– А кто такие Гвидон и лебедь-краса? – прервала мои размышления Шиза. Ох уж это ее неуемное любопытство!
– Это? – я почесал затылок. – Это были такие герои.
– Расскажи, – загорелась Шиза. – На Земле, да?
– Говорят да. Эх… - махнул я рукой, – слушай.
– Жил один холостой царь. Король по нашему. И подслушал он однажды разговор трех красавиц сестер.
– Одна говорила, что если бы стала царицей то заготовила бы продукты, организовала бы пир для подданных царя.
– Молодец! – встряла Шиза. – Хороший политический ход.
Я лишь улыбнулся.
– Вторая сказала, что занялась бы производством тканей.
– И эта молодец! – Хозяйственная. А третья?
– А третья сказала, что родит царю сына.
– И все?
– И все.
– Она что дура? Или ленивая?
– Не знаю, – засмеялся я услышав ее интерпретацию сказки Пушкина..
– И кого царь выбрал?
– Третью.
– Что?.. Он так глуп? Первая и вторая тоже родят, но принесут доход в семью и политическую стабильность. Не понимаю вас мужиков, на что вы клюете? На красоту? Так она проходит. Все женщины когда-нибудь становятся старыми и малопривлекательными. И что дальше? Не думаю, что жизнь у них задалась. Царь глупец и ленивая жена. Там должно быть все плохо. Такую гнать надо.
– Ну он и выгнал, правда по навету. Мол родила она ему зверушку. А оболгали ее две сестрицы, что не вышли замуж за царя.
– Да зависть сильная штука, – отозвалась Шиза. – И что дальше?
– Посадили мать и сына в бочку и выбросили в море.
– Жестоко. Видно темные времена тогда были на Земле.
– Может быть, – не стал спорить я.
– Бочку прибило к берегу острова и мать сыном вышли. Но ребенок оказался непростой, он рос по часам, а не по годам и когда ступил на берег был как двадцатилетний юноша.
– Этого не может быть.
– Почему?
– Есть простые вселенские законы, их не обойдешь. Клетка делится с определенной скоростью, тут даже магия не поможет. Ускоренный рост позволит лишь вырастить дебила. Представляешь, взрослый парень с умом грудного ребенка? Его мозг не успеет развиться.
– Не буду спорить, сам не видел. Ну и там он встретил лебедя, что превращалась в девушку.
– Этого тоже не может быть.
– Да почему у тебя все время не может быть?
– Потому что масса тела лебедя и женщины разная. Предполагаю, что она была метаморф. Но куда делась избыточная масса тела? У вас что есть выход в другое пространство, где можно спрятать часть массы?
– А может это был просто гигантский лебедь…
– Ну может, – неохотно согласилась Шиза. – Дальше то что?
– Вот он ходил кручинился и встретил ее.
– Понятно, что кручинился, – высказала свое неожиданное мнение Шиза. – Ходить голым не очень-то радостно. Холодно и мать смотрит.
– Почему голым? – удивился я.
– А что ему в бочку взрослую одежду положили?
– Может на берегу нашел.
– А что там люди жили?
– Говорят жили. Вот она и спросила его:
– Здравствуй, князь ты мой прекрасный! Что ты тих, как день ненастный? Опечалился чему?
– Ух ты! Прямо как ты, – восхитилась Шиза. – Хочешь я буду твоей лебедою?
– Кем?
– Лебедою.
Я рассмеялся:
– Лебеда, Шиза, это трава. Тогда уж… – Я сам не знал как назвать и придумал:
– Лебедушкой.
– Я буду твоей лебедушкой… Когда в замок вернемся и утешу своего прекрасного графа. А пока… А пока расскажи, что ты хочешь сделать с Рабе?
– С Рабе? Ну думаю найти похитителей, набить им морды и забрать демоницу.
– А зачем ее забирать?
– Как это зачем? У меня спросят где принцесса, а что я скажу:
– Украли? Ты представляешь что будет?
– Ни чего не будет. Ты сам посуди, ее не убили. Девушку похитили лесные эльфары. Как думаешь для чего?
– Думаю, ее хотят передать кому-то из молодых домов, тем кто давно имеет связь с лесом. И пляшет под их дудку.
– Это как? – удивилась Шиза. – Зачем им плясать? Глупости говоришь.
– Это образное выражение, Лебеда. – огрызнулся я. – Плясать под чужую дудку это слушаться кого-то.
– Понятно. Только я не Лебеда. – по голосу я понял что она нисколечко не обиделась.
– Судя по всему Ее везут в Снежные горы. Для чего?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Для чего? – как эхо переспросил я. – Ну думаю для того чтобы попробовать с ней договориться.
– Правильно. Сейчас в Снежных горах затишье. Ни одна из сторон конфликта не имеет преимуществ. Старые дома поддерживаются армией, молодые дома пограничниками и спец службами. А простые эльфары колеблются. Начинать в таких условиях войну за передел власти опасно. А если договорится с принцессой, которую хотят посадить на княжеский трон старые дома, то с ее помощью можно добиться политических перестановок во власти. Если Тору поставят пред выбором позорная смерть или как ты говоришь, начать плясать под дудку молодых домов, трудно сказать что она выберет. Тем более что ее можно опоить, дискредитировать… Короче найти рычаги воздействия. Тогда внешне это устроит всех и старые дома и молодые. Старые дома хотят соблюдение традиций, а значит на троне должна быть Торра. А молодые дома соглашаются с послушной им княгиней.
Только тогда перераспределение власти случится уже через указы княгини, постепенно. Понимаешь?
– Понимаю, но это долгий процесс.
– Эльфары не торопятся. Это люди спешат, они короткоживущие.
– Думаю тут можно разыграть неплохую партию. Они же не знают, что захватили демонессу и разгадать ее не смогут. У нее двойное прикрытие – ее метаморфоза и моя иллюзия. Если они договорятся с принцессой, то поднимать шум и кричать: – «где она» – не будут. Вот если не договорятся и убьют ее. То тогда переложат ответственность на тебя. Они считают, что находятся в двойном выигрыше. Устранят противницу их планов и свалят все на тебя.
– Ты хочешь сказать, что надо приказать Рабе слушаться их, а потом предъявить настоящую принцессу, когда придет время?
– Да именно это и хочу сказать. Когда они согласятся на Тору, как на княгиню, выведут ее на престол, то мы им представим настоящую эльфарку.
– Интересный ход, но опасный, – размышляя, произнес я.
Конца этой интриги я не видел. Чреватый путь, с непредсказуемыми последствиями… Хотя там где мы, там всегда опасно.
– Надо все хорошо продумать шаг за шагом, – произнесла Шиза.
– Да уж, – промямлил я. – Кто только будет думать?
– Посоветуемся с Чернушкой. Дзирды мастера интриг. Может что Ганга подскажет. Она из гГремучих змей, а те всегда плели свои интриги. У тебя есть кому думать, – уколола она меня.
– Я принимаю твое предложение, моя лебедь. Пусть думают мои невесты, не все же им доставлять мне неприятности.
Переложив ношу планирования на женский пол своего рода, я повеселел:
– Давай поищем, где там наша пропажа. Ты пока ищи, а я свяжусь с папашей Брыком.
Брык как помощник капитана корабля был рядом и слушал наш разговор, который мы вели молча. Это он умел.
– Брык, принимай пакет и передай его папаше, пусть тот выяснит кто эти люди и даст информацию Генри. Тот сможет с ней правильно распорядится.
Луковое чучело в военном мундире Новоросии замерло. И исчезло.
– Рабе на границе Вечного леса – сообщила Шиза, – и рядом та, что оставила платье в шкафу.
– Тебя переправлять?
– Переправляй.
Короткий миг темноты, легкое головокружение и я проморгавшись, увидел темную чащу леса. Рядом огромный муравейник. Над головой светило местное солнце. Ниже виднелись верхушки серых, голых, без растительности, уходящих грядой вдаль, невысоких гор.
Сканер показал, что я нахожусь недалеко, в лагах двухстах от владелицы платья, найденного в шкафу алхимической лавки и скорее всего это была еще одна чигуана – специально обученный агент для работы среди людей. Такая же безусловно красивая и опасная как Ринада.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я вышел в боевой режим и короткими телепортами подобрался к ней поближе. К моему удивлению девушка допустила оплошность. Она не расставила охранные заклятия. Видимо понадеялась на свое знание леса и отсутствие враждебных существ. Такое случается и с опытными агентами. Самонадеянность опасная штука.
