Следующее агентство, подвергшееся нападению, называлось "Джой" и находилось на проспекте Маклина в доме 17. Преступники действовали по той же схеме, но гораздо циничнее. Почувствовав безнаказанность, они стали бесчинствовать, не считаясь ни с какими нормами. В два часа ночи, ворвавшись в "Джой", Фибровский, Авдеев, Банза и Гришечкин избили до бесчувствия охранника Низюка, раздели девушек, отобрали все ценности, деловито сложили в сумки понравившиеся вещи. Затем они выбрали двух самых смазливых девушек Олю Пузырькову и Наташу Мамонтову и увезли с собой. Девушек доставили в офис на Парашютную и потребовали ублажать всех четверых. Опасаясь насилия и побоев путаны были вынуждены выполнить все требования налетчиков. В квартире бандиты были без масок и девушки прекрасно запомнили их лица. Утром Наташу и Олю отпустили, пригрозив, что убьют, если те заявят в милицию. При этом один из бандитов точно назвал адреса проживания девушек и составы семей, чем очень напугал потерпевших. Девушки были вынуждены молчать.
Разбойные нападения на офисы и отдельных проституток все учащались, становились все более циничными и жестокими. Неизвестно сколько бы продолжались эти бесчинства, если бы не вмешательство Майи Беловой.
Однажды, придя из больницы, Иван Скороспелов рассказал Майе о вновь поступившей пациентке. Ее привезли утром едва живой и поместили в реанимацию. Туда вызвали его, гинеколога. У женщины были множественные разрывы половых органов. Ее кто-то грубо насиловал и избивал. Скороспелов узнал её. Ему приходилось осматривать эту женщину в период, когда подхалтуривал в "Пчеле Майе". Это была Любовь Грязнова. Майю словно током прожгло. Ее подруга из-за каких-то подонков находилась при смерти. Она-то знала, что проституция - профессия рискованная. Никогда не знаешь кто будет пользоваться твоим телом - галантный мужчина или зверь, приятная компания или толпа грубых и пьяных мужланов. Но в последнее время она все чаще слышала о начавшемся беспределе в мире предоставления интимных услуг. Кто-то регулярно нападал на офисы, избивал женщин, отнимал ценности, насиловал. Вызываемых в квартиры проституток просто грабили, а попользовавшись, просто прогоняли.
На следующий день Майя с помощью Ивана смогла проникнуть в реанимационную и посмотреть на подругу. На ней не было живого места. С большим трудом избитая прошептала: "Это Фибровский".
Майя Белова, "пчела Майя", в природе которой было заложено помогать всем нуждающимся, близко к сердцу принимать чужое горе, решила действовать. Надо было остановить грабителей и насильников.
Иван Скороспелов глубоко пожалел, что рассказал Майе о происшествии с Грязновой. Его женщина, которая, как он думал, уже забыла о своих прежних занятиях, вдруг стала пропадать по ночам. Скороспелов ревновал и сердился, ругал женщину, но она, как одержимая, снова бросилась в старый омут. Вскоре Майя совсем исчезла. По старым связям Скороспелов узнал, что она числится в сводническом агентстве "Красавица Востока", которое держит некий Зураб.
Иван Михайлович отыскал Майю. Она просила простить её, говорила, что может быть ещё вернется. Скороспелов был вне себя, но ничего не мог поделать. Майя просила оставить её на время. Ему показалось, что женщина не в своем рассудке. Было обидно, что он, вполне достойный мужчина, отвергнут ради грязного занятия - продажи собственного тела. Он готов был убить её. её поступку не было прощения. Скороспелов ушел.
Нет, Майя Белова была в своем уме. И действовала расчетливо. Она знала, что рано или поздно Фибровский, Базна и Авдеев выйдут на нее. Она отказалась работать в их фирме, а вот в "Красавице Востока" - пожалуйста. Ее, элитную проститутку, обязательно решат наказать.
Ждать пришлось недолго. Однажды ночью, выехав по вызову очередного клиента, она столкнулась с ними. Приехав в адрес, машина остановилась. Ее, водителя и охранника буквально вырвали из салона четверо мужчин и быстро препроводили в находящееся рядом здание школы. Школьный сторож был запуган и безучастно сидел в углу. При свете Фибровский узнал Майю. Он медленно снял с неё украшения. В это время трое других избивали дубинками водителя и охранника. Они требовали назвать адрес их агентства, рассказать сколько там "телок" и сколько примерно денег в кассе. И тогда Майя по старой дружбе предложила Фибровскому сотрудничество. Она пообещала сообщить, когда удобнее всего взять "Красавицу Востока". Фибровский дал Майе номер своего пейджера. Они договорились об условном сообщении.
На следующий день Майя позвонила Александру Шатилову. Во время личной встречи Майя рассказала о трагедии её подруги Любы Грязновой, о других пострадавших от тех, кто называет себя полицией нравов. С телефона Шатилова было послано сообщение на пейджер Фибровского. Всего четыре цифры: 1509. Это означало, что в ночь на 15 сентября - наиболее удобное время налета на "Красавицу Востока".
Операцию по захвату бандитов Шатилов провел блестяще. Фибровский, Банза, Авдеев и Гришечкин были задержаны с поличным.
В эту ночь Майя Белова вернулась в коммунальную квартиру, где они со Скороспеловым снимали по комнате. Ивана не было дома. Майя легла на кровать и уснула. Проснуться ей было не суждено. Вернувшийся домой Скороспелов сначала сделал укол, сразу парализовавший женщину. Затем вогнал ей в вену ещё три объема шприца. То же самое он проделал с собой, но выжил.
Более "удачно" он покончит с собой пять лет спустя, когда Шатилову станет известна тайна смерти Майи Беловой.
Суд над подпольной полицией нравов, суд над бандой, совершавшей разбойные нападения, состоялся два года спустя после задержания. Фибровский, Банза, Авдеев и Гришечкин получили длительные сроки лишения свободы.
Во время суда Александр Шатилов служил в составе оперативно-следственной бригады на территории Чечни. Проезжая по Ставрополью, он почему-то вспоминал, что где-то здесь родилась девочка Майя, которой было суждено погибнуть странной смертью в далекой северной столице. И что где-то здесь, наверняка в нищете, подрастает её дочь.
