— Я рад, но у меня есть дела, так что…
— Ты меня выгоняешь? — не поверила демоница и тут же прижалась к моему телу. — Даже не хочешь посмотреть, что я прикупила в нашем любимом магазинчике?
Я закатил глаза и, скомкав приглашение, присел на край стола.
— Хорошо, — сложив руки на груди и внимательно наблюдая за ней, сказал я. — Показывай.
Оливия победно усмехнулась и легким движением руки скинула с себя летнее пальто, представ передо мной в обворожительном нижнем белье с какими-то подвязками. Красивая фигура, красивое белье, красивая женщина…
За всю свою жизнь у меня было много демониц и все они прекрасны в своем роде, а суккубы еще более прекрасны, прямо до тошноты. В них нет ни единого изъяна — идеальные женщины. На любого смертного мужчину такая демоница производит неизгладимый фурор. Ведь именно дьявольская внешность позволяет суккубам очаровывать мужчин, а потом высасывать из них жизненную силу.
Самое отвратительное в этом то, что и у инкубов все точно так же. Смертные женщины сами готовы идти ко мне, загоняя себя в ловушку и без оглядки предлагая свое собственное тело на растерзание. Конечно, большинство из них находятся под гипнозом или под влиянием, но есть и те, кто готов в здравом уме отдать жизнь за ночь с инкубом. Сердобольные дамочки, начитавшиеся всякого дерьма в интернете, верят и ждут того черного принца с крыльями, готового ублажать их при первом же зове. К сожалению, ни одна из них не задумывалась о возможных последствиях от встречи с инкубом.
Но все-таки со временем я четко научился разделять две вещи. Первое — люди не виноваты, что подвержены нашему влиянию, и использовать каждого встречного для своей выгоды является крайней глупостью. И второе — каким бы прекрасным не был демон, это все равно демон со всеми его проявлениями.
Оливия могла бы очаровать меня в молодости, когда я делал слишком много глупостей и совершал безмерное море ошибок, как и любой другой. Сейчас же для меня она просто красивое тело, которое можно трахать, рвать, кусать и не бояться последствий. Я бы даже не сказал, что эта женщина является привлекательной… слишком искусственной кажется ее идеальность. Если подумать, то простая голубоглазая девчонка нравится мне гораздо больше. У Дийаны нет и никогда не будет демонической внешности, но зато у нее есть милая мордашка и яркие человеческие эмоции, которых лишены демоницы.
— Ну как? — Оливия покрутилась передо мной, демонстрируя свое тело со всех сторон. — Тебе нравится?
— Нет, — резко отрезал я и, скользнув по ней безразличным взглядом, прошел мимо.
— Ринар! — она догнала меня, когда я уже переступил порог столовой. — Ты на меня за что-то злишься?
Я поморщился и, обойдя ее по дуге, хмуро спросил:
— Нет. С чего ты взяла?
— Или тебе не понравился цвет? — попыталась догадаться демоница, непрерывно следуя по пятам. — Ты же любил все черное и кружевное…
Я закрыл глаза и мысленно сосчитал до десяти. Все это так не вовремя! Эта благотворительность и эта Оливия! Черт бы их побрал! И еще эта дрянная девчонка никак не выходит из головы! Надо с ней что-нибудь решить… Только что? Ловить неоправданную иллюзию за хвост — точно не моя прерогатива.
Раздраженно зарычав, я достал небольшую коробочку с лекарствами и положил ее на стол.
— У тебя что-то случилось на работе? — проводя рукой по моей спине, снова начала Оливия. — Лукас сказал, что ты взял его демоницу. Это правда?
Я прослушал ее вопрос, потому что все это время внимательно вчитывался в названия препаратов, которыми до этого момента никогда раньше не интересовался. До Дийаны Линда все время занималась мирнами, и это именно она следила за их кормежкой и физическим состоянием, а еще она следила за моим домом, собаками и садом. Если задуматься, то в целом мирны не представляют собой ничего ценного. Они как животные, которых нужно кормить время от времени и следить за их здоровьем. Одни умирают — появляются другие и так далее по бесконечному кругу. Помню ли я имена всех мирн, что у меня были? Нет… пожалуй, нет.
— Ринар?!
— Что? — я рассеянно на нее посмотрел.
— Что с демоницей? — повторила Оливия. — Правда, что ты взял ее на работу?
— Да. Я решил, что брать на работу людей стало не так выгодно.
Оливия согласно закивала, а я снова вернулся к этим непонятным лекарствам, пытаясь найти среди них хоть какое-нибудь обезболивающее.
— Подожди, а что ты делаешь? — задумчиво протянула демоница, заметив, чем я занимаюсь, и, не дожидаясь ответа, вырвала у меня из рук тюбик с человеческой мазью. — Ну и зачем это тебе?
Я почувствовал, как вены моментально проступили по всему телу, а вслед за ними и тонкая грань между самоконтролем и голодом рухнула окончательно. Оливия испуганно отшатнулась и тут же отдала мне мазь обратно.
— Это все из-за девчонки, да? — тут же догадалась она. — Ты не хочешь меня из-за этой людской паршивки? Тебе понравилась эта человеческая гадина?
Я раздраженно передернул плечами. Она меня злит… и ее слова меня злят. Возможно, это все из-за голода, а возможно потому, что отчасти это правда, которую я не хотел признавать. Меня редко интересовали мирны, ну если только в качестве еды или небольшого развлечения, но Дийана явно относилась к тому редкому явлению, когда мне хотелось ее погладить… не как собаку или другое домашнее животное (кем она, по сути, и является), а как девушку, маленькую и беззащитную, и отчего-то невероятно привлекательную.
«Голод. Это — все голод», — отмахнулся я от своих собственных мыслей.
— У меня был тяжелый день, Оливия, и обсуждать с тобой, как ты эпично выразилась, «человеческую гадину» я не намерен.
Выбрав подходящую мазь, я убрал все остальные лекарства обратно и вышел во двор.
— Ринар! Ты голоден! Это же сразу по тебе видно! Почему ты не ешь? Скажи мне! Это все она? Она бракованная? Или что? — демоница, не обращая внимания ни на мои слова, ни на мои предостережения, стала крутиться вокруг, не давая спокойно пройти вперед. — Она уже тебе в мозги залезла! Неужели ты не видишь? Ты не можешь от нее питаться? Такое бывает. Надо ее просто выпить до конца и искать новую. Ну, Ринар! Ты же это и сам все прекрасно знаешь!
— Ты бы хоть прикрылась, — устало вздохнув, посоветовал я, заметив, как Оливию заинтересованно рассматривает вся прислуга.
Демоница не мешкая вышла за мной во двор все в том же черном кружевном комплекте нижнего белья, ничуть не смущаясь восхищенных взглядов, которые кидала на нее охрана, и откровенно завистливых взглядов прислужниц.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
