Глава клана Сагара, взявшего самое лучшее из древних традиций и практик самураев, ниндзя-синоби и всесильной якудзы, очень удивился бы, если б узнал, что в Москве в это же самое время состоялось заседание группы «К» – Государственного комитета по предотвращению критических ситуаций. И выступавшие на этом заседании почти слово в слово повторили то, что было сказано членами клана Сагара.
Но оядзи никогда не слышал о группе «К», что и неудивительно, ибо лишь несколько избранных членов правительства России знали о ее существовании. Члены этой группы были оснащены по последнему слову техники, обладали фактически неисчерпаемыми финансовыми ресурсами и самыми широкими полномочиями. Создана группа «К» была после Октябрьской революции как подразделение Всероссийской чрезвычайной комиссии, но очень быстро была засекречена и преобразована в отдельный комиссариат. Основной задачей этой структуры стала внешняя стратегическая разведка, а также предупреждение действий других стран, направленных на подрыв советской власти в России. Позднее к функциям группы «К» прибавился негласный контроль над всеми структурами госбезопасности СССР, а также антидиверсионная деятельность стратегического масштаба и предотвращение иных серьезных опасностей – как для государства, так и для всего остального мира.
После распада Советского Союза группа продолжала функционировать в обычном режиме, ибо любой власти нужно решать проблемы, которые невозможно решить стандартными способами.
И их решали.
Нестандартными…
Такими, что многие люди на земле сочли бы фантастикой – и которые были вполне реальными для того же клана Сагара, как, например, физические и ментальные практики древних воинов-синоби, в своих тренировках сочетавших экстремальную физическую подготовку с ментальной. Методы старинных тренировок могли показаться современному человеку слишком жестокими и бесчеловечными. Зато они были эффективными, а это в подготовке воина во все времена считалось самым главным…
* * *
Рука болела все сильнее. Я не снимал повязку, чтобы посмотреть, насколько серьезно меня зацепило. Ибо – какая разница, если у меня при себе не было ничего, кроме ножа в руке? Оно и естественно. Чтоб не болело, нужно ходить тихо, а не нестись как конь, продираясь сквозь Рыжий лес, так некстати оказавшийся на моем пути. Но я боялся, что если я буду осторожно красться между деревьями, то у меня просто не хватит сил добраться до цели, и потому я, накрутив себя психологически, сейчас пер вперед танком, на ходу срубая тянущиеся ко мне ветви хищных деревьев-мутантов.
Мне повезло, что на запах свежей крови, сочащейся из раны на руке сквозь повязку, не вылез ни один ктулху, которых в Рыжем лесу водится немало. А может, ротощуплые просто решили не связываться с ненормальным сталкером – проще нормального поискать, который боится жутких порождений Зоны и у которого нет цели, ради достижения которой он готов на все.
И у меня получилось!
Я вывалился из леса, дыша как загнанный лось, и прямо перед собой увидел знакомые вышки открытого распределительного устройства Чернобыльской АЭС, которые все сталкеры Зоны зовут просто Стальным лесом. И сразу за ним – воткнувшуюся в низкое серое небо суставчатую трубу Третьего энергоблока.
Значит, дошел.
Почти.
С полкилометра осталось до знакомой дыры в стене Четвертого энергоблока. А за ней лежит путь вниз, который я проходил уже не раз – и который каждый раз не был таким же, как прежде…
Вышки Стального леса по-прежнему были усеяны большими и малыми «электродами», сгустками молний. Их сталкерами не корми, а дай подпитаться аномальной энергией, которую генерит огромное распределительное устройство. Аж сияние над антеннами разливается, настолько той энергии до фига в этом месте…
Но сияние присутствовало не только над Стальным лесом. Неожиданно оно возникло в трех метрах от меня, эдакий светящийся шар, а вернее – портал, из которого вышли двое, после чего портал исчез, словно его и не было.
А парочка осталась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Были они одеты в черные комбинезоны, весьма нехарактерные для Зоны. Свободные, чтобы не мешать движениям, но и не настолько мешковатые, чтобы не разглядеть существенные выпуклости на месте груди дамы и понять, что это дама, а не мужик. Оба – в балаклавах, полностью закрывающих голову и оставляющих открытыми только глаза.
Короче, в таком прикиде только силовые структуры ходят и японские ниндзя. На то, что это не силовики, указывало отсутствие берцев, вместо которых на ногах пришельцев было что-то вроде коротких мягких сапог, а также отсутствие автоматического оружия, вместо которого присутствовало холодное. У него – черный меч с квадратной гардой, у нее – классическая японская катана. В общем, ниндзя, с одним из которых я, помнится, однажды уже встретился в Зоне и даже успел подружиться. Вот только тот это ниндзя или нет – сейчас понять было затруднительно, ибо черный костюм скрывал все, кроме глаз.
Я даже не успел поинтересоваться на тему «Виктор Савельев, ты ли это», как оба персонажа ринулись в атаку. Причем настолько стремительно, что я лишь чудом, на рефлексах отреагировал, отпрыгнув назад, под защиту деревьев, где с мечами нападавшим было особо не развернуться.
Но они туго знали свое дело и явно были обучены работать в паре. Синхронно разделились и начали обходить меня с двух сторон. Еще несколько секунд – и не один мечом проткнет, так вторая зарубит. С их подготовкой им это запросто, разряженной «Бритвой» против двух профессионалов я много не навоюю. Поэтому я заорал во всю мощь легких:
– Савельев, заканчивай своих рубить!
Я понимал, что, может, это и не Виктор. Но тогда – точно хана. А так хоть был какой-то шанс…
Трудно изменить траекторию удара мечом, когда он прошел половину пути, но ниндзя исхитрился, и острое лезвие лишь смахнуло мне на плечи веточку с дерева. А могло и голову состричь, причем так, что я бы даже не заметил: профессионалу меча такое провернуть – раз плюнуть.
Он-то траекторию удара изменил.
Но не она.
Я прям спиной почувствовал, что в нее сейчас вонзится полметра остро заточенной стали, и, извернувшись помойным котом, почуявшим опасность, чудом уклонился от колющего удара.
Дева была уверена, что насадит меня на катану, как на шампур, и когда не вышло, по инерции немного провалилась вперед… И отвлеклась на долю мгновения, бросив удивленный взгляд на напарника – мол, почему замер как истукан, вместо того чтобы порубить орущее тело на шаурму?
Чем я и воспользовался, вывернувшись из-за дерева и приставив «Бритву» к ее горлу. Да, понимаю, не по-джентльменски. Но когда дама пытается тебя убить, она автоматически теряет все причитающиеся ее полу привилегии и становится просто бесполым убийцей, жертва которого приобретает полное право защищаться так, как сочтет нужным.
– Зубочистку бросила, быстро! – прошипел я ей на ухо, слегка надавливая обухом «Бритвы» на сонную артерию. Потому что если лезвием надавить – не смотри, что мой нож разряжен, до позвоночника доберется от легкого движения кисти.
Девица посыл поняла правильно, выпустила из рук катану.
– И лапки вперед, чтоб я их видел, – добавил я. Если это та дама, о которой я думаю, то предосторожность не излишняя. У этих куноити[11] в каждом рукаве по десятку отравленных шпилек, не успеешь чихнуть, как на том свете окажешься.
– Все-таки надо было выполнить задание оядзи и убить тебя, – задумчиво произнес первый ниндзя. – Но откуда ты знаешь мою фамилию?
– Долго рассказывать, Виктор, – сказал я. – Но если вкратце, то однажды ты сам сбросил мне на КПК свои дневники, на основе которых я написал три книги о твоих приключениях. Причем ты сто процентов этого не помнишь, так как всего этого не было и раньше мы не встречались.
– Он бредит, – произнесла дама, которую я тут же узнал по голосу, хотя видел всего один раз. – Убей его, Оми-но ками. Мне все равно не жить, клан не простит позора.
