Читаем без скачивания Между завтра и вчера (Ванильный вкус поцелуя) - Элли Десмонд

— Значит, я узнаю эту новость не первым? Даже этой чести ты меня не удостоила?

Дженифер никогда не думала, что его голос может звучать настолько свирепо и зло. Приподняв руки, как будто в мольбе о пощаде, она тут же безвольно уронила их на колени и опустила голову.

— Я не намеревалась разговаривать с Адрианой, Райан, — приглушенным голосом, даже себе самой показавшимся странным, произнесла она. — Так получилось…

— Я даже не сомневаюсь, что ты не собиралась с ней разговаривать! — проревел Райан. — Если бы все складывалось по-твоему, ты и со мной никогда в жизни не поговорила бы!

— Нет! — вскрикнула Дженифер, резким движением поднимая понурую голову. — Я планировала рассказать тебе правду именно в эти выходные! Если бы ты только знал, как тяжело мне было носить в себе эту тайну на протяжении целых восьми лет!

— Для того чтобы освободиться от этого груза, ты выбрала самый что ни на есть подходящий момент! — выпалил Райан. — В доме полно моих родственников, все приехали, чтобы познакомиться с тобой, чтобы провести вместе с нами сегодняшний вечер!

— Выслушай меня, Райан, умоляю! — Дженифер наклонилась вперед и попыталась взять его за руку, но он отшатнулся в сторону. — Клянусь тебе, я не…

— Я не желаю слушать твоих оправданий!

— Но…

— Ты обошлась со мной как с последним проходимцем, Джен!

— Позволь, я все объясню!

— Ты непременно мне все объяснишь, только не сейчас, а в тот момент, когда я этого захочу! — Взгляд Райана метал сверкающие молнии. — В данную же минуту мы оба должны сидеть за столом — через пять минут подадут десерт.

— Нет, нет, нет! — запротестовала Дженифер, крутя головой. — Я не смогу теперь смотреть в глаза твоим родственникам, не подвергай меня этой пытке!

Райан устрашающе рассмеялся.

— Думаешь, только тебе позволено издеваться над людьми?

— Я ни над кем не желала издеваться, я…

— Не распинайся, моя дорогая, — шагнув к ней и наклонившись, проговорил Райан со зловещей улыбкой на губах. — Потом обо всем мне расскажешь, в более подходящее время. Я уверен, что сейчас ты без труда найдешь в себе силы вернуться за стол и продолжить одаривать гостей своими фальшивыми улыбками.

— Нет! — выкрикнула Дженифер. — Я не смогу! У меня не получится…

Райан схватил ее за руку, решительным рывком поднял на ноги и с неумолимостью робота повел к выходу.

— Все у тебя получится, моя дорогая. В твоих артистических способностях я ни секунды не сомневаюсь. Час назад у тебя чудесно выходило дурачить всех и вся, выйдет и сейчас!

У Дженифер не было другого выбора. Торопливо семеня вслед за Райаном по длинному коридору, она свободной рукой поправляла волосы и дула на вспухшие веки, пытаясь привести себя хоть в относительный порядок.

Хорошо, что на улице было уже темно, а разноцветные гирлянды, развешанные на деревьях и протянутые вдоль стен дома, освещали лица собравшихся за столом весьма неярко. Кроме того, внимание захмелевших от дорогого вина и всеобщего веселья людей к этому моменту заметно притупилось, и они не увидели в лице Дженифер, вернувшейся на свое место и натянувшей на губы улыбку, ничего особенного.

Десерт подали ровно в половине десятого. Чей-то глубокий мужской голос произнес:

— А помните, как наш Райан, будучи пятилетним мальчишкой, один укатил в город?

Все присутствующие залились веселым смехом, тему воспоминаний о детстве Райана с удовольствием подхватили. Дженифер сознавала, что все эти истории рассказывают для нее, и делала вид, что с увлечением их слушает, и улыбалась, когда смеялись все остальные, хотя ничего не слышала и не понимала.

Только Райан и, быть может, Адриана с бабушкой замечали, как высоко поднимается под тонкой тканью блузки ее грудь, как подрагивают веки, как напряженно сложены губы. Увидел Райан и как по ее щеке покатилась слезинка, и как она, мужественно сохраняя нейтральное выражение лица, взяла салфетку и вытерла эту слезинку, притворившись, будто промокает уголки губ.

На то, что к десерту она даже не притронулась, обратил внимание лишь Малькольм — образцовый дворецкий, сын сына дворецкого, верно служившего герцогу Таунсенду еще в прошлом столетии.

Райан искренне хотел воспылать к Дженифер ненавистью, порадоваться ее страданию, насладиться ее подавленностью. Однако то, что ее голова опускалась все ниже и ниже, то, что все сильнее и сильнее тускнели зеленые глаза, доставляло ему лишь боль.

Он разговаривал с родными, смеялся, поглощал поданные на десерт сладости, но все его существо стремилось утешить Дженифер, ему с трудом удавалось удерживать себя от того, чтобы погладить ее по голове.

Возможность улизнуть выдалась Дженифер только тогда, когда толпа гостей перешла в большую гостиную, где их уже ждали горячий кофе и бренди. Еще вчера она умирала от любопытства, задаваясь вопросом, как выглядит это помещение. Сегодня же едва обратила внимание на его огромные размеры и изысканное роскошество обстановки. В данное мгновение ее мозг чуть не лопался от напряжения, а сердце рвалось на куски от беспомощности и боязни будущего.

Отыскав глазами Райана и заметив, как, разговаривая с сестрой, он нервно теребит пальцы, она торопливо вышла в просторный холл, приблизилась к раскрытому окну, высунула на улицу голову и посмотрела на усеянное звездами небо. Их мерцание показалось ей настолько спокойным и холодным и так не соответствовало ее нынешнему состоянию, что она зажмурила глаза.

Кто-то из гостей завел песню. Несколько голосов — мужских и женских — дружно подхватили ее. Часов пять назад, когда родственники Райана только собирались, Дженифер искренне завидовала ему, мечтая, чтобы и у нее была такая же большая веселая сплоченная семья. Теперь же присутствие столь многочисленного скопления людей и производимый ими шум действовали на нее раздражающе.

А кто мешает мне уйти в свою комнату? — вдруг подумала она. Зачем я торчу в этом необъятном холле? Зачем издеваюсь над собой? Райан, конечно, озвереет, заметив мое отсутствие, но он и так безумно зол, а значит, с моим уходом Ничего не изменится.

Дженифер решительно направилась по коридору к лестнице, но, дойдя до переднего холла и бросив взгляд на одну из картин в золоченой раме, на несколько мгновений замерла, будто остолбеневшая.

С картины на нее смотрела дама средних лет с ясными миндалевидными глазами и мальчишечьи дерзким выражением лица. Дженифер не требовалось спрашивать у кого бы то ни было, кто эта женщина. Она сама знала ответ.

Если бы Элис не доводилась Райану дочерью и если бы Дженифер не видела фотографию его матери в детстве, она, наверное, не рассмотрела бы сейчас сходства изображенной на портрете женщины со своей дочерью. Слишком взрослым был взгляд этой женщины, слишком четко очерченным — овал лица, слишком темными были волосы. Но Дженифер знала, что перед ней портрет бабушки Эл, и черты, которые внучка унаследовала от этой дамы, буквально бросались в глаза.