так мое сознание переводило в понятные мне ощущения. Здесь зубной боли не знали, справлялись с ней легко. Для него скорее рана в бою, когда нет возможности сразу залечить, приходиться терпеть и сносить.
А если избавиться поскорее, от меня и той боли? Тоже тяжко и мучительно. И непонятно, что тяжелее. И то, и другое душит и давит его. Убрать меня – и терпеть поблизости. Эредин Файларден заперт в беспощадных тисках. Это его бремя. Свинцовый груз на его плечах.
Я беспомощно смотрела на мужчину передо мной. Чувствовала, как на меня обрушивается лавина его эмоций. Я словно слилась с ним воедино в этом состоянии давления и удушья. Ощущение было настолько реальным, что я схватилась за горло, задыхаясь.
Стены, пол, потолок вдруг закружились надо мной. Я поняла, что падаю – долго, словно в замедленной съемке. Но рухнула не на жесткий пол, а во что-то мягкое, упругое, подхватившее меня и удержавшее на весу. Что это – я уже не увидела, потеряв сознание.
Глава 29
Апартаменты вождя Рубиновых Драконов изначально планировались под размещение его семьи, с супругой и детьми. Но нередко вождем избирался молодой мужчина, не вступивший в брак. Такие вожди либо не использовали «семейные» комнаты… либо поселяли в них свой гарем.
У Эредина Файлардена не было ни семьи, ни гарема. Лишь множество краткосрочных любовниц, сменявших друг друга с различной частотой и в различном сочетании. Одной женщиной он не ограничивался никогда.
Чтобы обеспечить вождю возможность работать без помех со стороны семейства, в его личные комнаты имелся отдельный вход. За ним располагались спальня, гостиная, которая использовалась чаще для советов в узком доверенном кругу, и рабочий кабинет.
Туда и прошла Саила, притворно-ласково простившись с соперницей. Эредин склонился над дозорным артефактом и не обернулся на тихую, деликатную поступь саламандры. Та остановилась в трех шагах и без предисловий заговорила, выдавая заготовленное алиби:
- Эр, в деревне в окрестностях Дейвата видели зеленого дракона. Местные не смогли различить, Изумрудный это или один из вассалов.
Он распрямился, но так и не повернулся. И молчал. Пауза показалась Саиле бесконечной.
- Ты пришла, чтобы сказать об этом?
- Разве я не должна была? Лазутчик Изумрудных над вассальными землями Рубиновых. Такая весть не стоит твоего внимания?
- Я получил ее вчера от коменданта Дейвата.
- О! Я рада, что твои воины быстро исполняют свой долг, - проговорила она мягко, искренне.
Сама Саила получила донесение от вестника еще два дня назад. Отмахнулась от него, отправив в гарнизон Коралловых, ближайший к той деревне. А сегодня вспомнила, когда искала предлог явиться в покои вождя.
- Ты пришла с этим сюда, а не в совещательную залу?
- Да… Я думала, ты у себя. Ты был здесь, когда ты меня… Когда мы виделись днем.
Когда ты меня отодрал за этим самым столом и отослал, как уличную девку – вот что вертелось на языке королевы. Она осеклась с притворным смущением, предоставляя Эредину самому вспомнить ту сцену. Не исключено – повторить, возбудившись.
Саила ощутила жар и влажность внизу живота при одном лишь воспоминании о том акте. Как яростно Рубиновый Вождь таранил ее лоно. Если он вновь схватит ее за плечи и нагнет над столом… сейчас, пока Истинная обезьяна ждет его за стенкой… При этой мысли внутри загорелось так, что будь она простой человечкой, расплавилась бы!
Эредин Файларден развернулся так резко, что Саила невольно отшатнулась. Жаль, что ее чары действуют лишь на людей. Ей не помешал бы сейчас абсолютный контроль над чувствами. Когда она рядом с этим мужчиной, можно даже не мечтать о том.
Их взгляды скрестились на несколько секунд. Вот сейчас он сделает это… снова.
Но вождь не сдвинулся с места. Лишь сухо спросил, обдавая льдом разгоряченную королеву:
- Как ты прошла через защиту?
Она недоумевающе нахмурила лоб.
- Защиту?.. Не понимаю, о чем ты…
Пусть сам ломает голову. Саила может не оправдываться – артефакт на крови ему не распознать никакими сканирующими заклятьями. Пусть думает, что недостаточно тщательно установил барьер.
- Зачем ты заговорила с… иномирянкой?
Что он сейчас хотел сказать?! С моей Истинной? Или вообще назвать ее по имени?
Саила едва сдержала нахлынувшую бешеную злость. Но сохранила на лице невинно-соблазняющую полуулыбку.Десятилетия опыта и сами по себе кое-чего стоили, без магии. Со всей искренностью развела руками в недоумении.
- Я пришла к тебе, а застала ее. Не могла же молча развернуться и уйти. Раз она все еще жива, и в твоем дворце, было бы странно не соблюдать этикет. Разве не так?
- Прошу тебя больше не приходить в мои покои.
Саила вскинула голову, дерзко посмотрела в глаза мужчине.
- Даже когда я тебя захочу?
Его всегда заводила подобная прямота. А сейчас… вместо страсти и вожделения в глазах отстраненность. Будто Саила напомнила не об утехах… а о тяжелом неизбежном решении.
- Я сам к тебе приду, - отрезал он.
Она чуть прикрыла веки, показывая, что услышала его. И тихо молвила:
- Эр… почему ты оттягиваешь исполнение пророчества? Ты так спешил, когда просил помочь с ритуалом. Гайдана показала, как тебе уберечь свой народ от смертельной опасности. Ты можешь решить все очень быстро. Но медлишь. Я понимаю, как тебе нелегко. Но ты – прирожденный вождь. Ты не остановишься ни перед чем ради блага Рубиновых Драконов. Если исполнение… причинит тебе боль, я сумею утихомирить ее. Ты знаешь, что это по силам саламандре. Сейчас тебе намного тяжелее от промедления… чем будет после.
Глава 30
Взгляд Эредина Файлардена замерз. Он даже не отвел его от Саилы. Так и смотрел ей в лицо, но на его собственном будто появилось непроницаемое забрало. Больше она не могла прочитать на нем ни единого проблеска чувств.
Саила не отвела глаз, смотрела в ответ, с выражением искреннего беспокойства и заботы. Всем своим видом показывала, что он может опереться на нее. Даже в самых тяжелых, деликатных и двусмысленных делах.
Рубиновый вождь отвернулся от нее и шагнул к окну. Распахнул настежь, резким жестом приказал Саиле подойти.
- Возвращайся к себе. Я призвал Длань.
Саила изящно присела в реверансе.
- Благодарю, Эр. Желаю тебе поскорее разобраться с лазутчиками Изумрудных. Если нужна моя помощь – ты всегда можешь на меня рассчитывать. Во всем.
С этими словами она послала ему мягкую, слегка печальную улыбку, и шагнула в окно. Встала на невидимую Длань так, чтобы Эредин видел
