– Молчите, Майк! Вы и так уже перешли все границы.
Леди Фитц ледяным голосом заметила:
– Вы вовремя вмешались, мисс Бенсон. Надеюсь, ваш отец не позволил бы оскорблять меня. Если бы я хоть в малейшей степени предвидела обращение, которому я здесь подвергаюсь, это безжалостное преследование, эти бесконечные насмешки над самыми сокровенными чувствами, будьте уверены, я бы отклонила его приглашение.
Мактиг не преминул заметить:
– Слово «сокровенный», леди Фитц, означает «известный только одному» И если я затронул ваши чувства, то только общеизвестные».
– Майк! – гневно одёрнула его Пен. Потом добавила мягко: – Леди Фитц, вы прекрасно знаете, что мой отец пригласил вас с самыми добрыми намерениями. Если вы думаете по-другому, пожалуйста, зайдите к нему. Если и это вас не убедит, капитан Джонсон быстро доставит вас на острова Кокос. Оттуда вы сможете добраться до Порт-о-Пренса или Сантъяго, и потом – домой. Без всяких расходов с вашей стороны, – добавила она.
Леди Фитц разрывалась между торжеством и отчаянием. Она проигрывала битву, и сомневаюсь, чтобы она ожидала удара с этой стороны. Мактиг сказал:
– Да, путешествие ничего не стоило ни вам, ни вашему жиголо. И стоит ли ждать совершенства от того, что достаётся даром? – Он на что-то намекал, но я пока не понял, на что.
Пен вскочила. Чедвик с иронической усмешкой, соблюдая требования этикета, тоже встал.
– Майк, это уже слишком! Извинитесь, и не только перед леди Фитц, но и перед Большим Джимом и мной!
Бурилов рассердился всерьёз и сильно побледнел. Но излишняя театральность уничтожила всякие симпатии, какие я мог к нему испытывать.
– Я, Бурилов, жиголо?! – Он прижал руки к сердцу, словно не давая ему выскочить. Леди Фитц была спокойна тем смертоносным спокойствием, что предшествует землетрясению.
– Мистер Мактиг, вы с первого взгляда мне не понравились. Вы напоминаете мне моего первого мужа. Он тоже был злым духом.
Голос её дрогнул.
– Вы ничего не знаете о духовном родстве, но со своим грубым невежеством пытаетесь бросить тень на мои отношения с мистером Буриловым…
Мактиг покраснел так же сильно, как побледнел Бурилов. Он отодвинул стул и очень медленно поднялся, как поднимается дым в безветренный день.
– Провинциальный злой дух, леди Фитц? Мне это нравится. В этом есть что-то брейгелевское…
Я откашлялся, надеясь отвлечь внимание и прекратить эту сцену. Будь я женщиной, я постарался бы симулировать обморок – это помогло бы. Пен открыла рот, собираясь что-то сказать, но леди Фитц властным жестом остановила её.
Ещё более дрожащим голосом леди Фитц воскликнула:
– Как всегда, вы пытаетесь уйти от ответственности, переводя разговор на другую тему! На этот раз я не потерплю увёрток. Мы должны прояснить…
Голос её сорвался на визг. При следующих её словах мы с Пен в ужасе переглянулись, а Слим Бэнг неуклюже попятился к двери Чедвик, поколебавшись, сел. На лице преподобного Сватлова отразилось неодобрение. Сестра его, казалось, не слушала – не из-за порядочного воспитания, а от полнейшего равнодушия к происходящему; она как будто спала.
Леди Фитц разразилась такими грязными ругательствами, что даже самая наглая торговка рыбой покраснела бы, услышав их. А закончила она самым страшным, по её представлениям, оскорблением: «А ещё я слыхала о неграх с ирландскими фамилиями».
В ответ послышался двойной грохот: Бэнг выронил поднос, а Мактиг, вскочив, опрокинул стул.
Очень осторожно, словно боясь задеть карточный домик, Мактиг обошёл стол и подошёл к леди Фитц. Она тяжело дышала и улыбалась с какой-то злобной радостью. Пальцы её так крепко сжали руку Бурилова, что тот сморщился и попытался вырваться, не сводя, однако, глаз с Мактига.
Эмоции, доведённые до предела, могут перейти в свою противоположность. Леди Фитц ненавидела Мактига и потому ждала его со звериным восторгом.
По-прежнему улыбаясь, она прошептала:
– Ну… ударьте меня! Вы… осмельтесь коснуться меня, осквернить меня… – и с дрожью устремилась к нему. Бурилов потянул её назад.
Мы с Пен застыли, парализованные отвращением. Чедвик с холодной усмешкой разглядывал свою чашку, на лице Сватлова было прежнее выражение лёгкого неодобрения, Флора по-прежнему не обращала ни на что внимания.
Мактиг замер.
– Нет, леди Фитц, я не окажу вам чести, коснувшись вас. И хоть я не виновен в тех извращениях, которые вы только что так красочно описали, признаюсь, что я не ангел. Но Слима Бэнга не трогайте! Если бы вы не обошлись с ним так грубо и пренебрежительно, я бы вообще не заговорил с вами.
Она дрожала, на губах её запенилась слюна. Мактиг продолжал:
– У нас в Штатах есть поговорка, которая вам идеально подходит. Но она вульгарна, а так как свою норму вульгарности я уже перекрыл, я её перефразирую. Вы – человек, такой же, как все мы, понятно? Включая Слима. И в жару вы не больше остальных пахнете шанелью номер пять. Понятно?
Бурилов издал низкое звериное рычание. Мактиг не обратил на него внимания.
– К вашему сведению, леди Фитц, негр – вовсе не глупый суеверный персонаж из пошлой комедии, как думаете вы, с вашими ограниченными сословными взглядами. Археологи нашли следы негритянской цивилизации, на многие тысячелетия предшествующей рождению Христа. Эта цивилизация такая древняя, что история в ней переплетена с мифами, особенно после того, как завоеватели уничтожили все записи.
Эта цивилизация могла поспорить с достижениями египтян или ацтеков ещё до того, как англы появились в Британии. В сущности, египетская культура считается производной от негритянской. И ещё в пятнадцатом веке в чёрной Либерии были университеты, в которых европейцы почитали за честь учиться.
Пен обошла вокруг стола и властно положила руку на плечо Мактига. Он сбросил её.
– В Египте негры встречались среди фараонов, в Индии – были чёрные раджи. В католических святцах есть цветные святые. Любимый поэт Гарун-аль-Рашида и друг Мухаммеда Биллали были неграми. Возможно, вы также знаете эти имена: Туссен-Лувертюр с Гаити[6]; Бриджуотер, наперсник Бетховена; Дорант, первопроходец юго-западных территорий Штатов; Александр Дюма и Пушкин тоже родом из негров. Благодаря храбрости чёрных солдат Конгресс в 1787 году принял закон, запрещающий ввоз рабов. И рабы не были блохастыми дикарями, как считают невежды. Среди них было множество известных учёных. Нет необходимости упоминать великих цветных артистов, художников и других деятелей искусства наших дней.
– Майк, – взмолилась Пен, но не так настойчиво, как раньше; очевидно, она считала его слова справедливыми. Она удивлённо взглянула на леди Фитц, которая ловила каждое слово рыжего ирландца, как жаждущий ловит капли воды. Возможно, это была одна из тех экзотических ситуаций, которыми так наслаждалась англичанка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
