Читаем без скачивания Дело о счастливых ножках - Эрл Гарднер

Мейсон замолчал. В конторе царила тишина, слышно было лишь прерывистое дыхание Деллы да скрип ее ручки по бумаге.

– Надо же быть таким идиотским адвокатом, – заметил Райкер. – Это признание и свидетельские показания Брэдбери обеспечат вам тюрьму по гроб жизни.

– На столе в комнате Пэттона, – продолжал Перри Мейсон, словно не слыша сказанного, – лежали две записки. В одной просили передать Тэльме, что Маджери подъедет к ней позже. В другой – позвонить Маджи: Харкорт 6-3891. Я запомнил телефон Тэльмы Бэлл – у меня фотографическая память на цифры – и понял, что Маджери Клун можно найти у Тэльмы Бэлл. Я позвонил Брэдбери и спросил, как мне поступить. Он поставил мне задачу: защищать Маджери Клун, невзирая ни на что…

– Это ложь, – поспешно заявил Брэдбери. – Я нанял вас как адвоката. Я никак не ожидал, что вы что-то предпримете нелегальным путем.

– Опустим это, – сказал Джонсон, – продолжайте, Мейсон.

– Я выехал к Тэльме Бэлл. Маджери Клун была там. Она принимала ванну. Тэльма Бэлл это сделала еще до моего прихода. Тэльма сказала мне, что у нее с Фрэнком Пэттоном была назначена встреча, но она не пошла, поскольку проводила время со своим приятелем. Я позвонил тому для проверки. Он подтвердил ее слова.

Я попросил Маджери Клун пойти в отель, зарегистрироваться под своим именем, позвонить мне в контору, дать знать, где она остановилась, и не покидать отель. Она пообещала. Позднее Маджери позвонила, что она в «Бостуик-отеле», комната 408, телефон: Экзетер 9-3821. Я тут же поставил Брэдбери в известность о том, что случилось, утаив, правда, что был в комнате Пэттона и закрыл за собой дверь. Брэдбери вдруг поставил мне задачу представлять доктора Дорэя, равно как и Маджери Клун. Я согласился. Мы встретились с Брэдбери у него в отеле, он почему-то не хотел больше оставаться в конторе. Он ведь как раз вернулся в контору с газетами, взятыми в отеле, когда я звонил из аптеки недалеко от дома Пэттона.

– Там еще был портфель, – заметил Брэдбери.

– Да, – согласился Мейсон, – вы позвонили Делле Стрит, спросили, нужно ли принести портфель, а она сказала, что было бы неплохо.

– Я звонил из своей комнаты в отеле, – объяснил Брэдбери полицейским.

– Далее я позвонил Маджери Клун. Она ушла из отеля. Детективы связались с Деллой Стрит и обвинили ее, что якобы она звонила доктору Дорэю, советуя тому бежать из города. На самом деле Делла Стрит ему не звонила.

– Это вы так говорите, – ядовито вставил Брэдбери.

– Заткнитесь, – приструнил его Райкер.

– Я узнал, что Маджери Клун намеревалась сесть в самолет, улетающий в полночь. На первой его остановке в Саммервилле, я выяснил, высадился доктор Дорэй. Я отправился в «Ривервью-отель» и нашел его в свадебном номере люкс. Поначалу все, связанное с Маджери Клун, он отрицал, но, пока мы беседовали, Маджери Клун явилась туда собственной персоной. Она опоздала на самолет и приехала поездом. Почти тут же нагрянули полицейские, чтобы их обоих арестовать. Я тайно вывел Маджери из отеля и привез обратно в город.

– Вы! – радостно простонал Райкер.

– Я, – коротко подтвердил Мейсон.

– И коню понятно, – резюмировал Джонсон.

Перри Мейсон с насмешливым презрением взглянул на него:

– Если вы, джентльмены, заинтересованы в моем признании, не закроете ли вы свои рты, я закончу.

– Хватит острить, давай дальше, – бросил Джонсон.

Перри Мейсон глянул на Джонсона и отвернулся к Делле Стрит.

Брэдбери лихорадочно заговорил:

– Если вы двое пошевелите своими мозгами, то поймете, что вопрос о закрытой двери становится все более актуальным. Коли дверь была не закрыта, значит, почти наверняка Фрэнка Пэттона убил доктор Дорэй. Если же дверь была заперта, следовательно, Фрэнка Пэттона…

– Оставьте свои догадки при себе, – небрежно посоветовал ему Джонсон. – У вас еще будет возможность поговорить. И сдается мне, вы все пытаетесь своей информацией шантажировать Перри Мейсона. Не думайте, что это вам удастся.

– Вы не смеете со мной так говорить, – надулся Брэдбери, приподнимаясь со стула.

– Усади его, Райкер, – взялся за виски Джонсон.

Райкер вновь намотал на кулак галстук Брэдбери и грубо толкнул банкира на стул:

– Сиди и молчи.

В дверь постучали. Джонсон засуетился:

– Это, должно быть, сержант О’Мэлли. Впусти его, Райкер.

Райкер открыл дверь. Человек с брюшком, невысокий, с круглым розовощеким лицом и светлыми глазами, как будто совершенно лишенными выражения, пружинисто переступил через порог и вошел в кабинет Перри Мейсона. Он оглядел всю компанию.

– Привет, О’Мэлли, – сказал Перри Мейсон.

– Что вы тут делаете? – вместо приветствия спросил вошедший.

– Эта особа – Маджери Клун, она обвиняется в убийстве, – поспешно принялся докладывать Джонсон. – Перри Мейсон прятал ее в конторе. Он тайно похитил ее.

Светлые глаза О’Мэлли остановились на Маджери Клун, затем – на Перри Мейсоне и наконец на Джонсоне.

– Когда Мейсон что-то делает, – назидательно сказал сержант Джонсону, – он обычно знает, что делает. Наручники так необходимы?

– Это по подозрению в убийстве, – бестолково ответил Джонсон, – а Перри Мейсон делает признание.

– Что-что? – переспросил О’Мэлли.

– Признание.

– Признание в чем?

– Ну, что он вошел в комнату Пэттона, нашел Пэттона мертвым, закрыл за собой дверь перед тем, как пришла полиция, и сделал вид, что впервые стучится в номер…

О’Мэлли, прищурясь, посмотрел на Мейсона, потом перевел взгляд на Деллу Стрит.

– И ты все это записываешь, Делла? – участливо спросил он.

Она потерянно кивнула.

О’Мэлли снова взглянул на Мейсона:

– Перри, какие у тебя проблемы?

– Я пытаюсь сделать признание, но меня все время перебивают.

– Ты хочешь сказать, что делаешь письменное признание в уголовном преступлении и твоя секретарша стенографирует? – озадаченно спросил О’Мэлли.

– Когда я закончу, – устало сказал Перри Мейсон, – если мне дадут закончить, признание само за себя скажет…

– Кто этот парень? – О’Мэлли повернулся к Брэдбери.

– Дж. Р. Брэдбери, – ответил Мейсон. – Он нанял меня представлять Маджери Клун и доктора Дорэя. Он платит.

– Продолжай и заканчивай свое признание, – обратился сержант к Перри Мейсону.

– Я хочу объяснить мою связь с… – начал было Брэдбери, но О’Мэлли властно оборвал его:

– Заткнитесь.

Перри Мейсон возобновил свой рассказ:

– Очевидно, Фрэнка Пэттона убили ножом. Дубинку в этом случае не использовали вовсе. Но, возможно, убийца после преступления просто отбросил ее в угол. После того как переговорил с Маджери Клун, я узнал от нее, что доктор Дорэй подвозил ее к отелю Пэттона. Дорэй купил нож. Он все грозился убить Пэттона, поэтому Маджери Клун не сказала ему, где конкретно обитает ее киношный патрон. Она отправила доктора в кондитерский отдел, зашла в дамскую комнату, подозвала горничную и попросила ее передать Дорэю, что вышла из здания через заднюю дверь. Она терпеливо выжидала там, пока Дорэй уйдет, потом направилась к Пэттону. Маджери уверяет, что обнаружила Пэттона уже мертвым. Я видел, как она выходила из здания отеля.

Я съездил и к Тэльме Бэлл, ей нужно было скрыться. Я купил для нее билет в Колледж-Сити. Она уехала туда и остановилась в отеле.

Но в комнату Тэльмы Бэлл я вернулся. Я осмотрел все углы и нашел коробку из-под шляпы, где лежали белые сапоги, чулки и юбка, недавно отмытые, еще влажные. На каждой вещи были пятна крови, их пытались смыть. Белые сапоги принадлежат Маджери Клун, остальное – Тэльме Бэлл. Я отправил коробку в камеру хранения в Колледж-Сити, и у меня есть жетончик на нее. Потом я отдал Тэльме Бэлл билет. – Перри Мейсон полез в карман, достал пластмассовую карточку и протянул ее сержанту О’Мэлли. – Это из камеры хранения, где стоит коробка, – пояснил он.

– И сапоги принадлежат Маджери Клун? – спросил О’Мэлли.

– Только сапоги.

– Это она утверждает? – спросил О’Мэлли.

– Это утверждаю я, – ответил Мейсон.

– Вы идиотский адвокат, – заявил Брэдбери. – Выдаете тайны своих клиентов, разглашаете то, что не подлежит разглашению. Вы…

– Если он не заткнется сам, – обратился О’Мэлли к Райкеру, – вы можете его заткнуть.

Райкер вразвалку направился к стулу, на котором сидел Брэдбери.

– У тебя что-то со слухом, приятель? – сказал он, показывая кулак.

Брэдбери встретил его бесстрашным взглядом колючих, насмешливых глаз.

– Не думайте, что вы меня хоть чуточку напугали, – дерзко сказал он.

Мейсон продолжал рассказывать, изредка поглядывая в сторону Брэдбери и Райкера:

– Я проверил алиби Тэльмы Бэлл: выяснилось, что его просто не существует. Непрофессиональное алиби, из тех, что придумывают на ходу. Тэльма Бэлл принимала ванну, когда Маджери Клун пришла к ней. По всей видимости, в ванной она смывала следы крови.

Наступила тишина.