Она с удовольствием до хруста потянулась и тут же устыдилась совсем не женственного поступка. Потешаться над ней напарник не стал. Подойдя со спины, с силой надавил ей на плечи, разминая затекшие мышцы.
— Посиди минутку спокойно, — сказал он, чтобы Бенита не вздумала удрать.
Массаж Квон делал изумительно. Его пальцы то проводили легонько по спине, едва касаясь, то надавливали с силой, и девушка расслабилась окончательно. Это было не просто приятно — ощущалось, как уходит усталость, а ноющая голова становится легкой как перышко.
— Тебе надо брать за это деньги. Если Форц окончательно достанет, увольняйся с работы и открывай свой массажный салон. От клиентов отбоя не будет, — промурлыкала она, разомлев, и очнулась от приятного мужского смеха.
— Думаю, сделай я тебе нормальный массаж, ты не говорила бы о нем с таким блаженным видом, — фыркнул Квон, проведя по ее плечам в последний раз и отступив на шаг.
— Почему?
— У тебя мышцы зажаты. Чтобы их расслабить, надо продавливать, а это далеко не так приятно, как кажется.
— Проверим? — загорелась Бенита.
— Если хочешь. Но не сегодня и не здесь. Не думаю, что тебе понравится, если твои крики услышит все управление.
— С чего это я буду кричать?
— А какие есть варианты?
Бенита задумалась, вспыхнула, а Квон снова рассмеялся низким голосом.
— Боже, о чем ты только думаешь! — не сдержался он, и девушка досадливо ударила его… ну, куда попала, с учетом, что она сидела, а он стоял. Зад у него был ничего такой, крепкий. И кто виноват, что в его словах можно было услышать скрытый смысл?
— Кстати, то, что ты просила… — Напарник указал на оставленную на столе тоненькую папку.
— Ни Сову, ни охранника не поймали? — Бенита пролистала новый материал. Не так много за день — у большинства опрошенных магов, подходящих под описание, невысоких и худощавых, было алиби.
Судя по помрачневшему лицу Квона, он тоже не был доволен результатами.
— А как прошла передача дела в третий отдел?
— Олфорд еще в лазарете, пока его замещает Лерок, и про наши разногласия ты знаешь. Теперь, пока капитан не вернется, мне запрещено встречаться с подозреваемыми или жертвами или участвовать в розыске, а все, что раскопали ребята из нашего отдела, сразу передают Лероку. Кстати, он отправил стражей на поиски Совы по нашим наводкам и написал прошение на допрос Эрики Юфони, но, подозреваю, его отклонят.
— И чего он хочет добиться этой встречей? Эрика рассказала все, что знала. Лучше бы тогда встретился с Азель! Кстати, ты ничего о ней не узнал?
— У нее действительно проблемы со здоровьем. Выписки из лечебницы подтверждают.
— А она на самом деле уехала? — спросила Бенита, и Квон кивнул.
— Да, давненько уже. Ее в компании молодого человека видели на железнодорожной станции. Я запросил содействия у стражи Фелтона, но боюсь, дело затянется. Даже надавить не получится: Юфони не выдвигают обвинений и вообще стараются замять случившееся. По официальной версии Эрика просто переутомилась, оттого и лежала в больнице.
— Как сложно быть аристократом…
— Кто бы говорил! — Напарник галантно распахнул перед ней дверь с полупоклоном, выражая почтение благородной леди.
Бенита ответила ему шутливым книксеном.
Когда они добрались до общежития, уже стемнело.
— Завтра выходной. Чем планируешь заняться? — поинтересовался Квон, зайдя к девушке на перевязку. Сегодня незаметно попасть в ее комнату не вышло, и его провожали злые взгляды обделенных вниманием парней. А уж после ее решительного приказа «раздевайся!»… Хаврийка скривила губы, не желая гадать, о чем подумали коллеги.
— Виконт Дениш ждет меня на обед. Так что постараюсь проявить скромность и обаяние. А перед этим собираюсь дать взятку.
— Признаешься детективу в готовящемся преступлении? — осведомился Квон с насмешкой, натягивая рубашку поверх бинтов. — И кому взятка?
— Нашему коменданту. Кстати, не подскажешь, где можно купить лакричных конфет?
К встрече с виконтом Бенита готовилась с особой тщательностью, подавив желание устроить подростковый бунт и прийти на обед в форме. Юбка и блузка теплых кофейных цветов, бежевый шейный платок, тонкие перчатки и шляпка в тон. Встреченный у ворот комендант одобрительно крякнул, поправив на носу громоздкие очки, и Бенита сочла момент подходящим, чтобы вручить ему свой подарок — крохотная кондитерская оказалась меньше чем в квартале от общежития. Торта, подходящего для визита к отцу, девушка там не нашла, а вот конфеты были.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Эйвори проболтался? Отпиши ему мою благодарность. Это не значит, что к тебе будет особенное отношение, — предупредил комендант, приняв кулек с лакричными конфетами, и Бенита клятвенно заверила, что ничего подобного не думала. Зато маленький плюсик она себе точно заслужила и в город вышла в приподнятом настроении.
С востока дул легкий ветерок, и жара последних дней схлынула. Комфортной погоду было не назвать, но Бенита хотя бы дышать могла, не плавясь на солнце, да и выбранный костюм был не таким теплым, как форма. Впервые со дня приезда она могла неспешно полюбоваться столицей.
В архитектуре двух некогда враждующих стран, как ни странно, угадывалось много общего: стрельчатые окна, черепичные крыши с башенками, украшенные фасады. Но по сравнению с Хаврией здесь было довольно грязно, местами попадались обрывки газет, сигареты, разбитые бутылки. И это недалеко от общежития стражи! У них давно заставили бы стажеров все убрать.
На обед к виконту Бенита не торопилась — у нее оставалось достаточно времени, чтобы добраться до нужного района пешком. А перед этим предстояло выбрать подарок отцу. Несмотря на напряженные отношения, девушка хотела немного сгладить углы, больше ради матери, чтобы не расстраивать ее еще сильнее.
Жалованье лейтенанта было невелико, но Бенита отложила кровенты на поездку и могла себе позволить небольшой, достойный виконта подарок. Она выбрала позолоченную булавку для шейного платка с аметистом и, довольная, отправилась дальше изучать город.
Следующим пунктом назначения стала пекарня — не такая модная, как «Принцесса Анхелика», но с восхитительным ароматом витающей вокруг сдобы. Прилавки ломились от разнообразных пирожных, и Бените, чтобы получить вожделенный торт, пришлось выстоять небольшую очередь. Впрочем, торт того стоил: нежнейший крем и свежие фрукты так и просились быть съеденными.
Идти пешком до самого дома Бенита не рискнула, сочный бисквит таял, и она опасалась, что на солнцепеке, даже упакованный, торт быстро испортится. Пришлось искать ближайшую остановку омнибуса, а оттуда добираться до улицы Южных Гор.
Какая ностальгия! Вот на этой горке она играла с друзьями детства! Тут упала и расшибла коленку до крови. А вон с того дерева спрыгнула на спор и вывихнула лодыжку.
Бенита так засмотрелась на раскинувшийся старый дуб, что обратила внимание на трезвон звонка, только чуть не попав под колеса велосипедиста. Чернявый мальчишка лет десяти, разогнавшись с горки, пронесся мимо и едва не упал, в последний момент удержав равновесие.
— Извини! — крикнула ему вслед Бенита, и паренек, не оборачиваясь, махнул рукой: мол, забудь, ничего страшного не случилось.
Единственным пострадавшим от происшествия оказался торт. Бенита прижала его к себе сильнее, чем нужно, и смяла бок. Приоткрыв крышку, убедилась, что вандализм не прошел бесследно: виртуозно выполненные цветы были уничтожены. Оставалось надеяться, что вкус десерта компенсирует его внешний вид.
Больше не предаваясь воспоминаниям, девушка направилась к трехэтажному особняку, возвышающемуся над остальными домами на улице. Представители рода Дениш любили пускать пыль в глаза, и на дом дед Бениты не поскупился, отделав его так, как положено графам, а то и герцогам.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Бенита подошла к дверям и постучала. Открыли почти сразу, и девушка уставилась на управляющего, который знал ее с детства.
Годы брали свое. Бенита помнила его крепким пожилым мужчиной, гнева которого боялись все горничные, да и обитатели дома в том числе. Сейчас же перед ней стоял старик, седой, сгорбленный и морщинистый. А вот взгляд оставался все таким же ясным.
