Оглянулась с опаской и встретилась с открытым глазом, смотрящим на меня. Это было то еще зрелище! От страха у меня зашлось сердце, а глаз моргнул, и Мэл отнял от подушки голову, явив помятое лицо со следами складок от наволочки. Чистое, без признаков вчерашнего мордобития.
- Ты как? - спросил хриплым со сна голосом и прокхыкался.
Я пожала плечами.
- Голова не кружится? - поинтересовался он обеспокоенно.
Для проверки пришлось повертеть ею по сторонам.
- Осторожно! - воскликнул озабоченно Мэл, словно голова была стеклянной и могла разбиться. - Как зрение? Хорошо видишь?
Я кивнула. По крайней мере, Мелёшин виделся четко, с легкой небритостью, взъерошенными волосами и небольшим шрамом над бровью.
- Подожди, я сейчас, - сказал он и отпустил меня для того, чтобы потянуться. - А ты не вставай! - приказал, увидев, что пытаюсь выбраться из постели.
Полежав немного, он сел с краю, спустив ноги. Что и говорить, огромная кровать оказалась великолепной. Одеяло - легкое и теплое, матрас - мягкий и удобный, а подушки так и манили завалиться на них и дрыхнуть без перерыва трое суток.
Мэл произвел какие-то манипуляции у тумбочки и подал стакан, в котором плескалась оранжевая водичка. Со дна поднимались пузырьки от двух быстрорастворяющихся шипучих таблеток.
- Витаминно-минеральный комплекс для ослабленных вис-травмами различной степени тяжести, - пояснил он. - С апельсиновым вкусом. Тебе понравится.
Но я не решилась взять. Вдруг руки не удержат, и оранжевые пятна уляпают одеяло с матрасом? Мелёшин истолковал заминку по-своему.
- Вкусно, - заключил, сделав глоток и облизнув губы.
Потом, видимо, понял, в чем кроется причина нерешительности.
- Давай помогу.
Он помог мне сесть в кровати.
- А сейчас кружится?
Я показала узенькую щелочку меж двумя пальцами. Вложив стакан в мои ладони, Мэл обхватил их своими и осторожно поднес к моему рту. Так мы и пили вдвоем, вернее, Мелёшин поил меня: мелкими глотками с частыми перерывами. Витаминный напиток действительно оказался вкусным.
- Ты должна выпить всё. Организм обезвожен, нужно восполнять потери, - пояснил Мэл, следя, чтобы я не захлебнулась.
Когда стакан опустошился, я откинулась на подушку и потянулась. Водичка обладала чудодейственным эффектом. Мышцы на глазах наливались силой и энергией, натягиваясь как струны и требуя вскочить и запрыгать на пружинном матрасе, чтобы достать до балдахина руками.
- Без меня не вставай, - велел Мэл и направился к неприметной двери, сливавшейся своей идеальной бежевостью со стеной. Зато темная дверь напротив кровати однозначно сигнализировала о выходе из опочивальни во внешний мир.
Пока Мелёшин отсутствовал, в голове начали роиться вопросы, и чем дальше, тем сильнее меня раздирали наплодившиеся непонятности. Чтобы разрешить их и для начала внятно задать, я интенсивно прокашлялась и вздохнула несколько раз полной грудью. Ура, снова могу дышать во весь объем легких!
Наконец Мелёшин, посвежевший и с влажными волосами, появился из-за двери. А я-то какова? Наверное, с запавшими глазами и втянутыми щеками, как скелет.
Мэл подошел к кровати и протянул руку:
- Попробуем встать?
Сев на постели, я прижала в одеяло к груди.
- Эвка, что у тебя такого особенного под ним? - поинтересовался Мелёшин с мягкой иронией.
Я смутилась, а потом ответила:
- Много чего. - Получилось сипло, словно у тяжелопростуженной. - Захочу, еще и в простыню замотаюсь.
- Ты можешь, - улыбнулся Мэл, заставив меня растеряться. - Иди сюда.
Ухватив протянутую ладонь, потянул на себя. Охнув, я встала в полный рост на краешке кровати, а Мелёшин удерживал за талию обеими руками. Подняв голову, смотрел на меня, в то время как я с высоты положения разглядывала его лицо, и в памяти всплывали слова Мэла в машине - уговаривавшие, призывающие услышать. И потом, в тишине ночной комнаты, он тоже говорил. Скупо и немногословно, но достаточно для того, чтобы сейчас мое сердце забилось с перебоями, отгоняя предательскую мысль о том, что сказанное могло оказаться наигранным и неискренним.
Прошедшая ночь стала точкой отсчета других, новых отношений с Мэлом, и пусть пока непонятно, какими они будут, и какие завихрения преподнесет судьба в дальнейшем, я ни на миг не пожалела, что доверилась вчера Мелёшину.
- Ты ниже меня на две головы, - сказала гордо сиплым голосом.
- На одну, - поправил он, улыбаясь.
Оглядев здоровые руки Мелёшина, я провела по щеке там, где вчера красовалась ссадина от кулака Тёмы.
- А где боевые раны?
- Заживали рядом с тобой, - ответил Мэл, поймав губами мою ладонь. - А сзади забыла укрыться.
Я почувствовала, как его пальцы поглаживают спину - приятно и расслабляюще. Глаза так и норовят сами собой закрыться. Встряхнув головой, отбросила наваждение.
- Где Аффа? - спросила, чтобы отвлечься. - И Макес?
- Уехали вчера на такси, - сказал Мэл, продолжая гладить. Палец зацепился за застежку и отпустил. Резинка легонько хлестнула меня по спине.
- И-и... - хотела я о чем-то спросить, но тут же забыла, потому что его руки ловко расстегнули крючочки и продолжили беспрепятственно рисовать на спине затейливые узоры.
- И строго-настрого велела передать, чтобы ты позвонила при первом удобном случае, - продолжил Мэл, и пока говорил, его руки перебрались со спины вперед, шаря под одеялом.
Меня закачало. Чтобы удержаться на ногах, я вцепилась в плечи Мэла.
- Голова закружилась? - спросил он, и мне показалось, мурлыкнул.
- А...га, - выдавила и, не сдержавшись, выдохнула в голос, когда его пальцы начали обхаживать чувствительные места, поглаживая и сжимая.
- Зачем оно нужно? - спросил Мэл и зубами помог сползти одеялу, лишенному поддержки в виде моих рук. - Только мешает.
А после пришел на помощь своим пальцам, оказав им поддержку ртом.
- Сейчас... упаду, - просипела я, отдавшись во власть пронзительных ощущений, накатывавших крутыми валами. Мэл крепко обхватил меня одной рукой, продолжая процесс, а я не сдерживаясь, отзывалась на ласки, насколько позволяло саднящее горло, и, прижавшись к Мелёшину, потерлась.
- Еще, - хрипло попросил он, оторвавшись на секунду.
Неожиданно Мэл начал опрокидывать меня назад, и я, испугавшись, что он уронит, крепко прижалась к нему. Однако Мелёшин, придерживая, уложил меня поперек кровати, а сам навис сверху, и, не давая очнуться, начал покрывать поцелуями лицо, шею, плечи, спускаясь ниже.
Блаженство затопило тело, заливая томлением вплоть до кончиков пальцев, шарящих по спине Мэла. Какое расстройство, что он не снял рубашку! Мне хотелось почувствовать ладонями жар его кожи, почувствовать её вкус на языке. Довольствуясь тем, что имеется, я захватила его губы, с восторгом ощущая ответный отклик.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
