— Да, — я скрестила руки на груди, понимая, что еще немного — и стирка рубашки начнется с намыливания шеи братца, попавшего под горячую руку.
— А чье? — полюбопытствовал мелкий.
— Законника, — скривилась я.
Братец выразительно свистнул.
— Это вы еще даже не встречаетесь толком, а ты ему уже как жена, рубашки стираешь… — ехидно протянул мелкий паршивец с намеком.
— Я, как старшая сестра, могу тебе еще и уши открутить… — вторя интонации Ника, отозвалась я.
Брат, не будь дураком, извинился и испарился. Буркнув себе под нос, что сегодня у нас в доме две черных ведьмы, вместо одной.
Я же послала ему в спину легкое проклятье. Если назвал — надо соответствовать.
Когда Ник запнулся на ровном месте, то едва удержавшись, повернулся и, мигом поняв, откуда к нему привязалась спотыкайка, показал мне кулак и поспешил прочь.
Правильно. Злой мне грозить стоит только на расстоянии и имея минимум два плана отхода: основной и запасной.
Зато в таком состоянии я в два счета отдраила на стиральной доске рубашку. И только потом вспомнила, что можно было использовать вращающее заклинание. Его алхимики, конечно, чаще применяли для центрифугирования веществ в лаборатории, но и в быту оно отлично справлялось с загрязнениями одежды. А если увлечься — то и с самой одеждой тоже.
Решив, что для своих-то вещей я использую его, взяла промокшие юбку, блузку и запустила крутиться в тазу в мыльном растворе.
И как только все было постирано — развесила и наконец пошла топиться. Делать это в ванне, полной теплой воды, да еще с солью и ароматическим маслом оказалось одно удовольствие. Как и чистить перышки потом, подпиливая ногти, накладывая маску…
Давно я так, по-девичьи, не отдыхала. Не заметила, как вечер подкрался незаметно. А за ним — и ужин со сном. Последний, для разнообразия, был не кошмаром с участием Рохта.
Кошмар начался на следующий день, с утра, вместе с практикой в отделе правопорядка.
— Какая прелесть! Твоя работа?
— Да, — призналась я, запихивая сверток с форменной рубашкой в сумку.
— А для кого? — полюбопытствовал мама.
— Для гада одного! Чешуйчатого, — в сердцах выпалила я, припомнив, как меня поставили перед фактом стирки. — Придушила бы!
— Если ведьма желает убить кого-то, но этот счастливчик еще жив, значит, она в него влюбилась, — глубокомысленно заметила мама.
— Я алхимик! — возразила из чистого упрямства и со злостью стянула шнурки сумки. — Если мой враг не умер, это просто значит, что яд не быстродействующий и я обеспечиваю себе алиби.
Мама так понимающе улыбнулась, что лучше бы… Лучше бы гадость какую сказала. А я невесть с чего разозлившись, вылетела из дома. Да так, что о завтраке напрочь позабыла. Это тоже не прибавило мне хорошего настроения, как и общественный вагончик, на который я опоздала, а в следующий — чуть втиснулась и едва успела в отдел правопорядка. Там в холле уже собралась наша пятерка и вот-вот должна была подойти офицер Мира Райт, с которой я наконец сегодня сегодня познакомлюсь!
Но вместо нее до нас с небес на землю снизошел… в смысле со второго этажа по лестнице спустился… Нидрик Рохт собственной чешуйчатой персоной!
Дракон мрачно посмотрел на нас. Мы — на него. Он — на нас.
Не знаю, сколько бы продолжались эти гляделки, если бы Элайра не расчихалась. Оборотница сконфужено потерла нос и извинилась:
— Простите, акация начинает цвести, а у меня на нее аллергия.
— А где Мира Райт? — невпопад спросил Колокольчик.
— Я за нее, — ничуть не смутившись ответил яшерюга.
Нас всех слегка перекосило. Меня — так особенно. Что значит — Рохт за нее? А мой диплом?!!!
Видимо, возмущение было написано крупными буквами на моем (и не только моем!) лице, потому что законник мученически вздохнул и пояснил:
— Мира, как полностью дееспособный офицер, сейчас занята в нескольких расследованиях… — начал было законник.
Но демон его перебил:
— А вы?
— А я на больничном, — закончил дракон, в упор глядя на Феррина, намекая: «а если бы ты дал мне договорить, то не нужно было бы задавать вопрос». Демон с честью выдержал этот взгляд Рохта, и тот дракон продолжил: — Так что прохождение вашей практики, как и чтение лекций — теперь моя обязанность.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— А кураторство дипломов? — озвучил общую мысль вампир. Ведь именно ради этого мы в отдел правопорядка, собственно и пошли…
— И оно тоже, — выдохнул законник.
— А у вас есть опыт такого наставничества? — уточнил обеспокоенно эльф.
— Уверена, есть! — вместо законника отмахнулась Скроу и добавила: — И в других областях у офицера наверняка тоже немалый опыт, способный произвести впечатление на девушку.
Причем она это так произнесла, что ни у кого не возникло сомнений, что она имеет в виду опыт увеличения драконьей численности. На последний, судя по всему, Скроу была нацелена куда больше, чем на диплом. Потому как тот обеспечивает достойную жизнь, лишь пока ты по нему активно работаешь. А удачный брак — всегда!
Рохт, похоже, это тоже прекрасно понял и неожиданно произнес:
— Чтобы девушка впечатлялась, сначала она должна впечатлить мужчину, — отчеканил Рохт и добавил: — Например, знаниями. На экзамене.
Это было что-то новенькое! Нет, я знала, что через постель попадали на хорошую должность или на худой конец в новый день. Ну или зачеты сдавали некоторые особо симпатичные и еще более беспринципные, которым пыхтеть над учебниками не хотелось, а на кровати — с радостью. Но чтобы наоборот… попасть в постель, только если сдашь экзамен на отлично…
Такого, похоже, не ожидала и Скроу. Она сначала не поняла. А потом как поняла… и оскорбилась!
Демон, эльф и вампир же переглянулись и понимающе, исключительно из мужской солидарности, не иначе, заухмылялись. И вот с такими улыбочками они и вошли в лабораторию. А там все их веселье мигом улетучилось. Потому как созерцания трупов редко располагает к радостному настроению. Если ты не некромант — так точно.
Мертвец лежал на прозекторском столе, и рядом с ним со скальпелем наготове стоял маг-криминалист.
— Кажется, мне дурно, — услышала я за своей спиной.
И почти тут же раздался звук, с которым обычно тело падает на пол. Я оглянулась, ожидая увидеть Колокольчика. Но нет. Сознание потерял вампир!
Кто бы мог подумать, что именно клыкастый окажется таким впечатлительным. А как же жажда крови, прикусывание яремной вены, шепот в ночи и труп в алой луже на полу? Конечно, я прекрасно знала, что вампиры не едят людей на завтрак, обед и ужин (кто б им это разрешил⁈), а прибегают к подобному, лишь когда не в силах контролировать жажду и им необходимо быстро восстановиться: при обширных повреждениях, глубоком ранении… Так же с мифами о чесноке: он для красноглазых не смертелен. Все гораздо проще: часто у этой расы встречается аллергия на эту приправу. Как и от лучей света Нокс Зефр никогда не испарится. Ожог, как и любой человек, может получить, если полежит на пляже в жару целый день, но не более. А вот насчет серебряных болтов, как утверждал папа — правда. У вампиров на них непереносимость. Впрочем, и у людей, и у драконов, и у демонов. Все зависит от того, куда попадет этот самый болт. Если в сердце — то тут раса значения не имеет.
Так что от Нокса я не ожидала, что он будет шарахаться от зубчиков чеснока или прятаться от света, но чтобы падать в обморок при виде трупа… Нет, все же, похоже, нам попался какой-то неправильный вампир!
Не я одна смотрела на бесчувственного парня озадаченно. Остальные адепты были удивлены не меньше меня. Если до этого у Нокса Зефра среди сокурсников и была репутация кровожадного клыкастого монстра, то сейчас, при его падении на пол, разбилась в дребезги.
— Офицер Рохт, какие-то у вас практиканты впечатлительные… — проворчал криминалист. — Этак они мне еще реактивы побьют или оборудование испортят.
— Отнесите вашего товарища за дверь, — меж тем, глянув на демона с эльфом, приказал дознаватель.
