Читаем без скачивания Остров Тайна - Владимир Топилин

Редко на пути строительства лежневки встречается подходящий лес. Указанное инженером Махеевым направление ведет строго на запад. Метр вправо или влево – брак в работе. Был случай, когда, «отклонившись» от курса на пять метров влево, мужики потом выправляли триста метров моста.

Ровная, как стрела, дорога проходит мимо заросших кедрачом островков. Мужики берут лес с них. Чтобы подтянуть накатник к дороге, им надо сначала проложить мостик из двух бревен к островку, а потом доставить спиленные сутунки на веревке к лежневке. И так всегда. Тут и там, справа и слева к островкам проложены узкие, хлипкие, пихтовые мостки. Некоторые из них находятся рядом, можно докинуть камень, до других – двести, а то и триста саженей. Нетрудно догадаться, отчего и почему зависит выполнение дневной нормы по укладке.

Общая протяженность рукотворного моста уже составляла две с половиной тысячи метров. Здесь не надо кому-то из крестьян быть математиком или бухгалтером. Через каждые сто метров пройденного пути инженер Махеев сам ставил осоченную вешку или вбивал между бревен палку. Каждая десятая палка окрашивалась в красный цвет.

Каждая тысяча метров для ссыльных была праздником. Специально для этого случая Коробейников издал приказ: «При укладке лежневки до красной палки этот день считать выходным». К отдыху прилагался двойной паек. Мужики его так и называли: день красной палки. У крестьян был небольшой стимул к скорой работе. Но как тяжело давалась эта тысяча метров!

Медленно продвигается строительство на болоте. За этот год день выходной был всего лишь два раза. Это значило, что за все время работы люди отдыхали всего два дня, а праздничный паек выдавался дважды.

…Они подошли к месту работы. Остановились, присели на отбойники. Курильщики достали трубочки, насыпали по щепотке табака, пустили троицами по кругу. Егор Зырянов обратился к новичкам, распределил обязанности, кому с кем работать. Степан и Володька Мельниковы определились в бригаду Тихона Булычева, на заготовку продольных лаг.

– Вы силой посвежее да здоровьем помоложе, – пояснил Егор. – Покудова дух из вас не выбит, до зазимков надо как можно больше слег протянуть, а потом накатник сверху проще наложить.

Торопыга Гоша Подгорный, включенный в эту же бригаду, постарался поднять настроение:

– Ну, мы это враз организуем! Вон сколько нас! Норму в два счета перевыполним!

Старожилы горько усмехнулись, покачали головами:

– Смотри, паря, кабы пупок не надорвать. Были до тебя такие лихачи. Последнего, две недели назад закопали. А норма, брат ты наш, с ентого дня приказом повысилась без нас. Махеев знает, скоко народу на лежневку вышло. Бумажка все стерпит. А вот выдержишь ли ты? Надолго ли хватит? Это вопрос…

Мужикам послабее поручили таскать накатник. Бабы определились на более легкую работу, на укладку подходных путей, где пихтач потоньше. Подростки валили лес и пилили его на четырехметровые сутунки. Главы крестьянских семей: Иван Ерофеев, Никифор Мельников, Артем Маслов, Игнат Подгорный и другие, остались укладывать лежневку. Помолившись перед работой, все разошлись по своим местам.

В бригаде Тихона Булычева девять парней. Братья Мельниковы, Степан и Владимир, мало отличаются от остальных ростом и силой. Игнат Ерофеев, братья Костя и Мишка Масловы, Алексей Кузнецов, Иван Булычев, еще парни – что богатыри, ростом Бог не обидел. Плечи широкие, кость медвежья. Со стороны кажется, что вместе могут горы свернуть. Среди них только Гоша Подгорный выделялся малым ростом и короткими ногами. Однако в руках силища, что у зверя лесного. Под рубахой мускулы чугунные играют. Кулачищи по котелку. Смеется, сам про себя говорит:

– Хучь и недомерок я, но за пятку укушу!

С шутками да прибаутками все пошли друг за другом к недалекому мыску, где на пятачке поднятой земли возвышались вековые кедры. К островку по болоту еще вчера женщины проложили мостки, чтобы было удобнее ходить и таскать лес. Мостки неширокие, два пихтовых бревнышка, однако идти удобно, не по кочкам прыгать. До островка леса от лежневки около ста метров. Ближе в этом месте леса нет.

Идут парни к мыску. Володька Мельников посередине. Старается шагать посуху, но напрасно. Почувствовал сразу, как отяжелели, намокли старые бродни, к горячим ступням просочилась холодная вода. У других товарищей не лучше. Братья Масловы помрачнели, ведь у них на ногах залатанные чуни, в которых их арестовали ещё дома, в другой обуви попросту не выдали… Пока по бревнышкам дошли до места, все промочили ноги. А что будет дальше?..

На островке лежат готовыми две продольные кедровые лаги. Их вчера спилили ребятишки, отмеряли и оставили. Зная, что сегодня утром придёт помощь, свежие силы. Оба сутунка в комле толщиной в один обхват. Длина – двенадцать шагов. Лаги можно отпиливать любой длины: чем больше, тем лучше. Лишь бы хватило сил вытянуть на веревках до места укладки.

– Утащим или нет? – спросил Тихон. – Может, пару метров отрезать?

– Да ну!.. Не надо… Что мы, не мужики? Упрем! По воде легче пойдет, только поддай! – наперебой заговорили товарищи, и на этом вопрос был решен.

Обвязали сутунок тремя веревками. Одну накинули с вершины, две другие чуть подальше. Распределились на тройки. Сдернули сутунок с места: тяжело! Однако виду не подали, лишь бы с островка до воды дотащить. Поволокли лагу вперед вершиной. Сначала рывками, под общую команду Тихона, толкавшего бревно с комля. Потом внатяг, с силой упираясь ногами в землю.

– Р-р-разом и-и-и… взяли! – подал команду Тихон.

Парни напряглись. Тяжело, но сорвали сутунок с места, продернули несколько метров, встали с красными от натуги лицами. Улыбаются: идет дело! Бригадир опять рыкает:

– Р-р-разом… и – взяли-и-и-и!..

Вновь бревно вперед подалось, к болоту с каждым метром ближе. Осталось его с берега стянуть, а на воде уже легче.

Все встали перед последним рывком. В легких воздуха не хватает. Тяжело! Постояли, накинули веревки на плечи, уперлись ногами в землю. Тихон опять скомандовал: парни сорвали лагу с места, вытащили на болото, поволокли по воде. Тут дело лучше пошло, быстрее. Бревно, как рыба, заскользило по сжиженной массе. Наши молодцы, не успевая друг за другом, не имея общей сноровки, заскользили ногами по бревнышкам. Кто-то зачерпнул холодной воды в бродни, кто-то, оступившись, едва не упал, увязая коленями в грязи, кто-то вовсе искупался.

Сто метров пути показались дневным переходом по горам. Неудобно: скользкие, пихтовые бревна не дают хорошей опоры для движения, цепляясь за кочки и коряги. Через каждые десять метров – остановка, чтобы перевести дыхание, собраться с силами. Всё же мокрые с ног до головы, но довольные, доволокли парни лагу до места, хотя на это ушло немало сил и времени. Плотники на лежневке дивятся:

– Эко, каку бревнину притащили! Ну, тут сразу дело далеко продвинется! А что сами-то, никак обмокли? Ну, вон костер, грейтесь, подсыхайте!

Парням не до отдыха. Разгоряченные, довольные от удачно проделанной работы, торопятся назад, чтобы притащить сюда с островка второй сутунок, а уже потом немного передохнуть.

Пошли обратно, зацепили вторую лагу. Под команды Тихона потащили бревно по болоту. Теперь более слаженно, но все же, как ни старались, пришлось останавливаться по разным причинам.

Когда вернулись с ней и положили ее на место, время клонилось к вечеру. Начало темнеть. За это время другая бригада, кто постарше да послабее, свалили несколько деревьев, обрубили сучки, распилили их на десять четырехметровых сутунка. Женщины с подростками подтянули их к лежневке. Мужики, работавшие на укладке, положили их на продольные лаги, закрепили, сверху врубили отбойники. На этом решили работы закончить.

– Вот те и дневная норма! – отсчитав тремя шагами прибавившуюся дорогу, сухо проговорил Иван Ерофеев, и уже скорбно: – Так будем работать – на пайку не заработаем…

– А сколько положено за день выложить? – поинтересовался Степан Мельников.

– Пока вас не было, план пять метров был. Теперича, с вами, добавят.

– Так как же тогда, мужики, работать? Сегодня ни разу не присели, топора из рук не выпускали. Разве до темноты успеть десять метров уложить? – возмутился Игнат Подгорный.

– Их енто не интересует, – намекая на начальство, сурово выдавил Тихон Булычев. – Как скажут, чтобы норма была, и точка!

– Ноги протянем… Пуп надорвем… Детей с голоду заморим и сами сдохнем… Как быть? – полетели недовольные голоса новоприбывших, на себе сегодня испытавших все тяготы строительства лежневки.

– А вот как хошь, так и будь! Мы уже тутака… Каждый свое отмерял. Половину похоронили, а зима только начинается… – ответил Егор Зырянов. – Одначесь, что глотку драть?! Надо в тепло подаваться. Гляди, парни все мокрые, одежка льдом покрылась. Да и жрать охота! Утро вечера мудренее!.. – и двинулся в сторону острова.

Остальные молча последовали за ним.