Как будто большая линза спереди назад проехала. Все искривилось, увеличилось, а потом снова стало нормальным. Немного голова кружилась. Похоже на то, что было когда к нам на Базу тот странный дядька прилетал.
—
Невыразимый Ужас! — понял я. — Я тоже в него попал.
— Нет, это не он, — снова не согласилась Лана, — говорят, он похож на большое серое облако. И на приборы не действует, а только на людей
— Это кто это тебе рассказал? — с подозрением осведомился я.
— Старшекурсники, — прямодушно призналась Лана.
И пояснила:
— Медики. Им рассказывали на циклах.
Вот это был номер! Невыразимый Ужас и правда существует! То, что я могу с ним здесь столкнуться, отозвалось в душе нарастающей тревогой:
— Надеюсь, твои профессора поделились секретом как с ним бороться?
— Не успели, — Лана выглядела виноватой, — но, может быть, мы его и не встретим?
— Тогда у кого мы теперь? — снова поднял вопрос я.
— У невидимок! — зловещим шепотом ответила девушка.
Затем выяснилось, что, когда перестал работать генератор, напуганная Лана, не дожидаясь перехода корабля на резервное питание, пошла задраивать нижний люк. Но как только она открыла панель ручного управления шлюзом, сзади ее схватили.
Сначала она подумала, что это мы решили идиотски пошутить, и принялась громко ругаться, пока не поняла, что руки, которые ее держат — невидимые. Невидимка, удерживая ее, активно толкал вниз по трапу.
— Я так растерялась, — стыдливо призналась девушка, — непонятно, куда его пихнуть. Я только чувствовала, что меня держат, но не видно чем. И я не помню, как спускалась на очередную ступеньку, как будто проваливалась каждый раз. Так удивительно! А потом он спустил меня на землю, и тут мне навстречу переместилась полупрозрачная фигура…
— Может, это камуфляж? — предположил я, изо всех сил стараясь удержаться в реальности. — Со страху могло показаться, что невидимка…
— С камуфляжем я знакома, — обиделась Лана, — и, между прочим, в разных видах. Но ни один из них не делает людей совершенно прозрачными и не позволяет мгновенно перемещаться на три метра. Более того, эти невидимки ходят сквозь стены!
— Ты что-то уже совсем невероятное рассказываешь, — в то, что говорила девушка, разум уже совсем отказывался верить.
— Но это правда! — с отчаянием в голосе произнесла Лана. — Я знаю, что это невероятно! Но я своими глазами видела, как они ходят сквозь деревья и корабль. А один из них как-то попал мне за спину. Сам знаешь, у нас на корабле места не так много, я бы на него обязательно наткнулась или услышала бы. В общем, когда передо мною внезапно выросло это прозрачное существо, на меня накатил уже такой ужас, что я закричала.
— Ты кричала! — я был рад, что мне не почудилось.
— Еще как! — отозвалась девушка. — А потом снова провалилась.
— Значит, ты не знаешь, как мы тут оказались? — разочарованно вздохнул я.
— Увы! — в свою очередь вздохнула Лана. — Я помню смутно и по частям: лежу в какой-то открытой машине и ветки надо мной; потом что-то тяжелое упало рядом, наверно ты; потом какой-то коридор с серыми блестящими стенами и потолок светящийся; а потом уже эта дыра. А в промежутке такие странные сны снились! Видимо, меня не так сильно «провалили» как тебя. Я уже давно в себя пришла. И так за тебя волновалась!
— Я…я боялась, что ты…. умер. — стесняясь, призналась она.
О, она за меня волновалась! Приятно-то как! И неожиданно. Значит, шансы у меня все-таки есть.
— Жив! — гордо оповестил я окружающее. — Только голова немного кружится и болит. Сильный у них наркоз, я вообще ничего не помню. — и, подумав, добавил:
— У меня предложение: пока они снова не пришли, надо попробовать освободиться.
— Я уже думала об этом, — деловито сказала Лана, — но не нашла обо что веревки перетереть.
— Что такое веревки? — не понял я.
— Это то, чем наши руки связаны, — пояснила девушка и задумчиво хмыкнула:
— Они такие чудные, эти невидимки, обладают такими технологиями, а пленных веревками вяжут.
— А может, они от природы такие способные, — предположил я, — И это не технологии. И мы не пленные, а их ужин.
Лана судорожно проглотила:
— Не будем думать о плохом! Давай выберемся отсюда раньше, чем нами поедят.
— Что делают с веревками? — поинтересовался я, поскольку материал мне был совсем не знаком.
— Они мягкие, их можно чем-нибудь перетереть или перерезать. Или перегрызть! — вдруг нашла решение девушка. — Ну-ка, повернись! И приподними правую руку! Так, придерживай меня локтем!
Сидя лицом к моему боку, Лана наклонилась и изогнулась мне за спину. Я почувствовал на руках ее теплое дыхание.
— Что ты собралась делать?! — с удивлением спросил я.
— Попробую развязать узел зубами, — глухо донеслось из-за спины. — Он должен где-то быть…Угу!
Примерно поняв суть происходящего, я осторожно отодвинулся к стене и уперся в нее левым плечом, что бы другим легче было удерживать Лану. Однако то, чем она решила воспользоваться, показалось мне сомнительным, к тому же я явственно представил себе ее беззубую и попытался остановить. На что в ответ получил:
— У меня мама — стоматолог. Она с детства так пеклась о моих зубах, что теперь, без всякого ущерба, я могу жевать ими проволоку!
Вот те раз! От фантазии, что Лана на Перехватчике перегрызает кабель, меня передернуло. Упрямые они, все-таки, эти Земляне, за что бы ни брались.
Спустя пятнадцать минут девушка заметно устала и, тяжело дыша, уткнулась носом в мое плечо.
— Может, хватит? — предложил я. — Ты сама веришь в то, что делаешь?
Эти слова произвели на Лану эффект совершенно противоположный. Со сдавленным рычанием, она с удвоенным рвением принялась за дело.
—
Ух ты, — вдруг сказала она, — а их и перегрызать не надо, эта веревка слюной растворяется!
Скоро я понял, что мои руки начали медленно расходиться в стороны.
— Погоди, — сказал я и дернул руками.
Пространство между ними увеличилось. Теперь мне хватило места перелезть через связанные руки. И когда они оказались спереди,
