Сердце Ченса замерло. Что за чертовщина!
В следующее мгновение крепкие жилистые руки ухватились за край кровати узловатыми пальцами. Из-под нее на плоской тележке выкатился старик. Ченс остолбенел. На таких тележках обычно устраивались механики для ремонта автомобилей.
— Не слышал, как ты подъехал, — произнес старик, с удивительной резвостью вставая на ноги. — Какие проблемы? Бензонасос? Или коробка передач?
Святый Боже! Чарли Роллинз продолжал работать на своей автостанции даже в этой палате! По крайней мере Чарли думал, что продолжает работать. И если Ченс правильно понимал ситуацию, Чарли в данный момент выбрался из-под кровати, как будто из-под машины. Ченс на мгновение задумался, чем старик может там заниматься и что ремонтировать. Оставалось надеяться, что к концу дня ему удается все прикрутить обратно. В ином случае матрас может провалиться сквозь каркас кровати.
— Ну что, парень? — подтолкнул Чарли. — Я не могу стоять с тобой весь день! Мне еще надо успеть управиться с машиной Мабел Джералдины, пока она не приехала за ней. А то придется платить штраф. У нее нет терпения ни на грош.
— Прошу прощения, — улыбнулся Ченс. — Мне просто нужна кое-какая информация. Вы не могли бы помочь?
Чарли почесал голову. Затуманенный взгляд немного прояснился.
— Если сумею. Такое ощущение, что мне теперь все труднее и труднее запоминать многие вещи. Видимо, старею.
— Я пытаюсь установить место пребывания нескольких знакомых мне людей, — внятно проговорил Ченс. — Я слышал, что некоторое время назад они жили неподалеку. Их фамилия Маккол. Вам, случайно, не приходилось знать кого-нибудь с такой фамилией? У них еще был мальчик, его звали Ченс. Может, он работал у вас… или жил поблизости?
Чарли запустил пятерню в недельную седую щетину и начал проявлять явные признаки беспокойства.
— Кажется, я не знаю никаких Макколов. Я знаю Мабел Джералдину. Она хочет починить свой автомобиль. Я очень хорошо чиню машины. Тебе надо что-нибудь починить, парень?
Ченс вздохнул. Это был выстрел наугад, и он явно промазал.
— Нет, Чарли. — Он потрепал старика по плечу и внезапно вздрогнул, ощутив под рукой исхудавшее тело и торчащие кости. — Может, я могу что-нибудь для вас сделать? Вам что-нибудь нужно?
Чарли расплылся в улыбке. Он не мог припомнить, когда в последний раз кто-нибудь предлагал ему помощь.
Но попытка подумать о собственных нуждах быстро затуманила его сознание. Он нервно заходил кругами по комнате, потом похлопал себя по карманам и забормотал, что куда-то подевал все ключи.
Ченс старался не смотреть на Чарли. Его охватила глубокая печаль. Бедный старый Чарли Роллинз! Он потерял свои ключи… и свой разум. У Ченса хотя бы есть надежда. Врачи говорили, что его собственная потеря памяти — дело временное.
— Мне пора идти, — негромко произнес Ченс. На лице старика внезапно проступила улыбка облегчения. — Спасибо за информацию, Чарли.
— Не за что, парень, не за что. — Старик снова улегся на свою тележку и поглядел на ноги высокого человека, направлявшегося к выходу из комнаты. — Ты вернулся, Ченс, мальчик мой. Быстро вернулся. Ты мне понадобишься сегодня вечером.
После этого он при помощи рук нырнул обратно под кровать и замычал себе под нос мелодию «Желтые розы Техаса», вновь приступая к работе.
Ченс не расслышал последних слов Чарли. В любом случае они не имели никакого значения. К тому времени, когда парень подошел к конторке, Чарли Роллинз напрочь забыл весь их разговор.
Ченс неторопливо ехал по улицам, поглядывая по сторонам в надежде увидеть что-нибудь знакомое. Акры и акры земли по окраинам города, заставленные нефтяными насосами, тревожили сознание. По щитам, установленным на подъезде к Одессе, он уже понял, что здесь расположена Пермская нефтяная платформа — одна из богатейших в Соединенных Штатах, а может быть, и во всем мире.
Он внимательно всматривался в вывески контор и учреждений. Особенно в старые. Вглядывался в лица людей на улицах, надеясь, что среди них попадется хоть одно знакомое… Или сам он покажется кому-нибудь знакомым. И приходил в отчаяние, потому что в Одессе ничто не напоминало ему о том, что он здесь когда-то жил.
Однако с ним происходила одна очень странная вещь.
Независимо оттого, по какой улице и по какой стороне он ехал, как бы далеко ни забирался, он постоянно возвращался на Грандфилд. Эта улица притягивала его и потом выталкивала обратно. Ченс не понимал причину.
Это происходило на уровне его подсознания. Насколько он мог себе представить, здесь он не был никогда в жизни.
— Ты обратила внимание?
— На что? — переспросила Бетти Коллинз. Повернув кресло лицом к зеркалу, она посмотрела на Дотти Парсон.
Бетти уже сорок пять минут занимается перманентом, а процесс грозит растянуться еще на несколько часов. И при этом ей очень повезет, если перманент не рассыплется на мелкие кудельки. Дома предстоит куча работы. Бетти целый час уговаривала по телефону эту дамочку подождать, пока заживет голова и достаточно отрастут волосы, но та была неумолима. Скоро состоится вечер встречи выпускников, и она хочет выглядеть на миллион баксов. Бетти лично полагала, что этого ей никогда не достичь, даже если в качестве доказательства Дотти выложит на стол такую сумму наличными.
— На что обратить внимание? — повторила Бетти.
Челюсть Дотти Парсон отвисла, как у рыбы, выброшенной на берег.
— На тот старый красный грузовик-пикап? Он только что завернул за угол и направился на восток. Клянусь могилой моей мамочки, это был Логан Генри. — Она нахмурилась. — По крайней мере он очень похож на себя до того, как поседел и приобрел лишние двадцать фунтов.
— У тебя видения, — возразила Бетти. — Логан Генри скорее умрет, чем сядет за руль старого грязного пикапа.
— Это я понимаю, — согласилась Дотти и всмотрелась в свое отражение в зеркале. — А ты не считаешь, что рыжий цвет мне больше к лицу?
— Только если потом из дома не выходить, — заверила Бетти. — У тебя такой цвет лица, что краснее любой рыжины, ты сама об этом прекрасно знаешь. Если хочешь сменить цвет, давай лучше попробуем…
Разговор перешел на более специфические темы.
Красный пикап на некоторое время оказался забыт. Но Дотти, вернувшись домой ближе к вечеру, спросила у мужа, не видел ли он сегодня в городе незнакомца за рулем красного пикапа, который весь день колесил по улицам. Он молча смотрел на ее голову. Прическа, а также то, что она позволила себе обратить внимание на постороннего мужчину, вызвали у него такой приступ ярости, что сам факт существования Логана Генри надолго выветрился из головы Дотти. И к лучшему.
