раз проваливаясь в небытие, я снова и снова проживаю всю свою прошлую жизнь… Все свои прошлые жизни… Сколько их уже было? Раз, два, три… А сколько их ещё будет?
Почему я попал в этот круг нескончаемых новых перерождений? Чем заслужил такую милость? Кто меня снова и снова, как утопленника за волосы вытаскивает из мутной воды реки времени, чтобы бросить опять туда же… Говорят, что в одну реку дважды не войти… Да… Потому что это уже другая вода и другая река…
* * *
Сознание возвращалось ко мне как-то прерывисто. И снова, как в клипе мелькают картинки, и звучит какофония непонятных шумов… Всё, как в тумане…Только колокольным звоном стучат внутри пустой головы отдельные звуки, не складываясь в осмысленные слова…
«О-о-о-о-о-о… А-а-а-а-а-а… Э-э-э-э-э… Ва-а-а-а-а-а-а…»
А потом всё крутится и вертится в этой, наполненной бессмысленными звуками голове… И я снова проваливаюсь в темноту…
* * *
К моим пересохшим губам что-то прикасается. По губам, по подбородку что-то течёт, не попадая в рот. А я так хочу пить… Но у меня нет никаких сил, разлепить слипшиеся губы… Нет… Мне это всё-таки удалось. Влага, вода, да хоть уксус… Что угодно, лишь бы пить, пить, пить…
Я почти захлёбываюсь… Женский незнакомый хрипловатый голос мне что-то говорит…
— Не торопись!
Открыв глаза. я вижу перед собой… Смерть? Её именно так и рисуют… Череп обтянутый бледною кожей, глубокие тёмные глазницы… Нет… Это только синяки под глазами… Глаза добрые… Знакомые такие глаза… Светка?
— Светка! Это ты?
— А что? Не похожа? Между прочим, это ты меня такой сделал.
— Я? Я лечил твою шею… Её порезал тот гад…
— Ну… Ты тогда так посмотрел на меня… А из твоих глаз как засверкают зелёные молнии… И ты так громко сказал: «Доверяй мне! Доверяй мне!»… Вот я и доверилась… А ты со мной такое сотворил…
Я уже пришёл в себя более или менее стал хоть что-то соображать. Следа от пореза на шее этой доходяги почти не осталось… Так… Белая полоска на фоне загорелой кожи… Но внешний вид этой девицы… Худая, бледная, длинная… Что?
— Светик! А скажи мне, пожалуйста: О чём ты думала, когда я тебе горло лечил?
— Ну-у… Я думала. Что хорошо бы ещё немного подрасти, пока появилась такая возможность… Прикинула, что сто шестьдесят или сто семьдесят сантиметров мне хватит…
— Ты — дура! Ты же меня чуть не убила…
— А ты ничего не путаешь, Саш? Это меня там чуть не убил этот упырь с железякой…
— И поэтому ты решила убить меня? А пока я тебя лечил, вытянула из меня последние жизненные силы для исполнения своих капризов…
Светлана замялась, попыталась сделать виноватый вид…
— Прости!.. Я больше так не буду!
— Вот и ходи теперь так.
— Как так?
— Как скелет на ножках… Худая и бледная. Ты себя уже в зеркале видела?
— Видела… Между прочим, ты не лучше выглядишь…
— И из-за кого это интересно я так выгляжу? Из-за взбалмошной девчонки, которая спит и видит, как бы поскорее вырасти…
— Я ничего не делала. А думать о том, чтобы вырасти поскорее, мне никто не может запретить…
— Но не во время лечения…
— Откуда я знала, когда можно об этом думать, а когда нельзя…
— Вот и ходи теперь, греми костями…
— Са-аш!
— И не сашкай тут мне!
— Котик!
— Мужа своего будешь так называть… Кстати, как он сам? У него там голова была вроде пробита…
— Жив-здоров… Анька ему пару швов наложила и зелёнкой намазала…
— В следующий раз, когда тебе какая-нибудь тварь горло перережет, я тоже зелёнкой тебе намажу…
— Саш! Давай рассуждать разумно и здраво! То что произошло. Уже произошло… Ну, виновата я, что во время серьёзной операции на горле умудрилась ещё думать о другом… Прости! Обратно уже не отмотать…
— Ну почему же? — ехидно ответил я. — Посмотри мне в глаза! Я сейчас тебя обратно в малявку превращу…
— Нет! — взвизгнула «малявка» и отскочила от меня подальше…
— Дай мне воды! — приказал я. — А ещё лучше крепкого горячего чая и сахару побольше…
Ничего не отвечая эта худая шпала метнулась вон из комнаты, в которой я лежал. А у меня вдруг так громко заурчало в животе, что я понял, если мне сейчас же не дадут поесть всего и много, то я немедленно сожру кого-нибудь из них…
* * *
Меня успели вовремя и чаем напоить, и кашей накормить. Так что бытового людоедства я не опустился… Светка увивалась вокруг меня, стараясь и так, и эдак мне угодить… А я рычал на неё, но уже не так зло, как вначале, а скорее так… по инерции.
Я уже и на себя в зеркало посмотреть успел… Светка немного преувеличила. В отличие от неё, я просто выглядел усталым, с синяками под глазами… Но не таким скелетиком-доходягой, как она… Вытянувшись в полтора раза, девочка превратилась в ходячее пособие по изучению костей человека. Плечи и локти просто торчали, а на костях рук и ног явно не хватало мышечной массы…
Исправить всё это можно, конечно… Но не сейчас. Мне сперва надо бы себя в порядок привести.
— Артур! Я думаю, что в одну ходку мы всё не увезём. А тем более твою жену надо ещё подлечить, как видишь… А у меня сил на это сейчас никаких нет. Везти её в таком виде, не советую… Не потому, что её по дороге ветром сдует или комары унесут. Просто за ней надо наблюдать постоянно, подлечивать и подправлять то, что она натворила.
— А это разве не ты с ней такое сделал?
— Стал бы я так над ней издеваться. Я же не враг, ни тебе, ни ей, ни себе… Просто эта… Девочка… Решила воспользоваться тем, что я начал лечить ей порезанное горло… И в процессе лечения стала добавлять свои хотелки… Типа стала внушать организму, что надо вырасти… Но она не рассчитала, что запасов у её организма на такой рост не хватит. Надо постепенно, день за днём добавляя по чуть-чуть… и при этом усиленно питаться и не напряггаться. А она… И себя изуродовала, и меня чуть не убила…
— Да. Я видел, как ты на пол упал… Вообще не дышал пару минут. Мы думали, что всё…
— Не дождётесь! Я ещё у ваших внуков на свадьбе плясать буду.
Ну, конечно же, в разговор не могла не влезть Светка.
— Са-аш! А долго тебе восстанавливаться надо?
— Год… Два…
— Ну. Са-аш!
— Месяц…
— А завтра сможешь начать?
— Смогу… Но я превращу
