к ожерелью, то для этого в форме делался каналец, перпендикулярный к литку, и в этот каналец вставлялся железный стержень. Металл, вливаясь через литок, должен был обтекать вставленный стержень, и, когда стержень убирали, получалось отверстие. Орнамент, вырезанный в форме в глубь нее, на готовой вещи, естественно, получался выпуклым.
Кроме односторонних форм с гладкой крышкой, применялись и двусторонние, т. е. такие, у которых вторая их половина была не гладкой, а также фигурной. Так, например, для того, чтобы отлить подвеску, имеющую вид полого конуса, нужно было на одной стороне формы врезать этот конус вглубь, а на другой стороне, наоборот, сделать его выпуклым (рис. 23). Иногда обе половинки формы делались совершенно одинаковыми, и вещь получалась симметричной, а литейный шов шел посредине.
Рис. 23. Двусторонние каменные литейные формы.
1 — симметричная литейная форма; 2 — асимметричная литейная форма для подвески с имитацией зерни.
Для двусторонних форм очень важно взаимное положение обеих половинок, чтобы рисунок одной точно совпадал с рисунком другой. В поздних каменных формах XII–XIII вв. городские мастера нередко делали специальные штифты из свинца, при помощи которых половинки скреплялись совершенно точно. Для односторонних форм такие предосторожности не были нужны. Литейные формы делались обычно из мягких пород камня — известняка, песчаника, шифера.
Обычно, когда речь идет о способах литья курганных вещей, всегда подразумевается один из описанных выше способов литья в формах. Необходимо указать на ошибочность этого взгляда, проистекающего от недостаточного внимания к технике.
Внешний вид очень многих литых вещей из древнерусских курганов X–XIII вв. таков, что мы не можем объяснить их отливку при помощи перечисленных выше приемов. Многие вещи производят впечатление изготовленных штампом или непосредственной обработкой металла резцом.
Возьмем для примера семилопастное височное кольцо, так называемого вятичского типа (рис. 24). Корпус его, несомненно, литой, но орнамент на щитке нанесен таким образом, что образует ряд тонких углубленных линий, как бы врезанных в металл острым резцом. Напомним, что изготовление формы — это изготовление негатива (вроде геммы для печати), а отливка в форме — это получение позитивного отпечатка.
Рис. 24. Орнамент на височном кольце.
1 — височное кольцо, изготовленное по способу восковой модели (Верхняя Ока); 2 — височное кольцо, отлитое в жесткой литейной форме (бассейн р. Сож).
Если бы орнамент наносился на литейную форму, то линии, проведенные резцом по камню, были бы тонки и углублены внутрь формы, т. е. на позитивном отпечатке дали бы такие же тонкие, но выпуклые линии. Получить же при помощи каменной формы такой врезанный вглубь (на готовом височном кольце) рисунок почти невозможно, тем более, что указанный орнамент обычно наносился небрежно, бегло.
Если бы в нашем распоряжении были лишь единичные экземпляры таких вещей, то невольно напрашивался бы вывод, что орнамент нанесен резцом не на форму, а непосредственно на данную вещь. Но подобных изделий можно найти по нескольку экземпляров, совершенно тождественных друг другу.
Каждая деталь орнамента, каждое дрожание резца, каждая неточность или ошибка резчика — все это полностью повторялось на всех экземплярах. В дальнейшем я еще возвращусь к этой особенности литых вещей, позволяющей сделать ряд интересных выводов о сбыте продукции одного мастера, сейчас же отмечу только, что предположение об обработке каждой готовой вещи резцом оказалось неправильным.
Разгадка этого литья заключается в том, что здесь применялась, глиняная мягкая форма, точнейшим образом передававшая все детали обработки оригинала модели, с которой делали форму. Глиняные формы известны и в городах — в Киеве, в Херсонесе, но в городах никогда они не при менялись так широко, как в деревне. В городе требование массовости продукции заставляло ремесленника искать более долговечных материалов, чем глина; в деревне же глиняные формы безусловно господствовали, как это показывает анализ литейной продукции деревенских ювелиров.
Указание на глиняную форму не разрешает, однако, всех вопросов, связанных с литьем. Ведь для того чтобы отпечатать на глине оттиск, нужно было уже иметь готовую вещь. На целом ряде примеров мы видим, что на глине оттискивали уже готовые изделия. Особенно часто поступали так с вещами, изготовленными городской техникой, недоступной деревенским мастерам. Городские подвески с зернью и сканью (с напаянными зернами или нитями металла) имитировались в деревне очень просто: попавшую в руки мастеру зерненую вещь он отпечатывал на глине, а в полученные углубления наливал металл. В результате получалась вещь очень похожая на оригинал, но исполненная иной техникой.
В качестве примера такого механического воспроизведения сложных городских вещей при помощи оттиска в глине можно привести подвески из раскопок А.С. Уварова (рис. 25–26)[328]. На левом снимке — подвеска с филигранью и зернью, напаянной на пластинку; работа городская. На правом снимке литая подвеска, на которой и псевдозернь и псевдофилигрань отлиты заодно с самой пластинкой. Штампом для получения оттисков в глине послужила городская вещь, аналогичная изображенной слева.
Рис 25. Зерненые вещи и литые подражания им.
1 — литая лунница, подражающая зерни; 2 — подвеска с филигранью и зернью (городская); 3 — подвеска, отлитая по оттиску в глине.
Рис. 26. Литое подражание зерни. Оборот лунницы, изображенной на рис. 25.
Вторым примером механического воспроизведения тонких ювелирных изделий является большая бронзовая лунница из раскопок Н.Е. Бранденбурга в Приладожье[329]. Здесь деревенский мастер воспользовался дорогой арабской лунницей с тончайшей зернью и получил в глине грубоватый оттиск ее. Зернь оказалась настолько мелка, что глина не смогла передать весь рисунок, и оттиск получился смазанный и нечеткий. Штампом послужила лунница, аналогичная гнездовской[330].
Таким образом получали и так называемые «ложновитые» браслеты и перстни: на глине отпечатывали готовый проволочный браслет и оттискивали в этой глиняной форме браслет, имитирующий проволоку[331].
Впрочем, надо оговориться, что далеко не все отпечатки на глине делались готовыми вещами: очень часто древним мастерам приходилось изготавливать специальную модель, с которой уже получали глиняную (форму. Как показали изыскания над упомянутыми уже височными кольцами и рядом других украшений, такая модель изготавливалась, очевидно, из воска. В этом убеждают мягкие и глубокие линии узоров, проведенные по модели легко, без усилий. В этом убеждают и выпуклые узоры, сделанные из тонко раскатанных палочек или шариков воска и приделанных затем к плоскости модели. На некоторых металлических вещах очень хорошо видно, как мастер выглаживал пластичный материал модели, видны бороздки от его инструментов и следы
