время стоял».
Суммарно в Нагиева всадили 15 пуль. Оперативники даже получили команду сверху: живым не брать. Но он все равно выжил, хоть и потерял сознание. После этого Нагиева отвезли в больницу, врачи долго боролись за его жизнь. Правда, по легенде, медики знали, кто у них на операционном столе, и не особенно церемонились, так что вычерпывали кровь из живота… легендарным советским граненым стаканом. Звучит не очень правдоподобно, но после такого фантастического задержания удивляться не приходится ничему.
Здоровье у Нагиева все еще было убойное, раны заживали быстро и легко. Сам он настолько оправился, что после очередной сложной операции попросил у доктора закурить. А одну из медсестер пытался очаровать по отработанной схеме, чтобы та помогла ему бежать еще раз (благо, девушка отказалась).
Когда же маньяку окончательно полегчало, он обратился к следователям, мол, теперь, после неудавшегося побега, готов пойти на сделку с правосудием и показать точные места всех своих преступлений и изнасилований — в первую очередь тех, о которых милиция вообще ничего не знает и не догадывается. Но в МВД решили, что он таким образом хочет отсрочить свою смерть и создать подходящие условия для нового побега — все-таки даже с охраняемого места преступления сбежать гораздо проще, чем из расстрельной тюрьмы.
В итоге правоохранители решили не тянуть с наказанием, да и высшее руководство МВД постоянно интересовалось, почему столь опасный преступник все еще жив. Наконец 5 апреля 1982 года Нагиева повели на расстрел. Бешеный до самого конца пытался отсрочить момент смерти и уже на пути к месту казни умудрился укусить конвоира — чуть ли не фалангу пальца отхватил. Правда, таким образом он выиграл лишь пару лишних минут жизни. И приговор был приведен в исполнение почти вовремя.
Точное количество жертв Нагиева неизвестно до сих пор. Хотя вряд ли его расширенные признания взамен поспешного расстрела помогли бы установить всю правду окончательно.
Самое интересное, что Анатолию Нагиеву на момент казни было всего 23 года. Вся его история создает совершенно другой образ — чудовище безумной физической силы. Настоящий зверь, живущий лишь инстинктами и низменными позывами. То, как он терял самообладание и приходил в бешенство от грубого ответа или в условиях малейшей угрозы, и то, как он уходил от преследования, не иначе как благодаря звериному чутью.
При этом многие эксперты писали, что Нагиев был буквально соткан из противоречий. Ненависть к женскому полу сопутствовала безумному сексуальному желанию. Бешеный нрав чередовался с галантными манерами, благодаря которым он и завоевывал внимание многих девушек. Яростная одержимость Пугачевой в одночасье охладилась и сменилась страхом, как только он увидел свой идеал на расстоянии вытянутой руки (если верить легендам из желтых газет). И при всей своей вспыльчивой натуре дезорганизованного маньяка он не был чужд некой изобретательности, тяги к импровизации и животной воли к жизни. Эдакий человек-медоед: практически неуязвимый, не знающий страха и живущий по своим законам. В какой-то мере это было бы даже романтично — если бы Нагиев не убивал и не насиловал ни в чем не повинных девушек.
Мы в «Дневниках Лоры Палны» часто спрашиваем себя: на что был бы способен человек подобной энергии, если бы направил ее в социально приемлемое русло. И не всегда находим ответ, потому что в нашем мире слишком мало таких примеров. Даже если и существуют гениальные визионеры, горящие идеалисты и просто люди, которые прекрасно делают свою работу, никто не знает, на что они были бы способны, если бы выпустили на волю свою темную сторону…
Леди Синяя Борода
Кто бы что ни говорил, а женщины в корне отличаются от мужчин. И на примере серийных убийц это видно как нельзя отчетливее. Во-первых, по желанию жестокой природы мужчины в основном обладают большей физической силой — так что им логически проще совершать насильственные преступления. Согласны, звучит цинично, но это подтверждается многолетними исследованиями.
Во-вторых, многие маньяки движимы сексуальным мотивом, и, по статистике, именно мужчины контролируют его гораздо хуже. Неудачный опыт переходит в обиду, трансформируется в ненависть и порой приводит к неожиданным и в то же время предсказуемым результатам. Свет узнает о разных типах маньяков — о тиранах (которые мучают и убивают ради контроля), миссионерах (движимых навязчивыми идеями и «высокой» целью»), сластолюбцах (где убийство — лишь способ получить удовольствие). И в итоге подавляющее большинство тех же персонажей «Дневников Лоры Палны» идут не только на убийства, но и сочетают их с изнасилованиями. А вот женщины-маньяки совершают сравнительно немного сексуальных преступлений — опять же, из-за физиологии и чаще всего в паре с мужчиной-насильником.
Все та же беспощадная природа сделала женщин в массе своей физически слабее. Это определило и почерк многих маньячек, и выбор их жертв. По статистике, от рук серийных преступниц погибают более слабые и беззащитные (дети и старики), а для убийства они склонны выбирать не ножи и пистолеты, а яды.
Поводы для преступлений тоже различаются. Среди прочих исследователи выделяют банальную обиду или месть. Причем не какой-то особенной категории жертв: как раз мужчины-маньяки чаще склонны мстить, например, «всему женскому роду». Месть женщины конкретна, направлена против определенного обидчика — жестокого сожителя, раздражающего руководителя, злобного родственника. Второй, столь же распространенный мотив не менее банален — деньги.
В погоне за богатством многие женщины-убийцы не останавливаются ни перед чем. И все же даже у них есть неприкасаемые границы — собственные дети. Что можно сказать о человеке, который всего лишь ради денег готов лишить жизни не просто ребенка, а своего ребенка? А ведь именно этим прославилась Белль Соренсон Ганнесс — одна из самых одиозных серийных убийц молодой Америки. Газеты звали ее Адской Белль (Hell’s Belle) за чудовищность совершенных преступлений. А тот факт, что ее жертвами становились в основном мужья и воздыхатели, принес ей такие прозвища, как Черная вдова и Леди Синяя Борода.
Череда неслучайностей
Несмотря на то что большая часть истории Адской Белль разворачивается в США, начинается она на другой стороне земного шара — в Норвегии, в маленькой деревушке Сельбу средь фьордов и скал. Правда, точное место ее рождения доподлинно неизвестно — да и вообще вся ее ранняя биография состоит из скудных сведений вперемешку со сплетнями. Простая большая семья Сторшетт — отец-каменщик, мать-крестьянка, семеро детей по лавкам. И в 1859 году на свет появляется восьмая девочка, называют ее Брунгильдой — а полностью Брунгильда Полсдоттер Сторшетт. Росла она обворожительной, тихой и нежной девочкой, эдакой сельской
