Читаем без скачивания Артуриана (СИ) - Старкина Виктория

Все согласились с моими словами, и мы сели за трапезу, а после улеглись прямо на земле, укрывшись теплыми плащами, благо ночь была безветренной и дождя не случилось. Наутро мы проснулись хорошо отдохнувшими, простились с нашими братьями, что остались сторожить корабль. А я решил: раз скотты хранят Котел Перерождений, то они и должны знать, где спрятан волшебный предмет. Потому было решено, что пойдем мы, куда глаза глядят, а едва только попадутся нам первые скотты, захватим их в плен и узнаем, где спрятан заветный котел.

И мы пошли через изумрудные поля на поиски местных жителей, и долгим был наш путь, прежде чем встретилась нам хоть одна живая душа.

Через некоторое время нам повезло: мы набрели на небольшую деревушку, сразу же я приказал рыцарям не убивать местных жителей, но попробовать поговорить с ними. Мерлин знал все языки, и потому я думал, что скотты поймут нас.

Оказалось, что язык их немного похож на наш, но понять до конца, что хотели они сказать, не удавалось, лишь мудрый волшебник понимал их речи. Эти скотты были весьма миролюбивы, приветливо кивали, пока Мерлин рассказывал им о том, кто мы, и о величии Камелота. Но едва узнали они, что хотим мы найти Котел Перерождений, как лица их стали суровыми и непроницаемыми, будто высеченными из камня. Они замолкли и всем видом давали понять, что никогда не слышали ни о чем подобном, разводили руками и говорили, что котел — всего лишь легенда, древняя сказка, ничего подобного не находили в их землях, а потому напрасными будут наши поиски.

Рыцари смотрели на меня, ожидая приказа, но я не мог приказать им убивать безоружных и ни в чем не повинных людей, хотя и знал, что они скрывают от меня правду о чудесном сосуде, проще говоря, лгут. А что сделал бы я, оказавшись на их месте? Разве рассказал бы о своем сокровище первому встречному? Нет, разумеется, нет!

И тогда я решил пойти другим путем: мы должны завоевать доверие этих добрых людей, они должны понять, что мы достойны увидеть котел, лишь тогда расскажут нам, где его искать.

Глава 3. Сила Дагды

И мы остались среди жителей деревни, помогали им, чем могли. По моему приказу рыцари исполняли трудную работу, при этом вели себя вежливо, скоттов не обижали. Постепенно люди прониклись к нам симпатией и поняли, что мы не враги, конечно, этого было недостаточно. Но я верил, что случай обязательно представится, так и вышло!

Одна из женщин, что жила в поселке, как-то вернувшись из лесу, почувствовала недомогание. К вечеру у несчастной начался жар, глаза покраснели, лицо покрылось непонятными серыми точками. На следующий день она скончалась. В деревне умирали часто, никто бы и не придал значения такому случаю — человек отправился в лучший мир, что в этом страшного! Но чуть позже подобные пятна на лице и жар обнаружились еще у нескольких человек, среди них были и дети, и совсем молодые юноши. Тогда старейшины поняли: дело плохо, в деревню пришла болезнь, которая истребит всех жителей, от мала до велика. Лечить в те времена особенно не умели, а уж как прогнать столь сильную хворь — и вовсе не знал никто. Тогда я пришел к старейшинам, в избу, где держали они совет, решали, что делать, и предложил помощь.

— Что можешь ты, чужеземный король? — спросил один из стариков, которых я уже стал понимать вполне сносно. — Если бы на нас напали враги, ты и твои рыцари защитили бы нас. Но что вы можете против хвори?

— С нами величайший волшебник из всех, кого только знали эти края, — невозмутимо ответил я. — Он может прогнать любую хворь. Доверьтесь ему. Он исцелит больных!

На самом деле я понятия не имел, сумеет ли Мерлин спасти этих несчастных от смерти, но ведь если не сможет он — не сможет никто. И едва старейшины кивнули в знак согласия, отлично осознавая, что терять-то им нечего, отправился я прямиком к Мерлину и попросил о помощи. Чародей задумчиво нахмурился, почесал бороду, а после произнес:

— Никогда не видел я подобной заразы и не знаю, можно ли спасти этих людей. Но ведь болезнь — и есть болезнь. Если человек болен, то что-то терзает его, а значит, можно прогнать напасть. Скажи им, что я согласился, мой король. Завтра ночью — полнолуние. Пусть приводят своих больных сюда, на поляну. Да пусть принесут котел, самый большой, что есть у них, тот, куда можно опустить и человека. Сделаю, что смогу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Поблагодарив волшебника, я передал его слова старейшинам, те были недовольны промедлением, ведь до завтрашней ночи заболевших может стать больше.

А в день, обозначенный Мерлином, явились все жители деревни, на деревянных жердях, связанных вместе, несли они больных, которых было не меньше дюжины.

— Здесь все? — поинтересовался волшебник, оглядев умирающих. — Никого не пропустили?

— Мы взяли всех, кто жаловался на здоровье, — ответил Айдан, тот, что был деревенским старостой. — Всех принесли сюда.

— Отлично, — Мерлин кивнул. — А теперь возвращайтесь в свои дома. Придете утром, когда рассветет. И заберете своих родичей. Надеюсь, что живых. Или заберете мертвых, коли будет на то воля Морриган.

От его слов мороз пробежал по коже, но я надеялся, что могучий колдун не подведет. Эти несчастные должны спастись!

Жители деревни, недовольно перешептываясь, удалились: им не нравилась мысль оставить своих умирающих родичей на волю чужеземного колдуна. Но выбора не было, в их присутствии Мерлин не стал бы проводить ритуал. Рыцарей он тоже попросил удалиться, позволив остаться лишь мне, да Борсу с Дагонетом, которые отличались самыми крепкими мускулами среди всех нас и легко могли закидывать несчастных в котел.

Тем временем Мерлин взмахнул посохом, что-то прошептал — и под котлом прямо из земли вспыхнул огонь, хотя дров вовсе не было. Мы терпеливо ждали, когда вода согреется и закипит. Едва закипело, Мерлин вытащил из своей сумы какой-то мешочек с порошком, развязал его и швырнул содержимое в котел, отчего жидкость в нем вдруг стала лиловой, забурлила, над поверхностью поднялся пар. Мерлин прочел еще несколько слов, простер над котлом руки, его глаза вспыхнули, — и варево в котле стало золотым.

— Вот теперь он похож на котел Дагды, — улыбнулся волшебник. Он снова взмахнул рукой и огонь в миг погас. Колдовское варево остывало.

— Быстрее, пока горячая, раздевайте их и по одному погружайте в котел! Потом нужно сразу завернуть в одеяла и уложить на траву.

Я помчался за одеялами, ведь их-то мы и забыли принести, а Борс и Даг принялись стаскивать с умирающих одежду. Едва они закончили, как Мерлин приказал нести первого бедолагу. Его погрузили в воду, окунув с головой.

К этому моменту подоспел я, за мной шел сэр Гарет, он помогал нести ворох одеял, которых нужно было много, мы отдали все, что были у нас, ничего, укроемся ночью плащами, тем более, теперь мы спали не под открытом небом, а в старой брошенной избе.

Дагонет и Борс тем временем по приказу Мерлина вытаскивали скоттов одного за другим из котла, мы с Гаретом заворачивали их в одеяла и укладывали на траву. Все они выглядели, будто мертвые, ни один не дышал и не шевелился. Приложив руку к груди одного из мальчишек, я обнаружил, что сердце не бьется.

— Эй! — крикнул я, — Эй, Мерлин! Они же мертвы! У них сердце не бьется. И они не дышат!

Я смотрел на колдуна, взволнованный и растерянный, он же невозмутимо повернулся и ответил спокойно:

— Разумеется. Конечно же, они мертвы. А как иначе ты хочешь прогнать хворь, мой дорогой король?

Он посмотрел на меня так, будто я был неразумным ребенком, и я с досадой отвернулся. Ну, дождется у меня чванливый чародей, если к утру эти люди не будут живее всех живых!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Рыцари между тем закончили свою работу, последний больной лежал на траве, и Мерлин приказал тоном, не терпящим возражений:

— Теперь, быстро, Борс и Дагонет, раздевайтесь! И тоже залезайте в котел.

— Нам-то зачем? — нахмурился суровый Борс.

— Иначе к утру ждет вас та же хворь, — беспечно откликнулся Мерлин. — А ну-ка, живо!

Рыцарям ничего не оставалось, как сбросить одежду и по одному искупаться в котле, из которого они вышли, в отличие от остальных, живыми, но обессиленными, с трудом смогли натянуть обратно штаны и рубахи и завернуться в свои теплые плащи, их колотил озноб, и они едва стояли на ногах.