на моём теле, о его жарком шёпоте, о его откровенных признаниях тут же всплыли в моей голове.
То, что вчера я до последнего держала в себе, вырвалось слезами наружу. Я рыдала в голос, не стесняясь, зная, что меня никто не услышит. Размазывала слёзы по лицу, кусая до синяков руки. Физической болью пыталась заглушить моральную. Ту, что съедала меня изнутри. Ту, что острыми иглами колола сердца, не давая вдохнуть полной грудью.
Так больно мне не было никогда. Даже когда умерли мама с бабушкой. Тогда я полностью не могла осознать всё горе, которое на меня навалилось. А сейчас меня корёжило так, что хотелось вырвать сердце из груди. Лишь бы не было так плохо.
Лишь бы не расщепляло больше на мелкие кусочки. Когда слёз совсем не осталось, поплелась на кухню пить чай с ромашкой. В холодильнике было пусто, а на полке в настенном шкафчике я смогла найти только пачку печенья. Открыла её, но поняла, что есть не могу. Ком в горле мешает. Взяла в руки телефон. Увидела девяносто семь пропущенных от Миши, двадцать три от Леры и один от Никиты. Разблокировала экран. Тут же заметила, что Миша прислал огромное количество сообщений. Больше сотни. Даже читать не стала. Удалила все одним махом, снова зло стирая горькие слёзы со щёк.
Открыла сообщение от Никиты:
Как придёшь в себя, позвони. Тебя тут Миша ищет. Не знаю, что у вас с ним случилось, но о твоём местоположении говорить ему ничего не стал. Люблю тебя, Ксюш. И жду дома.
Ищет он меня значит! Кинула телефон на стол, из-за чего на экране появилась трещина.
Будто услышав меня, Миша снова позвонил. Смотрел на экран, закусив до крови губу. Уже не замечала, что по щекам текут слёзы. Всё же нажала на зелёную кнопку, принимая вызов.
— Дюймовочка моя, — слышу до боли в груди любимый голос, который звучит взволнованно, — Слава Богу, что ты ответила. Маленькая моя, я не знал уже куда звонить. Где ты?
— Там, где тебя нет, — голос скрипит. — Не звони больше сюда никогда. Забудь обо мне. Я. Не. Хочу. Тебя. Видеть. Больше. Никогда, — выделяю каждое слово, стараясь громко не всхлипывать после каждого слова.
— Малышка, что случилось? — Мишу не проведёшь, слишком хорошо он меня узнал за это время.
— Любовь у меня случилось. Но не с тобой, — напоследок хочется наговорить гадких слов. — С другим мужчиной, который в сотни раз лучше, чем ты.
— Малыш, что ты… — не дослушиваю.
Сбрасываю вызов. Снова начинаю горестно плакать. Миша звонит снова. Выключаю телефон, чтобы удержаться от соблазна ответить. Чтобы выслушать его нелепые оправдания.
Так прошло еще два дня. Я металась по квартире, хватала в руки телефон и откладывала его обратно, прежде чем нажать на кнопку включения.
Пачка печенья закончилась, как и пачка чая. Пришлось собраться и пойти в магазин. Вышла из подъезда и перебежками направилась в магазин. Встретиться с Мишей я не горела желанием абсолютно. Как и ни с кем другим из своих соседей. К счастью, в обеденное время, на улице было мало людей. Закупив продуктов, без разбора закинув всё в корзину, вернулась домой. После того, как плотно покушала, почувствовала себя несколько лучше. Даже стала подумывать о том, чтобы поговорить с Мишей. Вдруг я действительно что-то не так поняла?
Включила мобильный телефон и позвонила Никите. Парень ответил через несколько гудков:
— Как ты?
— Уже лучше, — призналась я, распахивая шторы, открывая дверь на балкон и впуская в квартиру свежий воздух.
— Расскажешь мне, что случилось? Чем тебя обидел Миша?
— Не хочу о нём даже разговаривать, — обрубила я.
— Лера тебя тоже искала, — услышала, что голос Никиты потеплел, когда он заговорил о девушке.
— Ты с ней поговорил? — тут же оживилась.
— Да. Позавчера. Когда Миша вломился в нашу квартиру, чуть не выбив дверь.
— И к какому выводу вы пришли? — пропустила последнюю реплику мимо ушей. — Точнее сказать, ты? Про Леру я всё знаю.
— Я… я решил, что стоит попробовать. Я люблю её. Безумно сильно люблю.
— А она тебя, — открыла воду в ванной и добавила душистой пенки.
— Знаю, Ксюнь. Поэтому и хочу дать нам шанс. Не знаю, что из этого выйдет.
— Верю, что всё будет отлично, — отрываю телефон от уха, когда он начинает извещать о входящем вызове. Снова Миша. — Подожди минутку, я тебе перезвоню, — бросаю быстро и поднимаю трубку.
— Я вроде бы всё ясно сказала, — ярость накрывает с головой. — Я не имею никакого желания с тобой говорить.
— Ксюша, ты где? — голос Миши кажется незнакомым. Чужим. Слишком холодным и злым.
— Тебя это не касается. Прекрати мне звонить. За дуру меня держал? А сам в это время в квартире со своей невестой развлекался? Браво! Ты искусный лжец и притворщик.
— Ты где? — яростное рычание в трубку.
— Там, где ты меня не найдёшь, — парирую я.
Неожиданно раздаётся звонок в дверь. Миша сам сбрасывает вызов. На цыпочках подошла к двери и глянула в звонок. Чёрт возьми! Как он нашёл меня? Никита рассказал?
— Ксюша, я знаю, что ты там! Открой дверь! Немедленно! Нам нужно поговорить, — мужчина яростно стучит в дверь кулаком.
Пулей кинулась в ванную и плотно закрыла за собой дверь. Шум воды заглушал звуки, которые доносились из коридора. Что ему надо? Зачем он так настойчиво хочет со мной поговорить? Всё ведь кристально ясно.
Скинула одежду и залезла в ванну. Когда отключила воду, поняла, что звонок в коридоре стих. Облегченно, но в то же время разочарованно выдохнула. Ушёл… Снова начала плакать и жалеть саму себя. Неожиданно дверь в ванную комнату отворилась, и меня обдало потоком холодного воздуха. Вздрогнула испуганно и повернула заплаканное лицо к Мише. Мужчина стоял в проёме, тяжело дыша, в разорванной куртке и поцарапанной щекой. Его взгляд был слегка безумным и невероятно злым. Я вскочила, забыв о том, что голая и уставилась на мужчину, который быстро стягивал с себя одежду.
— Что… что ты здесь делаешь? Как ты попал в квартиру? — голос дрожал от старах.
— Через балкон, — Миша остался передо мной полностью обнажённый.
— Ты залез на третий этаж? — я ахнула, закрывая рот ладонями. Сумасшедший.
Я увидела его напряжённую плоть и неожиданно осознала, что стою абсолютно голая перед ним. Плюхнулась в воду, которая скрыла меня от пожирающего взгляда мужчины. Когда-то я наивно полагала, что видела всю страсть, всё желание Миши в его взгляде. Как же я ошибалась. То,
