Я только закатила глаза и, подхватив Кешку на руки, встала, поклонилась богине и направилась по уже известному пути обратно в пещеру с голубым озером.
– Интересно, а раздеваться надо? – сказала Мышисса, замерев у воды.
– Без понятия, – пожала я плечами, бережно опуская вздорную птичку на пол.
– А давайте! – с энтузиазмом оглядел нас Нурикеш. – Моя очередь получать эстетическое удовольствие!
Мы с брауни оказались на удивление единодушны:
– А ты не обнаглел?!
– Нет, – торжественно ответил попугай.
После этого противный крылатый взлетел и с размаху плюхнулся в центр озера. Спустя полминуты вынырнул уже мужчина со словами:
– Меня доконают эти обороты туда-сюда. – Заметив наши вопросительные взгляды, Айнир пояснил: – Восприятие меняется, и довольно сильно.
Сильными гребками феникс поплыл на противоположную сторону и крикнул:
– Тут какие-то углубления! Судя по всему – именно для наших целей.
И правда, оказалось так.
Мы с Мышкой сошлись на том, что одежды все же должно быть по минимуму, но совсем раздеваться под пристальным взглядом ухмыляющегося мужчины не решились, оставшись в тонких коротких сорочках.
Уже лежа в воде, в той нише, что посередине, между брауни и фениксом, я, повинуясь порыву, протянула в стороны руки и очень удивилась, когда левую обхватили тонкие маленькие пальчики низшей фейри, а правую после долгой паузы бережно сжали сильные длинные пальцы.
– Забавная штука жизнь, – шелестом прозвучал под сводами баритон.
– Очень, – тихо согласилась Мышка.
Я лишь улыбнулась, медленно уплывая в сон.
И правда, забавная. Все так обернулось… посмотрим, к чему приведет. Но нас трое, и это хорошо. Трое – это лучше, чем одна. И мы связаны. А значит, мы друг за друга. Значит, мы – сила!
Свет в глазах померк окончательно, и я погрузилась в свою личную сонную тьму, пронизанную энергетическими разрядами.
Глава 5
Столица Соединенного Королевства
Финист Цари сидел в кабинете, тьму которого рассеивал лишь серый рассвет, лившийся в окна. Феникс думал. И подумать было над чем. Проследить за Нурикешем до самого сердца капища Земляны ему не удалось, но даже того, что он видел, было достаточно для размышлений и выводов.
Надо признать, что господин Цари не сразу узнал во вздорном попугае гордого наследника рода Рубиновой Крови. Да-а-а, судьба посмеялась над Айниром. Финист знал, что претендента на трон устранили, но не уточнял, как именно. Просто ему в свое время передали перстень на хранение.
И сейчас зеленый феникс на полном серьезе размышлял на вечную тему «Как быть и что делать?». По сути, ему как верноподданному стоило сообщить правителю о том, что его бывший друг уже не пылится в лавках старьевщиков в роли симпатичного чучелка. Ну а с другой стороны… Финисту очень не нравились брожения при дворе и то, как копают под него, тайного советника. И ладно бы враги, это дело почти привычное и забавное… но королевская СБ – это уж чересчур.
Короче, «самый умный» чуял – назревает что-то для него нехорошее. Пока признаки только косвенные, но надо быть идиотом, чтобы ждать прямых и явных. Неужели королю и его кукловодам надоел «верный» советник?
Феникс задумался о своих прегрешениях, но не упомнил ни одного настолько глобального, чтобы его решили устранить без предшествующей «воспитательной работы».
Как-то все выходило из-под контроля. Надо же… Финист Цари впал в немилость. Но сдавать Айнира? Увольте.
Этот джокер ему самому может пригодиться. Ведь Надиру Первому путь к престолу расчистил именно его приятель. Вернее, Айнир планировал усадить на трон собственный пернатый зад, но вот… Кое-что случилось. И как итог, гордый, сильный и волевой Нурикеш оказался низвержен, а его гораздо более слабый во всех отношениях друг правит страной.
Нет, он хороший правитель. Но из Айнира получился бы великий… если бы был угоден тем, кто над ними.
Темноволосый феникс вздохнул и чуть слышно пробормотал:
– Как ни странно, великие на престолах не нужны. И если они вовремя это не осознают и не отойдут за трон, как я некогда, то окажутся на дне жизни.
Мужчина с тихим стоном потянулся. Не будет он пока никому рассказывать про старого противника. В конце концов, два умных врага всегда могут временно подружиться против кого-то третьего. В наличии у рубинового соперника мозгов Финист никогда не сомневался. А вот с инстинктом самосохранения… Ну, чего не было, того не было.
В углу комнаты заискрился воздух, и спустя миг из него появилась гремлина. На сей раз она была одета в простое зеленое платье, длиной до колен, открывавшее затянутые в белоснежные чулки стройные лодыжки. Буйные огненно-рыжие локоны были небрежно перехвачены изумрудной ленточкой.
Она задумчиво посмотрела на хозяина и осуждающе покачала кудрявой головой:
– Опять всю ночь не спал?
Мужчина повернул голову, ответил девушке слабой улыбкой и кивнул.
– Ну и где твой хваленый интеллект? – ворчливо поинтересовалась Элна. – Мальчишка!
– Но-но! – погрозил ей пальцем мужчина и потер виски. – Просто сначала наблюдал за одной занятной компанией, а потом думал, что же делать с полученной за последнее время информацией.
– Ты в курсе, что обчищенного нами сида назначили королевским эмиссаром? При этом никуда господин Гирин пока не торопится. Остался в столице. Не знаю, как тебя, а меня изрядно настораживает все это. И еще… – Девушка нахмурилась и прикусила губу, постепенно замедляя шаг и скользя ладошкой по стенке стола, до края которого сейчас едва-едва доставала макушкой.
– Договаривай, – вздохнул Финист и, подкатив кресло немного ближе, подхватил охнувшую худенькую гремлину и посадил на стол перед собой.
Она покраснела, обхватив плечики руками, и посмотрела, на чем сидит.
– А ничего, что я тут, с твоей подачи, устроилась на распоряжениях Надира Первого?
– Ничего, – мрачно отозвался зеленый феникс. – Туда им и дорога.
– Грубиян, – неодобрительно покосилась на покровителя медово-карими глазами Элу.
– Извини, – протянул руку и дернул ее за кудряшку Цари. – Буду более сдержан… при тебе.
– Спасибо, – серьезно поблагодарила его низшая фейри и продолжила уже по делу: – Как ты знаешь, у меня мало с кем из коллег нормальные отношения, точнее, эти отношения даже нейтральными не назовешь. Но… Поведение некоторых моих знакомых в последнее время вызывает подозрение. Они как-то слишком довольно улыбаются, многозначительно переглядываются и… позволяют себе лишнее.
Брюнет вскинулся и обманчиво мягко спросил:
– Правильно ли я понял? Некоторые из гремлинов или брауни тебя задирают?
– Финист, задирали меня пару лет назад, как и обливали ядом презрения, – поморщилась Элу. – Но ты, разумеется, не заметил, что я в последний годик стала похожа на девушку, и даже весьма эффектную. Видишь ли, твоему примеру не следуют совершенно все существа мужского пола.
– Так… – нахмурился феникс. – Пристают, что ли?
– Не все, – покачала головой гремлина. – Но да, это имеет место. И еще, если хозяева не позволяют себе переглядываний и всяких там ухмылочек, то вот слуги… Если меня стали трогать больше обычного, то у них имеется причина так осмелеть.
– М-да… – нервно сцепил пальцы в замок мужчина и откинулся на спинку кресла. Его лицо в тусклом свете казалось еще более резким, чем обычно, почти некрасивым. – Все гораздо веселее, чем я думал. Но… такое за пару недель не делается! Как я умудрился прошляпить заговор против себя же и засек его только на первых стадиях исполнения?! Совсем осведомители отвратительно работают.
– А по-моему, ты просто самодовольный павлин, – честно выдала Элна и, прижав к голове острые длинные ушки, торопливо выдохнула: – Вспомни, чем ты в последнее время занимался! Бабы, какие-то «интеллектуальные» игры, чтобы рассеять скуку, и снова бабы!
– Мои связи не твоя забота, – резко бросил Финист.
– Ну разумеется, – пробормотала девушка, сделала каменное лицо, плавно поднялась и, пройдясь башмаками по «ценным» бумагам, спрыгнула с другой стороны стола.
– Ты куда?
– Распоряжусь, чтобы господину принесли завтрак, и приготовлю тонизирующее зелье, – склонившись в почтительном поклоне, ровным тоном сказала гремлина. – Господину понадобятся силы.
– Элна!
– Господин мной недоволен? – не поднимая головы, осведомилась вредная девчонка.
– Всякий раз, когда ты проявляешь такую почтительность, меня не покидает ощущение, что ты издеваешься, – вздохнул Финист и уже более серьезным, но одновременно и мягким тоном закончил: – И все же, Элу, моя личная жизнь на то и личная, чтобы ты не совала в нее свой остренький носик. Девочка, давай не будем нарушать границ, хорошо?
– Простите, господин, я была непозволительно вольна, – выпрямилась рыжая и сложила ручки на животе. – Позволите идти?
