мне доверять Зазиме? Но, поскольку судьба Ардаты значила для меня гораздо больше, чем успех или неудача экспедиции, в которой я участвовал, я был готов поверить в его искренность, в искренность Фламмарио. Тревога сводила меня с ума.
Открыв ящичек и нетерпеливо заглянув внутрь, я ничего не увидел. Возможно, следует извлечь голову. Быть может, какое-то послание спрятано в самом усохшем черепе?.. Но, держа коробку за покрытое резьбой и небрежно покрашенное основание, я сделал открытие, которое еще более усилило мое возбуждение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
