Читаем без скачивания Инвестиго, из медика в маги. Том 1 - Илья Рэд

class="p1">Труп достиг дна, и Марк — вместе с ним. Остатки воздуха покидали лёгкие. Казнь через утопление. Как банально.

Этот труп всплывёт где-то через неделю вместе с ним. Летом на это ушло бы три дня. Бактерии в его желудке продолжат жить, выделяя углекислый газ, аммиак, метан и водород. Выхода им не будет, и поэтому они заполнят полости его тела, делая его более плавучим.

Стоп. Он подумал про казнь? Марк кое-что вспомнил. Рукой, в которой не было стекла, он сделал усилие и создал сферу воздуха вокруг головы. Вода вытеснилась, и Марк смог вдохнуть. Пузырьки тут же устремились вверх. Синтез воздуха оказался небесполезен. Осталось три маны.

Немного отдышавшись и успокоившись, Марк занялся верёвкой. Кислород в созданной сфере не бесконечен. Марк это понял спустя три минуты, когда стало тяжело дышать. Почти закончил.

Вода сильно охладила тело, и пальцы с трудом слушались. Пришлось создать вторую сферу и продолжить. Спустя пару минут верёвка поддалась и он освободил руки. Теперь нога.

Развязав узел, он почувствовал свободу. Надо всплывать. Посмотрев наверх, Марк заработал ногами, и острая боль прервала намерение всплыть. Нога. Кислород второй сферы подходил к концу. У него где-то семь или восемь минут, чтобы добраться до суши, но это ещё не всё. Нужно уйти подальше от места падения — если бритый увидит, как он выползает на берег, то быстро поймает его. Марк не знал, ждёт тот на мосту или ушёл, но рисковать не стоит.

Он запрыгал по илистому дну, рассчитывая на течение. Желательно оставить одну единицу маны. Если он не умер от воды, то велик шанс помереть от холода или воспаления лёгких. Он ускорился и потратил последнюю сферу.

Сейчас. Свернул на правый берег. Воздух почти закончился. Марк набрал в лёгкие последние остатки и убрал сферу. Берег уже был близко, но воздух почти закончился. Тогда он оттолкнулся от дна и всплыл на поверхность, быстро вдохнул кислорода и снова продолжил своё подводное путешествие. Повторил так ещё пару раз и вот он на суше.

Огляделся. Мост был далеко. Марк напряг зрение. Вроде никого не было видно. Он перевёл дух, развалившись на траве. Холод поздней осени напомнил о себе. Лесная чаща шла вдоль берега. Марк отыскал взглядом парочку упавших деревьев и сделал себе импровизированный посох. Его одежда вся мокрая. Нужно обсушиться, но делать это вблизи моста он не хотел — боялся, что дым от костра привлечёт внимание.

Не теряя времени, Марк двинулся вдоль реки по течению. В лес заходить было стрёмно. Он не знал местности, так что решил не рисковать. Шмыгая носом, Марк пыхтел и опирался на посох, шаг за шагом удаляясь от проклятого места. Сколько раз он говорил себе быть осторожней и всё равно вляпался. Мокрые ботинки хлюпали по траве. Остановившись, Марк снял их и вытряс остатки воды. Так лучше. Надо двигаться, чтобы сохранять тепло.

Тело уже начинало дрожать от холода. Пусть дрожит — это приспособительная реакция. Капельки стекали по волосам. Вот и голова трясётся. С носа капнуло. Марк выдыхал пар. Зубы застучали.

Он крепче сжал палку и, когда река завернула вправо, решил, что всё. Ему нужен привал и тепло. Вдоль берега валялся сухостой из нескольких деревьев. Отличное топливо для костра.

Сейчас он похож на больного Паркинсоном[17]. Дрожащей рукой Марк наломал хвороста и на последнюю ману разжёг костёр. Немного обогрелся и наготовил головешек впрок, чтобы не бегать с больной ногой туда-сюда. Отломив у деревьев три тонких палочки, Марк воткнул две из них, что заканчивались рогаткой, в землю по краям от костра. Третью поместил сверху и на неё повесил сушиться вещи. Обувь придвинул поближе к огню.

Тепло возвращало к жизни. Щёлкающие звуки костра заполняли тишину и действовали успокаивающе. Зашипела немного отсыревшая деревяшка. Марк снял с себя всё и сидел сейчас голый, подставляя то одну, то другую часть тела к огню. Ночь ещё не отступила. Иногда где-то там в лесу вспархивали неизвестные птички. Звуки насекомых. Марк ударил по плечу, избавляясь от назойливой комарихи.

Через полчаса он уже сидел почти одетый. Верхняя одежда и обувь всё ещё сушились. В животе урчало. Есть было нечего. Дрова заканчивались. Марк обулся и не спеша направился в тёмную часть леса набрать немного хвороста. Нужно было решить: оставаться здесь и поддерживать огонь до утра или двинуться дальше по течению, в надежде отыскать людей.

Марк защёлкал сухими ветками, засовывая под мышку готовый хворост. Набрав достаточное количество, он перехватил их другой рукой и захромал к костру, представляя, как и дальше будет сидеть, слушая хруст горящего дерева. Не хруст, а пощёлкивания. Языки пламени. Нет. Мысли прервал хруст.

Марк обернулся и увидел чьё-то лицо, выдернутое из темноты светом костра. Он дёрнулся назад, наступил на больную ногу и полетел вниз, разбросав хворост. Боль хоть и проткнула насквозь, но он тут же встал и облокотился на посох, ища взглядом маленькое детское лицо. В той стороне никого не было. Он сжал крепче палку, сердце сильно стучало. Он медленно отступал к костру. Там точно кто-то был!

Стояла странная тишина. Только костёр вылизывал головешки сухостоя. Марк надел недосушившуюся одежду и внимательно следил за лесом. Сзади текла река. На него с той стороны не нападут — он услышит по плеску воды.

В горле пересохло. Марк не мог убрать взгляд в другую сторону. Деревья и кустарники переплетались в причудливом узоре черноты и теней.

— Кто там? Выходи!

Он немного осмелел. На то была причина. Костёр потихоньку угасал — ведь Марк выронил весь хворост. Это был ребёнок. Девочка. Марк готов поклясться, что видел её. Может, она заблудилась и боится его? Это нелогично. Любой ребёнок, увидев костёр и человека в лесу, тут же выбежит.

Может, у него глюки? Нужно что-то делать: если огонь погаснет, он останется один на один с этими мыслями. Но ноги — точнее, нога — не хотели идти.

Справившись с собой, Марк сглотнул и медленно направился к выроненному хворосту. Поле его зрения было немного ограничено, но он успевал осматривать обе стороны. Ничего не происходило, но и звуков птиц и насекомых тоже не было. Он упал на колени и быстро начал складывать спасительный хворост. В голове первобытно кричало одно матерное слово. Собрав почти всё, Марк вскочил на ногу и попятился назад, контролируя взглядом лес.

Ничего не происходило, и Марк добрался до костра без происшествий.

— Помогите мне.

Умоляющий детский голос. Откуда? Марк сейчас мог побить любой рекорд по неморгающему