С легкой руки Павла Смирнова дела в «Лесном» пошли в гору. В 1932 году к совхозу присоединили совхоз «Грузино» в Чудовском районе Новгородской области. С этого времени почти на десять лет отделение «Грузино» стало основным поставщиком сена, фуражного зерна, кормовых корнеплодов. Все это выращивали и заготавливали, а затем по железной дороге или на лошадях переправляли в «Лесное». Как говорилось в путеводителе по Ленинграду 1940 года, бывшая ферма Бенуа «имеет образцово поставленное молочное хозяйство и обслуживает преимущественно лечебные заведения Ленинграда».
Тяжелые времена настали в совхозе, когда началась Великая Отечественная война. Из отделения «Грузино» весь скот, лошадей, тракторы и инвентарь успели эвакуировать в глубь страны – в Вологодскую область, туда же вывезли и рабочих с семьями. На центральной усадьбе совхоза «Лесное» молодняк и свиней сдали на мясокомбинат, тракторы и автомашины передали воинским частям. Эвакуировали скот, оставив в совхозе 80 коров и 30 лошадей. Совхозные поля перерезали противотанковый ров и окопы.
Многие работники совхоза ушли в армию и в народное ополчение. Добровольцем на фронт ушел и директор совхоза Николай Гаврилович Корытков. (В армии он дослужился до звания майора, а после войны стал директором Ленмолокотреста, потом начальником областного управления сельского хозяйства, долгое время занимал высокие посты в партийных структурах.) Убывших в армию работников совхоза заменили люди, приехавшие с семьями из прифронтовых и оккупированных районов. Многих потом отправили на «Большую землю», другие так и остались в «Лесном». Из рабочих и служащих сформировали команды местной противовоздушной обороны, санитарной и пожарно-сторожевой охраны. Дежурили на башне «дачи Бенуа». От подбитого в бою и упавшего неподалеку советского истребителя сгорел дом на центральной усадьбе.
Однако совхоз не переставал работать. Он обеспечивал жителей блокадного Ленинграда овощами и картофелем. В конце 1943 года, еще до полного освобождения Ленинграда от блокады, началась подготовка к возвращению на ферму эвакуированного скота. После разрыва блокадного кольца в «Лесное» прибыл скот из Рязанской и других областей. Возвращались из эвакуации и работники.
Летом 1945 года совхозу выделили около 300 гектаров сенокоса в Кексгольмском (Приозерском) районе, в начале 1948 году – 600 гектаров на севере Всеволожского района. А в 1952 году к «Лесному» присоединили совхоз «Нарвский» Кингисеппского района. Постепенно совхоз «Лесное» превратился в крупного поставщика племенного молодняка, поэтому с 1959 года совхоз получил статус государственного племенного завода. Он считался одним из лучших во Всеволожском районе и во всей Ленинградской области, был награжден орденом Трудового Красного Знамени, имел десятки наград ВДНХ, республиканских и всесоюзных конкурсов. Крепкая дружба завязалась у лесновцев с тружениками государственного сельскохозяйственного кооператива «Апольд» Дрезденского округа ГДР.
Ферма совхоза «Лесное» находилась тут, пока городские новостройки не подошли практически вплотную. Еще в 1950-х годах жители Лесного и Гражданки ходили сюда за молоком, отличавшимся высоким качеством. По воспоминаниям студентов-политехников 1960-х годов, на «даче Бенуа» находился клуб совхоза «Лесное», куда они ходили на танцы.
Наконец, в 1967 году принято решение о неотложном перебазировании госплемзавода и совхоза «Лесное» на новое место. Совхозу передали большой участок земли на стыке Гатчинского и Пушкинского районов Ленинградской области. Это была заболоченная территория, кое-где заросшая мелколесьем. Лишь на одном из пригорков, где до войны находилась деревня Пендолово, располагалось 700 гектаров пахотных угодий. В 1968 году сюда пришли мелиораторы, а затем и строители. На этом месте совхоз «Лесное» и сегодня продолжает свое существование. В настоящее время он занимает одно из первых мест в Гатчинском районе по производству молока, являясь одним из старейших совхозов на территории Ленинградской области.
Руины бывшей дачи Ю.Ю. Бенуа. Фото автора, март 2006 года
Постройки бывшей «Лесной фермы» Бенуа. Фото автора, март 2006 года
Что же касается «дачи Бенуа», то и после отъезда совхоза она продолжала использоваться под различные общественные нужды. К концу 1980-х годов, уже пришедшую в ветхость, «дачу Бенуа» передали школе художественного образования. Однажды на разваливающуюся дачу «положил глаз» художник Илья Глазунов, задумавший создать тут творческий центр Всероссийской академии художеств. Но этого не произошло. Опустевший старый дом стал пристанищем бомжей, а в марте 2001 года сгорел. Сегодня от него остались только руины…
Не исключено, что в недалеком будущем пространство вокруг бывшей «дачи Бенуа», между Светлановским, Тихорецким проспектами, улицей Веденеева и проспектом Науки (на площади 12 гектаров), станет первым в России «Парком космоса» – музейным парком космических развлечений. Сообщения об этом промелькнули в петербургской печати в начале 2004 года.
Согласно проекту музейно-развлекательного комплекса, здание дачи подлежит восстановлению в соответствии с архитектурным заданием КГИОП и сохранившимися архивными материалами. Предполагается, что исторические постройки бывшей фермы также восстановят и включат в территорию парка. В находящейся рядом башне-«тюльпане» Института робототехники, построенной еще в 1970-х годах для испытания систем мягкой посадки спускаемых космических аппаратов, разместится гостиница, а сверху над башней надстроят прозрачный стеклянный цилиндр.
Башня-«тюльпан» Института робототехники на Светлановском проспекте. Фото автора, март 2006 года
«Парк космоса» будет состоять из комплекса трех зданий, композиционно объединенных в один объем. Две улицы, прорезающие этот объем, должны пересечься и образовать круглую площадь. Существующий ныне пруд будет включен в композицию зданий: по юго-западному фасаду проектируется полуовальный двор, повторяющий форму пруда.
По периметру здания «Парка космоса», который обликом напомнит нечто среднее между летающей тарелкой и торговым комплексом, установят настоящие ракеты – «Вертикаль», «Прогресс», «Восток», «Протон», «Союз ТМ». Внутри «Парка космоса» разместятся Музей авиакосмической техники с экспонатами, побывавшими в космосе, парк развлечений с «космическими аттракционами», пятизальный кинотеатр и торговый комплекс. Если подобный проект действительно будет реализован, в северных новостройках появится еще одна достопримечательность не только районного и городского, но и всероссийского масштаба.
Правда, с того времени, как столь грандиозные планы огласили петербургской публике, они остаются лишь на бумаге. Все так же пугает своими обгорелыми руинами бывшая дача Бенуа, огороженная высоким железобетонным забором. Разорена и, возможно, доживает свой век стоящая неподалеку одна из хозяйственных построек бывшей фермы. Единственное, что произошло за это время, – появление на карте города названия «Сад Бенуа». Решение о наименовании участка на пересечении Тихорецкого и Светлановского проспектов, где прежде находилась «Лесная ферма», в «Сад Бенуа» приняла в начале 2006 года Санкт-Петербургская межведомственная комиссия по наименованиям (Топонимическая комиссия).
Легенды и мифы старого Лесного
Достопримечательностями Лесного были его уникальные особняки. Со многими из них у местных жителей связывались легенды и предания. Одним из самых легендарных особняков Лесного являлась «дача Шаляпина», и по сей день сохранившаяся на проспекте Мориса Тореза (бывшем Старо-Парголовском) у площади Мужества. На самом деле великий русский певец не имел к ней никакого отношения. Особняк, напоминавший небольшой замок, построили в начале 1910-х годов по проекту архитектора Н.И. Товстолеса для купца Дмитрия Алексеевича Котлова – подрядчика, специализировавшегося на строительных кредитах. Хотя не исключено, что Шаляпин мог бывать у Котлова, поскольку тот был вхож в театральный мир Петербурга.
К сожалению, немногие из уникальных строений сохранились до сегодняшних дней – они погибли во время реконструкции 1960-х годов. На Старо-Парголовском проспекте старожилы вспоминают еще о нескольких красивых дачах. Одна носила название «домик с коньком», поскольку ее украшали изображения лошадиных голов. Другая, напоминавшая пагоду, звалась «китайской дачей».
Дом купца Д.А. Котлова, больше известный среди местных жителей как «дача Шаляпина». Фото автора, март 2006 года
Так выглядел бывший дом Котлова в конце 1950 – начале 1960-х годов, (из семейного архива Е.И. Агеевой)
