— Главное, старайтесь не волноваться, и у вас все получится.
Не знаю, как Тарле удалось уличить момент и добраться до меня, но продлилась наша с ней доверительная беседа совсем недолго.
— И как? — последнее, что мне удалось прошипеть сквозь зубы и почти закрытый рот.
— С помощью выпитого зелья. Как только с тебя снимут ворот ведьмы, оно начнет действовать. Ты сама это почувствуешь. Не противься тем силам, которые в тебе проснутся в тот момент. Они сами тебя поведут в нужном направлении.
Тарла все же успела прочесть мне прямо в голову (наверное, с помощью какого-то особого заклятья) свои последние инструкции. После чего ушла с остальными моими сопровождающими в неизвестном направлении. Точнее, в дальний угол зала, где располагались не особо плотные ряды из любопытствующих зевак. А я… как-то сразу ощутила себя всеми брошенной, покинутой на произвол судьбы и едва не голой посреди этой футуристической сцены непонятного мне назначения.
Хотя прямо передо мной, под витражными длинными окнами на особой площадке- возвышении восседал мой ненаглядный женишок в окружении личной свиты и священнослужителей явно не ардорского происхождения. И, само собой, по правую от него руку, на чуть менее вычурном, чем у него кресле, со скучающей физиономией сидела его любимая сестричка Гриэль. Ну, спасибо хотя бы за то, что не одна из его возможных фавориток. Хотя, заметив небольшую стайку девушек в почти таких же балахонах как у меня (и явно на голые тела) где-то поодаль от основного патриархата, я уже начала почему-то сильно сомневаться на этот счет. Поскольку выглядели эти молчаливые скромницы все как на подбор, создавая шокирующий контраст теоросским священнослужителям. Последние как раз были выряжены, подобно напыщенным павлинам, в дорогостоящие сутаны, мантии, еще и с поплывшими от большой любви к вкусной еде телами и такими же широкими, бульдожьими мордами.
— Итак, Иллария! — Дагнар властным жестом руки прервал гул голосов своей свиты, не переставая все это время смотреть только на меня.
Стоило мне остаться одной, без моральной поддержки в лице вездесущей Тарлы, как мое собственное внимание полностью переключилось (скорее даже, буквально вцепилось) в сидящего напротив вершителя моей ближайшей судьбы. Я даже на какое-то время успела забыть, на кой вообще тут торчу и почему позволяю делать это с собой.
Темные глаза императора-завоевателя едва не осязаемо впиваются в мое тело пронизывающим насквозь взглядом, скользят по моим изгибам ментальными ласками, и у меня сразу же все сжимается внутри. Правда, я не понимаю, от страха перед возможным провалом, или же от сладкого предвкушения?
Гоню прочь неуместные фантазии. Хотеть этого монстра — не время и не место.
— Ты готова к тем испытаниям, которые окончательно предрешат твою судьбу и прохождение которых возможно сохранит тебе жизнь? — уж чего я точно не ожидала в эти очень странные для меня секунды, так это того, как Дагнар поднимется со своего пригретого трона и подаст легким кивком знак близстоящему "римскому Папе".
— Всегда готова! Вернее, всегда к вашим услугам, ваше неверующее Величество! — увы, но удержаться от неуемного соблазна хоть чем-то поддеть этого напыщенного индюка у меня никак не получилось.
Ничего! Надеюсь, и на моей улице когда-нибудь наступит долгожданный праздник, и я поиздеваюсь над ним всласть, как Серсея Ланкистер над всеми своими обидчиками. Ну-у… или почти как.
— Пожалуйста, Иллария. Старайся взвешивать каждое из своих будущих слов…
Я не успела ничего сказать в ответ, так как мое внимание было отвлечено движением процессии из безмолвных "жриц", разделившихся на две группки, которые впоследствии окружили чашу с таинственной жидкостью. После чего нагнулись к стоящим у ее изножья то ли амфорам, то ли кувшинам, подхватили синхронно сосуды и, по команде центрального Папы, опустили горлышками в "воду". Потом разошлись в стороны к определенному месту в полу и опрокинули содержимое всех своих емкостей в неглубокий желоб, который я почему-то до этого не заметила. Жидкость и вправду, будто ожившая ртуть быстро побежала по искусственным стокам, заполняя собой выдолбленные в гранитном полу канавки, и, в конечном счете, проявляясь в геометрическом узоре из нескольких треугольников, которые вскоре приняли форму многогранной звезды, заключенной в круг.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я смотрю на все это дело почти зачарованным взглядом и даже присвистываю — от нервов, не иначе.
— Надо же. И у вас, оказывается, балуются пентаграммами. Даже не знаю, радоваться или… — опять выдаю очередной перл, немного забываясь, но запинаюсь как раз тогда, когда Дагнар сходит со своего места и начинает двигаться прямиком на меня. Еще и кивает кому-то по ходу.
Не знаю почему, но мне становится вдруг страшно. Я едва не отступаю на шаг.
"Не бойся! И уж тем более не показывай, что тебе страшно." — я едва не вздрагиваю, когда продолжаю и дальше слышать голос Тарлы в своей голове. Но все-таки как-то сдерживаюсь от соблазна обернуться и поискать ее в дальних рядах самых молчаливых и неприметных зрителей. Сразу же списываю данный фокус на действие выпитого зелья. Что ж, собственный суфлер в голове для меня сейчас лишним уж точно не будет.
Глава 11-3
"Ему нужно снять с тебя Ворот Ведьм. Поскольку он надел его на тебя своими руками, то и освободить от него может только сам."
Как бы бывшая первая "стацдама" не пыталась меня успокоить и подбодрить, легче почему-то не становится. Особенно при виде неумолимо приближающегося Дагнара. И его пристального недоброго взгляда исподлобья.
Чувствую себя в этот момент абсолютно беспомощной жертвой, которую с минуты на минуту должны убить на алтаре не пойми за каким хреном. С трудом сглатываю, поборов острейшее желание отступить на несколько шагов назад, а то и вовсе рвануть со всех ног, куда глядят глаза. Но каким-то чудом сдерживаюсь и на какое- то время задерживаю дыхание.
Замечаю лишь, подошедших с двух сторон и со спины тех самых безмолвных "жриц", которые до этого черпали зеленую ртуть из жертвенной чаши. Именно они берут меня под руки и подводят к нужному им месту. На небольшой островок посреди переплетенных линий наполненных желобов. Здесь огромная каменная лежанка. Точно, алтарь. Паника прорывается, и я с трудом подавляю крик, застрявший где-то в районе трахеи неприятной пробкой.
Вашу мать. А если эти психопаты решат заколоть меня по принципу — истинная ведьма выживет? С них станется, можно не сомневаться…
"Просто делай то, что они от тебя хотят. Не сопротивляйся." — продолжала вещать в моей голове Тарла, хотя я уже начала сомневаться и в ее благих намереньях.
Снова вскидываю голову и поднимаю взгляд, чтобы впериться в лицо Дагнара, временно остановившегося передо мной где-то в трех метрах. Он пока лишь смотрит на меня, видимо неосознанно сжав руки в кулаки и едва заметно кивает моим конвоиршам. Вопреки моим ожиданиям, на данный "алтарь" меня не укладывают. Несколько девичьих рук пока еще мягким нажимом на мои плечи заставляют опуститься на колени.
Да что это за хрень вообще? Надеюсь, у Дагнара с головой все в порядке? Иначе на кой ему устраивать это шоу на глазах у стольких свидетелей? Выглядит, скажу я вам, не очень-то и этично со стороны. Особенно когда он снова начинает ко мне приближаться и моя голова оказывается едва не на уровне его живота. Да твою ж туды вкачель!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Еще и коленки царапает грубой поверхностью гранитной плиты, на которой я стою, как какая-то порно-актриса из соответствующего фильма. А потом и вовсе цепенею, едва между мной и Дагнаром остаются считанные сантиметры. В нос уже бьет крепким запахом дубленой кожи от его высоких черных сапог с прочими специфическими ароматами, исходящими как и от всей его парадной одежды, так и от его мощного тела. И, как бы дико это сейчас не прозвучало, но мне нравится его исключительное амбре. Наверное, так и должны пахнуть настоящие самцы, а не дорогими французскими парфюмами и кремами после бритья, какими обычно пользовался Антифьев каждое божье утро.
